Онлайн чтение книги Учитель каждый день нарывается на смерть The master is courting disaster every single day.
Глава 06: Вопросы брачного союза

       Дуань Шаоянь стоял перед Е У; его высокий рост, и статная осанка, заставляла её запрокинуть голову, чтобы встретить его взгляд. Е У почувствовала уныние, ведь она по сути и без того находилась в значительном невыгодном положении.

[ Автор акцентирует внимание на 氣勢 (qìshì) — энергетика, властная аура доминант, напор. У Дуань Шаоянья сильная qìshì, он подавляет окружающих одним своим присутствием ]

  Поразмыслив, она поняла, что как женщина она никогда не полагалась на физическую силу или рост, чтобы заставить других подчиняться ей. К тому же, парень перед ней был её собственным учеником. Благодаря таким мыслям к ней вернулась уверенность в себе.

Она встретила его взгляд, не моргнув: — Что? Планируешь восстание?

 Дуань Шаоянь молча поднял руку и схватил её за руку. Его хватка была сильной. Она понимала, что не сможет вырваться. Поэтому перестала сопротивляться, бесполезная борьба лишь выявит её слабость. Сердце Е У тихо колотилось, а её лицо оставалось невозмутимым. Дуань Шаоянь всегда относился к ней с уважением. Несмотря на то, что из-за своего статуса он иногда мог переступать границы дозволенного, в целом он по-прежнему признавал её авторитет как своего учителя. Она не боялась, что он сделает что-то опрометчивое, но взгляд Дуань Шаояна казался опасно непостижимым. В нем была неподвижность бесконечной ночи, глубина засыпанного снегом, она не могла понять, какие мысли он таит. Это заставляло ее чувствовать себя довольно неловко. Дуань Шаоянь приближался все ближе и ближе, его красивое ледяное лицо почти касалось её носа, её зрачки сузились. Он остановился, посмотрел на нее с такого близкого расстояния, затем схватил ее за руку и поднял ее.

— У тебя палец кровоточит.

— ....

— Как это произошло?

 Как она могла сказать своему всемогущему, отстраненному хозяину, что случайно порезалась, когда сидела в углу, собирая осколки разбитой вазы?

— Тебе не нужно спрашивать.

Дуань Шаоянь поднял глаза и бросил на нее слабый, пренебрежительный взгляд: — Предоставь уборку осколков слугам.

 Е У кипела от ярости и хотела воспользоваться его невнимательностью, чтобы оттолкнуть его руку. Дуань Шаоянь молчал. Скорость его реакции была поразительной, он схватил её за запястье, взглянул на неё и потянул к дивану, где он и сел. Е У упорно отказывалась садиться. Дуань Шаоянь смотрел на неё. Молодой человек довольно красив: с острыми бровями, прямым носом и тонкими, пропорциональными губами. Стоит лишь ему проявить немного эмоций, и его лицо станет очень ярким. Е У смотрела на него, не в силах удержаться от желания спровоцировать его. Ее выражение лица стало холодным.

— Ранена я или нет, какое тебе до этого дело?

— ....

— То, как ты говорил... ты вообще считаешь меня своим учителем? — её слова становились все острее и язвительнее: — Ты определенно повзрослел, твои крылья окрепли. Я больше не смею быть твоей наставницей.

 Услышав холод в её голосе, окрашенный чем-то, похожим на разочарование, ледяное, неприступное выражение лица Дуань Шаояна наконец-то показало небольшую трещину.

— Учитель, я был неправ, — Он тихо беспомощно вздохнул: — Пожалуйста, садись.

 Увидев, как он склонил голову, Е У подумала: «Хм, так-то лучше». Сохраняя свое высокомерное поведение, она подошла и села рядом с молодым человеком. С строгое выражение лица, она позволила ему взять её руку и внимательно осмотреть рану. Он выглядел еще красивее, когда был сосредоточен, обычно отстранённое лицо теперь приобрело серьёзный, торжественный оттенок. Е У сердито посмотрела на него. Если бы этот парень не был её начальником, она, вероятно, поддалась бы его обаянию.

— Как ты могла быть так неосторожна? — заметил Дуань Шаоянь, открывая ящик и доставая йод и пластыри. Он ловко продезинфицировал рану, разорвал упаковку пластыря и наклеил его на ее палец, а затем поднял голову и сказал: — Не разбивай вещи каждый раз, когда теряешь самообладание.

Е У всё смотрела на его лицо, любуясь его подтянутой, сияющей кожей, и в ответ хмыкнула.

Затем он добавил: — И больше не покупай такие уродливые вазы.

— ..................

 Черт, этого маленького зверька определенно нельзя оставлять в живых!

   Дуань Шаоянь приехал из главной резиденции ранним утром, предупредить Е У, чтобы она больше не посылала красавиц в его комнату. Он также хотел забрать ее с собой на встречу от имени своего отца. Как и все богатые и влиятельные семьи, семья Дуань проводит ежемесячные семейные собрания, на которых присутствуют глава семьи, двое его детей и несколько дядей. Благодаря особому статусу Е У, несмотря на то, что она не носит фамилию Дуань, ей всё равно предоставляется место на собрании.

  Сидя в машине Дуань Шаоянья, Е У в глубине души презирала вкус своего молодого ученика. В отличие от ее собственного матового малинового Maserati, автомобиль Дуань Шаояна был полностью черным. Если бы не гладкие, четкие линии кузова, его значительную стоимость было бы трудно заметить. Интерьер был еще более скудным. Помимо коробки с салфетками, не было никаких лишних безделушек. Автомобиль был чистым, будто только выехал из автосалона.

 Дуань Шаоянь сел на водительское сиденье и взглянул на Е У:

— Учитель.

— Хм?

— Ремень безопасности.

Она фыркнула в ответ: — Ерунда. Я не ребенок. Я не буду пристегиваться.

 Рука Дуань Шаояна лежала на руле, бледное запястье выглядывало из манжеты его изысканного костюма. Линия его лучевой кости была поразительно элегантной. Е У заметила часы на его запястье — классические Patek Philippe. Часы роскошные, но это была модель, выпущенная несколько лет назад, и вряд ли она впечатляла, учитывая его статус. Его часы не были такими впечатляющими, как те, которые она подарила Ли Юньаню утром.

Под его молчаливым взглядом Е У нетерпеливо махнула рукой: — Забудь! Позволь мне. Я сама поведу.

  Дуань Шаоянь сжал губы, его выражение лица было как всегда непроницаемым. Он наклонился вбок, наклонившись к Е У, опустил голову и молча пристегнул ее ремень безопасности. Несмотря на то, что салон машины был просторным, высокий рост парня не давал ей возможности сдвинуться с места когда он приблизился. Все, что она могла делать, — это смотреть на его черные как смоль волосы, красивый изгиб мочек ушей и безупречное лицо перед ней. Е У, которая всегда ценила красоту, обнаружила, что смотрит на него завороженная. Щелчок. К тому моменту, когда она пришла в себя, он уже застегнул ремень безопасности, и медленно выпрямился, оставив покрасневшую и застывшую Е У на месте. Она впервые испытывала стыд и смущение от своего влечения.

    Дуань Шаоянь ехал быстро и размеренно, он никогда не проезжает на желтый свет, никогда не подрезал других водителей и редко сигналил. Черный кузов автомобиля был торжественным и величественным, строго следуя правилам, как и человек за рулем. Е У подперла щеку рукой, время от времени украдкой поглядывая на него, не в силах подавить чувство сожаления. Как может кто-то столь красивый быть настолько скучным?

 Изысканные деликатесы вызывают аппетит без всяких приправ. Он тот начальник с которым даже намек на флирт невозможен; а просто смотреть на него пустая трата времени. Погруженные в свои мысли, они прибыли к главному дому. В зале для совещаний присутствовали несколько дядей и глава Дуань, Дуань Яньжань отсутствовала.

— Янь Жань в Гонконге и не может приехать сегодня. Я подумывал отложить собрание, но она настаивала, что присутствия наставницы Е будет достаточно.

 Услышав слова главы Дуань, Е У почувствовала прилив удовлетворения. Её преданная ученица отличалась от других. Она взглянула на Дуань Шаояна, который блекнул по сравнению со своей сестрой.

— Ждать ее не было бы проблемой, но возник вопрос, который я хотел бы срочно обсудить с семьей. Пожалуйста, не стесняйтесь высказывать свои мнения. Не нужно нервничать и быть формальными.

  Господин Дуань, сидящий во главе стола, завершил свою вступительную речь.

Е У села в кресло и улыбнулась: — Хорошо, спасибо за ваше доверие, господин Дуань.

Дуань Шаоянь сел рядом с отцом.

— Теперь, когда все собрались, я не буду ходить вокруг да около. Я собрал вас сегодня в первую очередь для того, чтобы обсудить брак между нашей семьей и семьей Бай.

  Е У собиралась сделать глоток чая, когда услышала его слова, и чуть не выплюнула. Брачный союз? Какой брак? Неужели господин Дуань снова женится? Нет! Он же почти наполовину зарыт в землю, неужели ему действительно нужно так много работать?!

Глава Дуань спокойно продолжил: — Мы с господином Баем старые знакомые. У него двое сыновей и дочь. Все трое уже достигли брачного возраста. Несколько дней назад он выразил желание, чтобы наши семьи стали родственниками. Это не тот вопрос, который я могу решить по своему усмотрению. Поэтому я хочу услышать ваше мнение.

  Собравшиеся гости переглянулись, и в комнате воцарилась гробовая тишина. Никто не ожидал, что сегодняшняя «непринужденная беседа» будет посвящена именно этой теме. Все присутствующие, кроме Дуань Шаояня, были старыми лисами. Все они прекрасно понимали, что выбор человека для семейного союза, был подобен выбору наследника; один неверный шаг мог привести к полному разорению. Родственники опустили глаза, и на их лбах выступил холодный пот, и никто не осмеливался заговорить.

Глава Дуань предвидел такую реакцию и лишь улыбнулся: —  Мы лишь обсуждаем, решение не нужно принять сегодня. Четвероюродный брат, почему бы вам не высказаться первым?

Мужчина вздрогнул и выдавил улыбку: — Что ж, Шао Янь и Янь Жань уже взрослые. Вопросы личных чувств пусть остаются на их усмотрение. Что мы, старейшины, знаем?

— А, что двоюродный брат думает?

— Шао Янь в расцвете молодости и сил, а вот Янь Жань зрелая. Ей в этом году тридцать, и старшему сыну семьи Бай тоже около тридцати. Думаю, мы могли бы позволить им попробовать встречаться.

Услышав это, Е У сразу почувствовал, что что-то не так. Этот второй дядя был тем, кто забрал Дуань Шаояна из приюта домой, он имел близкие отношения с молодым господином. В этот момент он прямо обозначил свою позицию, ясно дав понять, что у него есть скрытые мотивы и он хочет выдать Дуань Яньжань замуж. Выход дочери замуж за другого человека – это не то же самое, что женитьба сына. Как только Дуань Яньжань выйдет замуж, состояние семьи Дуань, несомненно, перейдет к Дуань Шаояню. Если Дуань Яньжань будет подвергаться плохому обращению в другом месте и вернется, ища защиты у своей родной семьи, то сможет ли она на них положиться, будет зависеть исключительно от прихоти Дуань Шаояня. Е У также понимала, что позволить Дуань Шаояню жениться на барышне Бай будет равно, тому что пририсовать крылья тигру. С поддержкой семьи Бай свергнуть его станет еще более сложной задачей.

Пока она с мрачным лицом взвешивала все «за» и «против», голос господина Дуанья нарушил тишину:

— Госпожа Е, вы лучше всех знаете моих двоих детей. Что вы думаете по этому поводу?