В современном мире, когда над законом господствует насилие, а над насилием — деньги, что самое важное для женщины? Конечно же, это толстый кошелёк, безопасный дом и любящая семья.

К счастью, Анри была женщиной, обладавшей всеми этими тремя вещами. Её старший брат Ан Юль был богатым человеком и владел большим особняком в Сингапуре. Более того, он был настолько добрым, что без всяких жалоб содержал свою безработную младшую сестру, жившую за его счёт. Жена Ан Юля, Эмма, тоже без каких-либо нареканий приняла Анри в свою семью.

Однако у такой Анри тоже было несколько недостатков. 

Первый — здоровье.

Второй — память.

Анри потеряла все воспоминания о том времени, что предшествовало тому моменту, когда она впервые открыла глаза в особняке Ан Юля, то есть о периоде до своих двадцати четырёх лет. По объяснениям Ан Юля и Эммы, Анри попала в серьёзную дорожную аварию, впала в кому и лишь чудом пришла в сознание.

Она провела год в роскошном особняке в районе Букит-Тима, где Ан Юль с женой заботливо ухаживали за ней. Благодаря этому она восстановила здоровье, но по-прежнему страдала от сильных головных болей. Иногда ей приходилось целый день пролежать в постели.

Анри становилось всё более неловко из-за того, что она жила на шее у брата с женой. К тому же ей постепенно надоело их излишне опекающее отношение.

— Знаете, я подумываю о том, чтобы постепенно начать искать работу.

За завтраком она произнесла это довольно недовольным тоном. Эмма и Ан Юль даже не сделали вид, что услышали её.

— Юри, попробуй это. Сегодня рагу просто потрясающее.

— Не беспокойся обо мне, лучше сама поскорее поешь. Рагу сейчас остынет.

Они продолжали мило шутить друг с другом, предлагая еду. Анри, с выражением недовольства на лице, снова заговорила.

— Эй, вы меня слушайте? Я же сказала серьёзно, что мне нужно найти работу.

— Ты ещё и не до конца поправилась, о какой работе может быть речь?

Ан Юль пробежал взглядом по худым щекам Анри и слегка упрекнул её.

— А что, если ты вдруг упадешь в обморок на работе?

— Я в полном порядке.

— В полном порядке, да ну! На мой взгляд, ты всё ещё похожа на только что родившегося олененка, который едва держится на ногах.

Эмма резко схватила Анри за тонкий запястье и стала энергично им потряхивать.

— Посмотри-ка, посмотри. Там же одни кости остались!

Отдёрнув руку, Анри начала перечислять заранее подготовленные аргументы:

— Недавно британская пара по соседству родила ребёнка и ищет няню. Я думала подать заявку.

— Няней...? — Эмма наклонила голову набок и приняла озадаченное выражение лица.

— Рина, даже если они очень добрые люди, вряд ли кто-то наймёт няню с таким большим шрамом на шее.

— А ещё проблема — эта ужасная татуировка в виде дракона на ноге.

Когда Ан Юль добавил это, Анри опустила плечи и стала без аппетита ковырять еду. Он, словно осознав свою оплошность, попытался утешить её.

— Ко-конечно, татуировку и шрам можно скрыть длинными брюками и футболкой с высоким воротником, но...

— Юри!

Эмма бросила на него пронзительный взгляд, заметив, как он незаметно встал на сторону Анри.

— Здесь и так жарко до смерти, какая тут может быть футболка с высоким воротником! Опомнись!

Анри с унылым выражением лица смотрела на своё отражение в настенном зеркале. Шрам на затылке отчётливо проступал из-под воротника. Она поглаживала его и рассеянно бормотала.

— Скажите..., а может, до того, как я потеряла память, я была как-то связана с преступлением?

— Что за глупости?

Ан Юль с отвращением на лице прищурила глаза.

— Я же тебе и в прошлый раз говорил. Это рана, полученная во время ДТП. А ты была просто обычной студенткой художественного факультета.

— Этого не может быть. Зачем студентке художественного факультета носить на теле такую жуткую татуировку с драконом?

Анри подтянула брюки и посмотрела на татуировку в виде дракона, покрывающую её правое бедро. Хотя это всего лишь рисунок, в взгляде раскрывшего пасть дракона чувствовалась жуткая агрессия. Казалось, что его острые когти вот-вот разорвут её кожу.

— Наверное, у меня действительно были странные вкусы.

— Да, это так.

Ан Юль кивнул и на его лице отразилось серьёзное выражение. Анри прищурилась и пристально посмотрела на темно-синего дракона, покрывающего её бедро.

Пусть будет так с этой татуировкой в японском стиле, которую обычно делают члены преступных группировок. В те времена такой стиль, возможно, был в моде.

Но как ни крути, иероглиф, в котором не хватало одной черты, выглядел слишком странно. Анри глубоко вздохнула и снова пристально посмотрела на него, вытатуированный рядом с драконом. В иероглифе «дракон» (龍), написанном красивым почерком, как будто кистью, не хватало ровно одной черты.

— А почему в этом иероглифе не хватает одной черты?

— Рина, может, ты просто была настолько глупой, что не умела писать иероглиф «дракон»?

И все. Эмма, бросив бессмысленную шутку, встала из-за стола.

— Спасибо за еду. Я сбегаю в магазин!

— Я тоже пойду...

Как раз в тот момент, когда Анри поспешно опустошила тарелку и собиралась встать, Эмма крепко прижала её к стулу и строго посмотрела на неё.

— Эй, пациентка должна оставаться дома.

— Я не пациентка. Давно уже не лежу в постели, а ты всё так говоришь.

— Что ты несешь, худышка? Ладно, Юри, я поехала!

Анри вздохнула, глядя, как Эмма выбегает из прихожей, словно спасаясь бегством.

— Почему ты всё время не даёшь мне выйти на улицу? Это так раздражает…

— Выходить на улицу можно будет, когда ты немного поправишься. Если тебе так скучно, погуляй хотя бы в саду.

Ан Юль убирал посуду и при этом не переставал ворчать. Со стороны гаража раздался звук запуска двигателя. Через секунду послышалось, как Эмма на большой скорости выехала со двора.

— Нечестно. Оба вы просто отвратительны.

Анри, надув губы, вышла через широко открытый вход на террасу. Босиком она прошла по прогретой солнцем террасе и направилась к огромному открытому бассейну.

Расслабленно растянувшись на шезлонге у бассейна, она бездумно уставилась на ясное небо. Ан Юль, направив шланг в сторону клумб, цокнул языком:

— Я же говорил, не ложись сразу после еды.

— Ворчун.

В тот момент, когда она, ворча, слегка приподнялась, Анри вздрогнула и оглянулась.

По всему телу побежали мурашки, словно на неё облили холодной водой. Возле облупившегося трамплина для прыжков в воду колыхалась чёрная тень. Эта тень, поднимавшаяся как дым, напоминала силуэт высокого человека.

Это был дух, обитавший в этом особняке с тех пор, как она впервые открыла глаза в этих стенах. Раньше его слабое присутствие позволяло легко забыть о нём, но сейчас он излучал в сторону Анри мощную ауру, что казалось, будто он неотрывно смотрит прямо на неё.