Онлайн чтение книги Учитель каждый день нарывается на смерть The master is courting disaster every single day.
Глава 24: Утро в поезде

— Ах, это же твоя кровать! Недоразумение! Всё это недоразумение! Братец, давай поговорим! Братец, отпусти, отпусти первым! — лицо Ю Доуфу побледнело, на его жирном лице выступили крупные капли пота. Он замахал руками: — Не волнуйся, не волнуйся, я встану, встану.

    Дуань Шаоянь не собирался его убивать. Он отпустил его, достал светло-голубой мужской платок, который всегда носил с собой, тщательно вытер жирные пятна с пальцев, а затем выбросил платок в мусорное ведро.

— Уходи.

  Ему не нужно было повторять. Ю Доуфу, с дрожащей шеей и стучащими зубами, поднялся по лестнице на верхнюю койку, не смея оглянуться, и лёг лицом к стене. Его поспешное бегство казалось довольно ловким. Остальные люди в маленькой кабинке были удивлены. Крикливый младенец перестал плакать, сосал пальцы, широко раскрыв глаза, глядя на этого холодного и красивого старшего брата. Надменный, отстраненный, красивый старший брат, не обращая внимания на взгляды окружающих, с кислым выражением лица бросил на кровать бутылку воды.

Е У посмотрела на жирные пятна от булочки с консервированной свининой и овощами на одеяле и решительно заявила:

— Я возьму верхнюю койку!

Дуань Шаоянь больше ничего не сказал, просто кивнул и сел на нижнюю койку.

  Поезд двигался медленно; была поздняя ночь. Е У лежала на узкой средней койке, вдыхая резкий запах дезинфицирующего средства, исходивший от постельного белья. Она нахмурилась, повернула голову и посмотрела на спящего внизу Дуань Шаояня. Брови мужчины были расслаблены и красивы; когда он закрывал глаза, чтобы отдохнуть, он не был таким холодным, а скорее выглядел мягким и добрым. Она лежала, не отрывая глаз от его красивого лица. Она думала о том, как Дуань Шаоянь только что расправился с этим жирным негодяем ради неё, а потом послушно уснул на ту кровать, которую тот испачкал. Потом она вспомнила, как неосторожно облила его водой этим утром. В ней пробудилось чувство вины, она неосознанно смягчила тон.

— Эй… — прошептала Е У, и тихо спросила его: — Ты спишь?

Дуань Шаоянь не открывая глаза, ответил ей:

— Проснулся. Что случилось?

— Почему мы должны ехать на таком транспорте в такое отдаленное место?

— Чтобы сэкономить деньги.

— ...Ты что, издеваешься?

  Ресницы Дуань Шаояня дрогнули, и на его губах появилась слабая улыбка. Затем он поднял ясные чёрные глаза и посмотрел на Е У в сумрачной ночи.

— Я не шучу, ему нужно время.

— Ему? Ты имеешь в виду Ли Юньанья?

— Хм. Лучше немного подождать, прежде чем увидеть то, что хочешь.

Говоря это, Дуань Шаоянь снова перевел взгляд на окно.

— Слишком раннее прибытие может вывести его из равновесия. Вероятно, он еще даже не успел обустроиться.

Видя, что выражение лица Дуань Шаояня постепенно снова похолодело, Е У хотела задать ему еще несколько вопросов, но Дуань Шаоянь снова закрыл глаза.

— Спи, учитель. Позови меня, если что-нибудь понадобится.

  Первая половина ночи прошла без происшествий. Но ближе к утру младенец молодой пары проснулся, и его плач разбудил всех в вагоне. Несмотря на свой скверный характер, Е У не могла злиться на беспомощного ребенка. Она проснулась в плохом настроении, ей оставалось только закрывать уши и ворочаться в постели, как жареная рыба. Вдруг к ней протянулась рука, предлагая наушники.

— Надень их, — Дуань Шаоянь пробормотал с нижней койки: — Это поможет.

— Спасибо.

  Под монотонное жужжание и невнятные крики ребёнка поезд покачивался, словно коляска. Она легла на бок, прижавшись лицом к стене, и медленно закрыла глаза, наконец погрузившись в сон.

  Когда она проснулась на следующее утро, Дуань Шаояна уже не было на своей койке. Е У прошла несколько вагонов и нашла его в туалетной кабине. Дуань Шаоянь чистил зубы. Под его черными как смоль бровями темные ресницы мягко трепетали при каждом движении. Его нос был прямым и выразительным, его лицо выглядело одновременно аскетичным и привлекательным. Утренний солнечный свет проникал через окно вагона. По мере движения поезда, пестрые тени деревьев скользили по широким, плавным плечам и спине мужчины. Переодеваться в поезде неудобно, поэтому он надел ту же светло-голубую рубашку, что и вчера. Его обычно безупречно сшитая одежда теперь была непривычно помятой, что придавало ему более непринуждённый и менее неприступный вид, чем прежде.

— О, — Е У была несколько удивлена.

— Что? — Дуань Шаоянь, заметив её пристальный взгляд, слегка приподнял бровь: — У меня что-то на лице?

— Нет, — улыбнулась Е У: — Я думала, что ты какой-то избалованный молодой господин, неспособный позаботиться о себе. Никогда не думала, что ты будешь так спокойно чувствовать себя в этом зеленом поезде.

Дуань Шаоянь не улыбнулся, оставаясь холодно-очаровательным. Он равнодушно заметил:

— Ты забыла, что я раньше жил в приюте.

— ...Ах, да.

  Если бы он не упомянул об этом, Е У и не вспомнила бы. С возрастом его поведение и внешность постепенно менялись до мозга костей. Теперь он во всех отношениях воплощал в себе сдержанную элегантность аристократа, как можно было связать его с обветшалым приютом?

   Е У почувствовала себя неловко. Она слегка кашлянула, подошла к парню, взяла нераспечатанную зубную щётку. Склонив голову, пытаясь скрыть своё смущение, начала выдавливать пасту и чистить зубы. Дуань Шаоянь не ушел; он остался стоять рядом с ней. Ранние пташки, проходящие мимо, заглядывали, надеясь увидеть свободные умывальники. Эти пассажиры были в той или иной степени очарованы этим парнем. Этот невероятно красивый и утонченный мужчина, казался выше даже страниц модных журналов. От него невозможно было отвести взгляд. Независимо от пола, они смотрели на него с нескрываемым любопытством. Девушки подзывали своих подруг, хихикая и делая вид, что проходят мимо, но украдкой поглядывая на Дуань Шаояна. Протащив друг друга мимо, они разражались пронзительным, громким смехом. Дуань Шаоянь оставался совершенно невозмутимым, как будто не замечая никого вокруг. Он просто стоял рядом с Е У, выпрямившись наблюдая за каждым её движением интенсивным, спокойным взглядом. Е У умылась и наклонилась, чтобы ополоснуть лицо, ее распущенные волосы упрямо упали в умывальник. Переживая, что у нее нет повязки на голове, которая могла бы прикрыть ее выбившиеся волосы, она почувствовала, как кто-то подошел сзади. Широкая теплая ладонь осторожно откинула несколько длинных прядей, свисавших вниз.

— Э?

— Я помогу тебе, ты не намочишь.

Его голос был завораживающим и глубоким. Подойдя ближе, она снова почувствовала его знакомый, едва уловимый аромат – чёрт, он был невероятно приятным. Её сердце заколотилось, и она почувствовала сильное смущение, ее уши покраснели. Она не знала, заметил ли это Дуань Шаоянь.

— Миска нежирной свинины с яичной кашей и миска пшенной каши.

Е У вмешалась: — Я хочу съесть цзунцзы.

Дуань Шаоянь даже не взглянул на неё: — Две булочки с грибами и овощами, две банки молока.