Онлайн чтение книги Выжить в качестве жены главного героя Survive As The Hero’s Wife
Глава 35 - Проблемы в браке

— Что это ещё за гром среди ясной ночи? — пробормотала я про себя, недоуменно нахмурив брови.

Я отчётливо помнила сцену из оригинала, где Грейси без тени смущения открыто соблазняла Цезаря. И вдруг… она отказывается выходить замуж?

«Почему?» — мысленно задавала я вопрос сама себе, только собираясь вдумчиво анализировать причину столь внезапной перемены, как в памяти всплыли слова, некогда сказанные мной на охотничьих угодьях:

«Так почему бы вам самой не стать герцогиней?»

«Закон ведь можно переписать. С связями и капиталом дома Ланкастер — разве существует что-то невозможное?»

Ах… Постой.

«Только не говори, что это… из-за этого?» — сердце сжалось, ладонь, сжимающая поводья, неприятно похолодела, словно покрылась липким потом.

— Тогда, может, уже пора объяснить, по какой причине вы вообще завели со мной этот разговор? — спросила я, стараясь сохранять ровный тон, но в нём звучала лёгкая дрожь.

— Я просто предупреждаю заранее. Я не собираюсь жениться на Его Высочестве, так что вам не стоит переживать, что вас разведут. Ну… примерно так, — ответила она с лёгкой, почти нарочито безразличной интонацией.

Я невольно склонила голову набок.

«Когда говорят подобным образом… это обычно означает…»

— Звучит так, будто вы беспокоитесь о моих обстоятельствах, — произнесла я, стараясь уловить истинный смысл её слов.

В ответ она лишь пожала плечами — легко, непринуждённо, словно давая понять, что подобная трактовка вполне допустима.

«С каких пор между нами установилась такая отчуждённость?» — промелькнула мысль, и я окинула её подозрительным взглядом. Но Грейси упрямо смотрела прямо перед собой, ни разу не посмотрев на меня.

— Кстати… — добавила она спустя мгновение. — Кажется, я слишком долго вас задержала. Может, пора возвращаться?

— …Хорошо, — согласилась я, едва заметно вздохнув.

К тому же начинало заметно холодать, и я без сопротивления приняла её предложение.

Однако на всём пути обратно во дворец это тягучее, липкое чувство так и не оставляло меня, словно тень, следовавшая за каждым моим шагом.

***

«В последнее время он вроде бы был в хорошем настроении. И что теперь — ходит мрачнее тучи».

«Откуда мне знать? Спросите у него напрямую».

«Вы что, с ума сошли?»

Он явно не хотел подставляться, поэтому разговор в духе «разбирайтесь между собой сами» тянулся бесконечно долго.

Раздражает.

Нет — бесит.

В обычный день я бы просто сделал вид, что ничего не слышу, и проигнорировал бы их болтовню.

Но сегодня она резала слух невыносимо.

Тресь!

Перо в моей руке с сухим звуком переломилось пополам.

Работы было невпроворот, но сосредоточиться я не мог ни на строчку.

«Почему?»

Я никак не мог понять, почему она так легко, почти небрежно, произносит слово «развод».

И к тому же — с таким спокойным выражением лица.

Более того, её тон звучал так, словно наш развод уже наполовину стал свершившимся фактом.

Для того, кто это слышит, сердце действительно болезненно сжимается.

Даже если она была недовольна…

Разве обязательно было говорить об этом настолько прямо?

Я этого не понимал.

— Блез, ты ведь женат? — спросил я внезапно.

— Да. Через два месяца будет десятая годовщина.

Чем дольше размышляешь о женском сердце, тем глубже погружаешься в лабиринт без выхода.

Именно поэтому Цезарь решил обратиться за советом к человеку опытному — к тому, кто уже давно состоял в браке.

Его секретарь, один из них — Луи Буллез, был уже в том возрасте, когда голова наполовину облысела. Вообще-то Цезарь ожидал, что он будет старше, чем просто «десять лет в браке», но эту мысль он проглотил, оставив при себе.

— Это не про меня, а про одного знакомого, — начал он.

— Да-да, — отозвался Луи.

— В общем… один из солдат, с которыми я выходил в поход… —

Говоря это, Цезарь вдруг почувствовал, что звучит слишком жалко, и на мгновение замолчал.

— Да, продолжайте, — вежливо подтолкнул его Луи.

— Он вернулся спустя четыре года, а его жена вдруг заговорила о разводе.

— Ого… вот это да.

— Почему так?

— …Простите?

Луи растерянно округлил глаза. Вопрос был слишком уж без начала и конца.

Судя по всему, один из подчинённых, с которыми выходили в поход, получил от жены требование развода — но откуда Луи мог знать причину?

Он не знал даже имени этого человека, не говоря уже о том, какие отношения были у него с женой. Что вообще можно было ответить в такой ситуации?

Луи уже собирался попросить разъяснить обстоятельства подробнее, но тут заметил взволнованное выражение лица начальника.

И понял.

«А… Это про него самого».

Это он сам получил от жены требование о разводе.

Стоило ему прийти к этому выводу, как в голову пришёл ещё один факт. Цезарь был наследным принцем, а значит, его жена — кронпринцесса.

То, что первая принцесская чета вскоре разведётся, уже давно считалось общеизвестной истиной в высшем свете.

Что означал тот факт, что единственную дочь герцога Ланкастера с дозволения императора пригласили во внутренний сад Солнечного дворца?

«По какой бы причине ни было, похоже, разговор начала именно кронпринцесса… Но, возможно, ему было неприятно, что развод предложили не он сам?»

Для аристократических мужчин было вопросом самолюбия: самому требовать развода — допустимо, а вот получить такое требование — нет.

В таком ключе его раздражение выглядело вполне объяснимым.

Пытаться найти здесь какой-то однозначный ответ было бы глупостью. Луи по опыту знал: в таких случаях лучше всего просто подыграть настроению начальства.

— Подробностей я не знаю, так что ничего конкретного сказать не могу, но…

Он как раз собирался отделаться расплывчатым ответом, когда один из стоявших рядом рыцарей внезапно вмешался.

Тот был бывшим наёмником и получил рыцарский титул исключительно потому, что прошёл с наследным принцем тяжёлые времена. Кажется, его звали Некс.

— Да это просто «туфли надел задом наперёд», разве нет?

— Туфли задом наперёд? Что это значит?

— Солдатский жаргон, — пояснил Некс. — Так говорят, когда пока ты на войне, твоя возлюбленная заводит роман с другим.

— Роман…?

— Ну как же, помните, в прошлый раз… кто это был… Дилан, кажется? В общем, получил письмо от девушки из родного города с уведомлением о расставании и устроил истерику. Вот это как раз и называется — «туфли задом наперёд».

Слушавший всё это Луи пришёл в ужас.

Похоже, тот даже не понял, что сейчас наследный принц говорит о самом себе. Неужели он не знает, что когда начальник заводит разговор о семейных делах, лучше всего просто поддакивать и сглаживать углы?

Как и следовало ожидать, в ладони Цезаря с тихим стуком рассыпались на две части обломки сломанной ручки. Сила словно ушла из его пальцев.

— Ч… что?

— Вообще-то человеческое сердце — вещь непостоянная. Если четыре года были в разлуке, вполне могло случиться, что она тайно встречалась с другим мужчиной.

Нет. Нет. Нет.

Луи отчаянно захотелось заткнуть этому болтуну рот.

Неужели он не видит, как лицо наследного принца прямо на глазах становится всё более мрачным?! Разгребать последствия потом придётся вовсе не Нексу, а ему самому, который весь рабочий день находится рядом.

Цезарь ответил побледневшим лицом:

— Мы же… продолжали переписываться и обмениваться подарками!

— Да бросьте. Письма написать и подарок выбрать — да это же любой аристократ может поручить слугам. Говорят, у знати даже отдельные секретари для выбора подарков есть. Такое сплошь и рядом бывает.

— Но… никаких признаков того, что у неё появился другой мужчина, не было… Разве это возможно?

Похоже, он уже и не пытался скрывать, что речь идёт о нём самом. Или был слишком потрясён, чтобы вообще задуматься о том, чтобы что-то скрывать.

— Если хорошо скрывать, то вполне возможно. Нельзя верить всему, что говорят женщины. Да я сколько денег на этом потерял… Вам тоже стоит быть осторожнее, Ваше Высочество! Хотя, кто бы стал играть с членом императорской семьи, но всё же.

Сказав это, он громко рассмеялся. Улыбка была яркой, без единого намёка на фальшь.

Даже в этот момент Луи подумал, что тот мужчина поразителен уже тем, что совершенно не замечает: наследный принц говорит о собственных семейных делах.

Такая степень отсутствия такта — уже почти талант. Наверное, ему и живётся легко. А вот окружающим — не очень…

— Этого не может быть. Пока я был на войне, мы постоянно поддерживали связь…

Хоть живот и разорвётся.

Нужно было замять, замять ситуацию. Ради спокойной служебной жизни нужно было во что бы то ни стало всё уладить. Он прочистил горло и заговорил.

— Кхм, Ваше Высо… нет, нет. А не было ли, случайно, между тем человеком и его супругой каких-нибудь… проблем?

— Проблем?

— Да. Женщины ведь легко обижаются даже из-за пустяков.

Луи осторожно дал понять, что вины собеседника в этом нет.

— Это, конечно, хлопотно, но разве не обязанность мужчины — проявить широту души и принять это? Ха-ха-ха.

Сказав это, он неловко рассмеялся. Ответа не последовало.

«Я… я не туда попал с акцентом?»

Может, стоило сказать, чтобы он хладнокровно подписал соглашение о разводе, раз уж всё равно скоро разведутся? Луи поспешно изменил линию рассуждений.

— Но если она продолжает дуться по всяким нелепым поводам и требует развода, то, возможно, и правда стоит согласиться. Ведь есть же выражение “тяни-толкай”…

— Так ты предлагаешь это принять?

Выражение лица было настолько мрачным, что Луи даже не смог закончить фразу. Более того — он отчётливо услышал скрежет зубов.

Нет, тогда какой же правильный ответ?! Хотелось чуть ли не расплакаться.

«Ах, к чёрту эту работу, хочу всё бросить!»

Подстраиваться под настроение начальства было экстремальной задачей даже для секретаря с двадцатилетним стажем.

— Э… Ваше Высочество.

— М?

— А вы сейчас… случайно не о своей супруге говорите?

К тому же этот рыцарь именно в этот момент подлил масла в огонь.

«Замолчи! Хватит!»

Почему он понял это в самый худший момент? Неужели он не видит, как лицо начальника становится всё более угрожающим? Хотелось схватить его за воротник и встряхнуть.

— Тогда это даже к лучшему! Я слышал, что вы всё равно скоро расстанетесь. Раз уж инициатива исходила от неё, никаких пересудов не будет — всё можно уладить чисто и аккуратно…

— Некс.

— Да?

— Выйди.

— …Что?

— Выйди.

— Нет, подождите, Ваше Высочество, я же ничего… А, понял. Понял! Выхожу. Выхожу!

Рыцарь, возмущённо выкрикивая, покинул комнату. На его месте осталась лишь холодная тишина.

«Лучше уж сидеть на иголках.»

Луи отчаянно захотелось, чтобы и его тоже просто выгнали. И это желание вскоре сбылось.

— Ты тоже можешь идти.

— Да, разумеется.

Луи хотел сказать, чтобы тот не принимал всё так близко к сердцу, но молча вышел из кабинета. В такие моменты лучше всего было держать рот на замке.