Онлайн чтение книги Учитель каждый день нарывается на смерть The master is courting disaster every single day.
Глава 14: Вспыльчивость наставницы Е усиливается

    Е У тяжело дышала, её рука дрожала от гнева. От пощёчины лицо Дуань Шаоянья повернулось в сторону, пять пальцев мгновенно отпечатались на его красивом лице цвета ледяного нефрита. После долгого молчания Дуань Шаоянь медленно повернул лицо и посмотрел на Е У; выражение его лица было сдержанным, затуманенным.

— Учитель, — Дуань Шаоянь смотрел на неё, и тихо спросил: — Насколько он важен для тебя?

— Это не твоё дело.

  Удар ладонью, вероятно, частично вернул Е У в реальность, её голос всё ещё сильно дрожал:— Почему ты всё ещё называешь меня учителем? В юности ты, по крайней мере, был почтителен, а с тех пор, как ты повзрослел, особенно в последние годы, хоть раз в своих словах или поступках ты обращался со мной как к учительнице?

  Дуань Шаоянь молчал, отпечаток ладони на его щеке бросался в глаза, удар был нанесен с жестокой точностью. Не смотря на то, что его статус позволял отослать Ли Юньанья, он забыл об одном: хоть он и был молодым господином семьи Дуань, он всё равно оставался её учеником. 

Дуань Шаоянь закрыл глаза и ответил: 

— Хорошо, я понял.

Молодой человек снова открыл глаза, посмотрел на неё и вздохнул. Его обычно равнодушный голос смягчился:

— Учитель, мне жаль.

Е У проигнорировала его, отвернув лицо.

— Притворись, что я никогда не упоминал о поездке в Сучжоу.

Молодой человек, которому не удалось создать проблем «наложнице Ли» и которого строго отчитала Е У, в конце концов уступил из страха, что она может полностью разорвать с ним отношения. Он с неохотой согласился.

— Если ты хочешь его оставить, то оставьте его.

***

    Так вопрос с Ли Юньаньем был таким образом решен, оставив после себя длительные последствия. Это проявилось в растущей снисходительности Е У к Ли Юньанью и в том, что взгляд Дуань Шаояна на Ли Юньана становился все более ледяным, как замерзший клинок. По правде говоря, Е У устала от супруги Ли, в том числе и от различных способов, которыми они делили постель. Причина, по которой он оставался так долго, заключалась в том, что Ли Юньань был нежным и покладистым, человеком, который глубоко её понимал. Даже самая развратная душа жаждет моментов спокойствия. Для Е У Ли Юньань был как гавань, который всегда ждал её, всегда думал о ней. Когда она путешествовала: в Испании, Франции и в Голландии, наслаждаясь жизнью, ей по-прежнему звонил он. Мужчина на другом конце провода, с теплым и хриплым голосом, задавал ей вопросы: «Когда ты вернешься?», «Где ты была?», «Ты встретила кого-нибудь интересного?», «Какая там погода?». Он также напоминал ей, чтобы она тепло одевалась или защищалась от солнца, и просил ее скоро вернуться домой. Иногда ей казалось, что Ли Юньанью не хватает мужской решительности, но какое это имело значение?

  Дикие, неукротимые мужчины были только для её глаз, потому что она знала, что такой верный спутник, как Ли Юньань, незаменим. Она дорожила им. Несмотря на то, что у них больше нет физических отношений, она все еще не может позволить себе отпустить его.

***

— Молодой господин.

  Дуань Шаоянь сидел у пруда с карпами и кормил рыб, когда кто-то подошел издалека, остановился рядом с ним и поклонился.

— Дело, которое вы поручили мне расследовать в Цзилине, было тщательно проверено. Этот человек существует. Все было организовано так, как вы ранее распорядились. Когда нам привести его сюда?

 Дуань Шаоянь смотрел на красно-белых карпов, мелькающих в воде, и его глаза блестели. Он набрал ещё горсть корма и бросил его в воду, вызвав бурную реакцию рыб.

— Отложи это пока.

Слуга замялся: — Господин, вы не собираетесь...

— Не задавай столько вопросов, сделай, как я сказал, — ответил Дуань Шаоянь.

— Да, господин.

  Слуга удалился. Дуань Шаоянь опустил длинные ресницы и высыпал последние крошки из мешка в пруд. Наблюдая за жадной стаей рыб, сражающихся за вкусный кусочек, на его лице постепенно появилось пресное, безразличное выражение.

  Три недели спустя глава Дуань позвал к себе обоих своих детей. За открытым высоким готическим окном цвела магнолия, ее аромат витал в воздухе. Бодрый господин Дуань, которому было далеко за пятьдесят, смотрел на сына и на дочь, как на дракона и на феникса, и его глаза были полны удовлетворения и любви. Его дочь благородна и кротка, ее красота утонченная; его сын высокий и красивый, обладает статной осанкой и харизмой. Как отец, он не мог найти в них никаких недостатков. За исключением того, что ни один из них ещё не уладил свои личные дела.

— Вы оба знаете о переговорах по поводу брака с семьей Бай, — сказал глава Дуань с мягкой улыбкой: — По правде говоря, я уже на полпути к могиле. Энергия, которая была у меня в молодости, в значительной степени угасла. Рано или поздно этот дом перейдет в ваши руки.

Дуань Яньжань почувствовала приступ грусти и поспешно возразила: — Папа, что за чушь ты несёшь? Ты еще молод!

Дуань Шао Янь: — ...

Глава Дуань похлопал дочь по плечу, а затем погладил её розовую щеку. 

— Папа хотел бы, но время не ждёт. Я поработаю ещё несколько лет и научу вас, а потом мне пора будет на пенсию, — он сделал паузу, посмотрев на сына и на дочь: — Ну что ж? Старик должен вернуться к своим корням, а молодые должны расцветать и приносить плоды, такова природная закономерность. Когда вы двое планируете подарить мне внуков?

Видя, что никто не отвечает, глава Дуань, как и ожидал, пожал плечами и отмахнулся рукой.

— Ладно, вы оба напряжены, давайте перейдем к делу. В эти выходные у вашего дяди Бая день рождения. Я планировал подождать несколько месяцев до осени, когда крабы в озере Янчэн будут упитанными и полными икры, и пригласить его семью на Праздник середины осени. Но ваш дядя Бай еще более нетерпелив, чем я, он прислал приглашение на свой банкет по случаю дня рождения в Нанкине...

  Прежде чем глава Дуань успел закончить свою речь, Дуань Яньжань прервала его:

— Папа, я не пойду.

Дуань Шаоянь: — Я тоже не пойду.

— ... — изначально доброе лицо господина Дуанья вдруг стало суровым: — Что? Отказываетесь от того, отказываетесь от этого, что вы двое затеяли?

Дуань Яньжань: — Я... моя студия дизайна устраивает выставку в эти выходные.

Дуань Шаоян: — Я не хочу идти. 

— Замолчите! — зарычал мужчина, захлопывая крышку своего стакана. Он сначала спросил Дуань Яньжань: — Какая выставка? Нет ничего важнее чем показать себя! Ты должна пойти! — затем он обратился к Дуань Шаояну: — Ты! Что ты имеешь в виду, говоря, что не хочешь идти? Это же просто поездка, чтобы познакомиться. В какое время мы живем? Твой отец довольно открытый человек. Я не заставляю тебя жениться на той девушке! А что, если ей ты не понравишься? Тебе повезет, если она тебя вообще захочет! Ты думаешь, что она будет умолять тебя жениться на ней? Да что с тобой не так?

Его вспышка гнева, сопровождалась вздохом, Дуань Яньжань и Дуань Шаоянь понимали, что ситуация необратима. Они переглянулись и вздохнули.

Дуань Яньжань: — Папа, пожалуйста, не сердись. Я пойду, хорошо?

Дуань Шаоянь: — Да, отец.

***

   За день до дня рождения господина Бая, глава Дуань, брат и сестра Дуань и Е У отправились в Нанкин. Глава Дуань не планировал брать с собой Е У, но Дуань Яньжань чувствовала себя неловко из-за встречи со своим бывшим парнем и настояла на том, чтобы взять с собой свою наставницу. Глава Дуань не смог переубедить свою дочь. Обдумав всё, он понял, что Е У не чужая, и согласился. Перед отъездом он поговорил с Е У наедине, выразив свои опасения мягким тоном и тактичными словами.

— Е У, главная цель нашей поездки в семью Бай: дать детям возможность лучше узнать друг друга и наладить отношения, ты же это понимаешь, верно?

— Я знаю.

— Хорошо. Тогда будь осторожна. Я познакомился с двумя молодыми господами из семьи Бай. Они оба выдающиеся молодые люди. Не забудь помочь мне сблизить их с Яньжань, насколько это возможно, а потом можешь оставить их. Молодым людям нужно давать пространство, для свободы.

Е У уставилась на господина Дуанья и наконец поняла, что он имеет в виду. Тот явно боялся, что она может увести двух сыновей семьи Бай!

Она торжественно ответила: — Будьте спокойны, господин Дуань. Я ценю красоту, я знаю также , к чему можно прикасаться, а к чему нельзя.

—...

Он сформулировал свои опасения деликатно, чтобы не задеть её достоинство, но она выпалила это так резко, что его лицо озарилось праведным негодованием. Глава Дуань почувствовал себя неловко, тихо прочистил горло и похлопал её по плечу. 

— Хорошо, решено. Иди занимайся своими делами.

— Да.

Е У ушла бормоча про себя: О чем только думает этот старый чудак?

У нее в особняке Цзинъань три тысячи красивых мужчин. Даже если оба молодых господина из семьи Бай самые прекрасные мужчины в стране, она вряд ли сможет влюбиться в них с первого взгляда и не суметь от них оторваться, не так ли? Он, что по-прежнему считал её голодающим призраком, когда она пять лет скиталась по пустыне, когда её глаза загорались всякий раз, когда она видела симпатичного парня? Она сыта деликатесами и обладала тонким вкусом; ей не нравились обычные блюда.

 По обеспокоенной реакции господина Дуанья, Е У почувствовала, что на неё смотрят свысока, презирают и относятся к ней пренебрежительно. Она подперла подбородок рукой и всю дорогу смотрела в окно, чувствуя себя несчастной.

   Роскошный автомобиль свернул за угол и въехал в особняк семьи Бай. Машина остановилась и дверь открылась. Дворецкий и слуги семьи Бай встретили их снаружи. Господин Бай и его жена, с приветливыми улыбками, стояли на ярко-красном ковре, ожидая их, а рядом с ними стояли их сыновья и дочь.

 Е У вышла из машины с высоко поднятой головой и устремленным вперед взглядом. С высокими амбициями в сердце: на этот раз она не должна позволить господину Дуаню смотреть на неё свысока! Независимо от того, являются ли эти братья Бай милыми маленькими волчатами, милыми маленькими джентльменами, отчужденными и элегантными или энергичными и жизнерадостными, они могут уйти куда-нибудь подальше и остыть.

Кто они такие для Е У? Один бывший парень Дуань Яньжань. Сможет ли она принять его? Это же ниже её достоинства, это нелепо. Будь ты редким цветком из бессмертных садов или безупречным нефритом, старушка У сегодня никого не выберет — все вы, уступите ей дорогу!

Е У шла позади семьи Дуань, её взгляд был расфокусирован, а выражение лица бесстрастным, она отказывалась обращать внимание на свиту семьи Бай. В тот самый момент, когда она высокомерно подняла подбородок, она вдруг услышала, как кто-то рядом тихо произнес:

— А?

Раздался мужской голос, окрашенный радостью:

— У Е, это ты?