Онлайн чтение книги Учитель каждый день нарывается на смерть The master is courting disaster every single day.
Глава 12: Следы

   Цветочный зал главной резиденции горы Шэ находится рядом с католической церковью на вершине, ничем не заслоненный со всех сторон. В ясные дни солнечный свет обильно заливал его в течение всего дня, способствуя росту пышной, яркой растительности. В течение всех сезонов цветы цвели один за другим, вечно пылая яркими красками. Е У и Дуань Яньжань любили это место, где обе женщины часто пили чай среди цветов. 

  Дуань Шаоянь страдал аллергией на пыльцу. Его симптомы были слабыми, случайное воздействие все же вызывало покраснение носа и непрекращающееся чихание. Поэтому, за исключением особых обстоятельств, он всегда обходил оранжерею главной резиденции стороной.

— Сестра. 

 Открыв стеклянную дверь оранжереи, он почувствовал сильный цветочный аромат. Дуань Шаоянь нахмурился, но быстро восстановил невозмутимое выражение лица. Длинными шагами он направился к куполообразному потолку оранжереи. Там стоял круглый кованый стол, покрытый светло-розовой кружевной скатертью, на котором лежали разнообразные пирожные и чайник чая Билуочунь.

Дуань Яньжань обернулась, она всё так же выглядела юной и красивой, словно фарфоровая кукла. Судя по её виду, никто бы не догадался, что этой женщине уже тридцать.

— Шао Янь здесь, пожалуйста, присаживайся.

  Дуань Шаоянь сел напротив неё. Дуань Яньжань улыбнулась и сказала: 

— Я прожила в Гонконге целый год, кажется, ты стал ещё красивее. Как ты себя чувствуешь в последнее время? Все в порядке?

— М-м, — Дуань Шаоянь посмотрел на неё: — А ты?

— Что тут сказать? Все как всегда, — она сделала паузу, а затем спросила: — Дядя Юй упомянул, что учитель Е тоже сегодня здесь. Почему она не пришла с тобой?

— Я не позволил ей прийти. Я подумал, что будет неудобно говорить кое-что в присутствии учителя, ведь мы не виделись с тобой целый год,— спокойно ответил Дуань Шаоянь.

   Дуань Яньжань, конечно же, понимала, о чём он говорит. Они оба знали о брачном союзе с семьёй Бай и что обязательно поднимут этот вопрос при встрече. Она также понимала, почему он не взял с собой Е У. Их наставница, по сути, обожала Дуань Яньжань. Честно говоря, если бы не настойчивость господина Дуанья, Е У никогда бы не позволила Дуань Шаояню называть себя «учителем». В глубине души Е У не считала молодого господина семьи Дуань своим учеником. Если бы он привёл с собой Е У, это означало бы: навлечь на себя неприятности. Хитрая старшая лиса, обладающая острым языком, скорее всего, сказала бы что-нибудь вредное для Дуань Шаояна. Он не был настолько глуп, чтобы приглашать врага на собрание.

Дуань Яньжань подняла чашку с чаем, медленно отпила, затем посмотрела на брата. 

— Ты знаешь троих детей семьи Бай? 

 — Я с ними не знаком.

— Хм?

— Я видел их фотографии.

Дуань Яньжань улыбнулась и спросила: — Какое впечатление они произвели?

Дуань Шаоянь равнодушно ответил: — Не помню.

Дуань Яньжань вздохнула: — Честно говоря, я отличаюсь от тебя. Я знаю старшего брата семьи Бай.

Дуань Шаоянь слегка приподнял брови.

Дуань Яньжань продолжила: — Он мой бывший парень.

Дуань Шаоянь был весьма удивлен, но по-прежнему ничего не говорил.

— Отец не знает. Мы недолго встречались в университете, не очень-то мы подходили друг другу,— Дуань Яньжань выглядела смущенной и тихо прочистила горло: — Так что, знаешь, я за него замуж не выйду.

Дуань Шаоянь после молчания, слегка кивнул: — Я понимаю.

— А ты?— лицо Дуань Яньжань пылало от смущения. Она посмотрела на Дуань Шаоянья и в её глазах мелькнула надежда: — Ты бы согласился жениться на барышне Бай?

Дуань Шаоянь опустил голову, погрузившись в раздумья, затем он поднял голову, и на его лице отразилось сожаление.

— Я не хочу.

— Не интересует?

— Нет.

Ресницы Дуань Шаояна затрепетали, отбрасывая глубокие тени:

— У меня есть человек, который мне нравится.

  Дуань Яньжань была удивлена, так же как и Дуань Шаоянь не ожидал, что его сестра уже встречалась с молодым господином Баем. Они долго смотрели друг на друга, затем покачали головами и горько улыбнулись.

Дуань Яньжань спросила: — Чья дочь тебе понравилась?

— Она обычный человек.

— Всё в порядке. Если у неё хороший характер и доброе сердце, отец всегда тебя поддержит, если ты этого захочешь. 

Дуань Шаоянь молчал. Она добра, а вот её нравственный характер...

Содержать дом, полный гарем любовников, и быть развратной — разве это не нравственное разложение?

Он покачал головой и равнодушно сказал: 

— Пусть все идет своим чередом.

   Видя его нежелание вдаваться в подробности, Дуань Яньжань вздохнула и не стала давить на него. Она хорошо знала своего брата. Если он решил сохранить секрет, то даже ножом не вырвать из его уст ни слова. Этот разговор между братом и сестрой закончился без попыток уговорить друг друга. Зная, что ни один из них не хочет брачного союза с семьёй Бай, она понимала, что у её отца снова возникнут проблемы. Ведь господин Дуань их любит, отец просто так, не стал бы использовать своего сына и дочь в качестве пешек. Иначе как Дуань Яньжань, которой уже тридцать лет, могла бы по-прежнему счастливо наслаждаться одинокой жизнью, не беспокоясь о браке? Отец её балует! 

  После чая и легких закусок они еще немного пообщались, и разошлись, чтобы заняться своими делами. Дуань Яньжань пошла в гостиную, чтобы найти Е У. Две женщины, близкие как сёстры, устроили тёплую и шумную встречу. Поговорив, Дуань Яньжань попросила дядю Юйя принести её чемодан.

— Наставница Е, я принесла тебе несколько средств по уходу за кожей. Я долго искала, пока не нашла того мастера-портного в переулке Монг Кок, о котором ты мне рассказывала. Я попросила его сшить тебе платье, поднимись наверх переодеться. Посмотри, подойдёт ли оно тебе?

Что определяет ученика? Вот что определяет ученика!

Посмотрите на неё — такая почтительность, такая милая забота! Куда бы она ни пошла, она помнила свою наставницу, храня её слова в своём сердце. Пусть этот маленький зверек Дуань Шаоянь катится как можно дальше! 

Е У почувствовала облегчение и радость. Она взяла Дуань Яньжань за нежную и гладкую руку, и они, разговаривая и смеясь, поднялись наверх, в спальню Дуань Яньжань. 

В спальне Дуань Яньжань не было ярких красок, как у учительницы, но она не была настолько простой, чтобы оскорбить Е У. Цвета были однотонными, она оценила кружевные наволочки и постельное белье. Толстый шерстяной ковер, доходивший чуть выше щиколотки, заслужил её одобрение. Не было необходимости запирать дверь при входе, никто не осмелился бы войти без предупреждения.

— Мастер-портной потратил больше четырёх месяцев на крой этого платья. Я просила его быть очень осторожным и скрупулезным, но он отругал меня за то, что я слишком много болтаю и не доверяю ему, — с улыбкой сказала Дуань Яньжань: — Учитель, поторопись и надень его, чтобы я могла взглянуть. Если оно не подойдет, я выскажу этому мастеру все, что думаю!

   Е У с радостью приняла платье. Высочайшее качество ткани можно определить, просто прикоснувшись к ней: она гладкая, легкая и мягкая, как дым или вода. Она и Дуань Яньжань были очень близки. Хотя в детстве у них были отношения: учитель-ученица, со временем их отношения превратились в нечто большее, они стали всё больше похожи на отношения сестёр и лучших подруг. Поэтому Е У не стала её смущаться и небрежно начала снимать одежду, чтобы переодеться.

— ...Эм?

Видя, как Е У долго и неуклюже возится с бретелями на шее, не в силах снять одежду, Дуань Яньжань подошла к ней и спросила: 

— Что случилось?

— Я не могу его развязать, — Е У растерялась: — Я завязала скользящий узел...

— Дай посмотрю.

 Дуань Яньжань наклонилась, чтобы помочь, пару раз дёрнула за ленту и усмехнулась: — Учитель Е, это не скользящий узел, это явно тугой узел. Ты боялась, что кто-то сзади снимет с тебя одежду?

— ...— Е У смутилась: — Ну... возможно, я торопилась сегодня утром и завязала его довольно неаккуратно.

 Пальцы Дуань Яньжань ловко развязывали ленту, и она засмеялась: — Всё в порядке, всё в порядке, я могу развязать этот узел. Но то, как ты его завязала, просто ужасно. Кажется, будто его завязывал мужчина, да ещё и такой мужчина, который никогда раньше не одевал женщину.

От этих слов сердце Е У ёкнуло. Она смутно уловила определённый смысл, но, когда Дуань Яньжань развязала пояс и она смогла снять одежду, больше не задумываясь о том, что именно её так обеспокоило. С неё сняли одежду, обнажив белоснежное тело, стоящее перед зеркалом. Фигура женщины выглядела невероятно красивой и соблазнительной, даже заставив Дуань Яньжань почувствовать себя немного второсортной.

  Внешне Дуань Яньжань превосходит Е У, но фигура Е У более пышная. Будь то ее полные, упругие груди, тонкая талия, гибкая как змея, округлые, упругие ягодицы или длинные, идеально пропорциональные ноги, она одновременно изящна и нежна, но при этом полна зрелой чувственности.

Дуань Яньжань немигающим взглядом смотрела на фигуру в зеркале, прежде чем искренне прошептать: 

— Учитель.

— Хм?

— ... Сколько тебе лет, если точно?

— Будда говорит, что об этом нельзя говорить.

— ...

   Длинные волосы Е У, концы которых мягко завивались, ниспадали на белое, словно нефрит, сияющую кожу. Когда она смотрела на людей своими узкими глазами, в них мерцала улыбка, и намек на упрек. Дуань Яньжань восхищалась ею, убежденная, что её наставница, это древнее демоническое существо, действительно была  ядом общим врагом для мужчин и женщин.

Е У надела длинное платье, которое Дуань Яньжань сшила для неё на заказ. Она откинула свои густые волосы, обнажив спину, изгибающуюся с соблазнительной грацией, затем повернулась лицом и сказала:

— Янь Жань, помоги мне застегнуть молнию сзади.

— Отныне этим вопросом будет заниматься господин, — с улыбкой сказала Дуань Яньжань, игриво поддразнивая Е У.

Е У фыркнула: — Твоя учительница ещё не вдоволь повеселилась, я не собираюсь выходить замуж в ближайшее время.

— Да, да, да, — мягко сказала Дуань Яньжань: — Наставница Е самая обаятельная и раскрепощенная.

    Так мило! Это чувство было похоже на поедание сладкого финика! На вкус как сладкий мармелад с желатином из ослиной шкуры! Настолько сладко, что согревало сердце! В этом мире появилась такая очаровательная маленькая ученица!

— Э?

Как раз когда её сердце расцвело от радости, она вдруг услышала, как Дуань Яньжань тихо задала вопрос сзади, остановившись. Хотя звук был слабым, острый слух Е У без труда его уловил.

— Что такое?

— ...Кхм, — Дуань Яньжань смутилась: — Да ничего.

  Е У не из тех, кто легко отпустит ситуацию, она пристально посмотрела на неё и спросила: — Что именно произошло?

Нежное, словно лотос, лицо Дуань Яньжань залилось краской. Опустив длинные, мягкие ресницы, она пробормотала: 

— Твоя спина... э-э, может, тебе стоит накинуть на плечи шёлковый шарф перед выходом?

　Е У несколько секунд смотрела на неё в оцепенении, пока не поняла, что она имеет в виду. Она повернулась спиной к зеркалу, оглянувшись через плечо, осмотрела свой силуэт.

  То, что она увидела, потрясло её — поскольку платье, которое ей подарила Дуань Яньжань, было платьем А-силуэта с «рыбьим хвостом» и открытой спиной, её верхняя часть спины была почти полностью обнажена. Её изначально безупречная спина теперь была покрыта заметными красными и фиолетовыми отметинами, и даже на открытой части татуировки остались следы.

— ...

  Лицо Е У потемнело, став мрачным. Вспоминая нелепые и глупые развлечения, она исключила из списка возможных кандидатов мужчину-проститута из Натро, с которым она выпила всего несколько напитков, нового кондитера, к прекрасным рукам которого она лишь прикасалась, и конечно же, сильного, с крепким телосложением незапятнанного плотника, честного и доброго, которого она лишь ущипнула за щеку, а затем отпустила. Пока она размышляла, в её сознании постепенно вырисовывалась одна фигура, образ одного человека.