Как и говорил Камаль, в прихожей уже собрались дети: они ждали нового члена семьи.
Увидев друзей, малышка наконец перестала бояться. Камаль, решив, что это подходящий момент, шустро подбежал и буквально передал Райли в руки девочкам. Привыкшие к таким вещам дети тут же окружили ее и принялись приветствовать с таким напором, что у нее голова пошла кругом.
— Райли, добро пожаловать!
— Фу, грязнуля. Прямо как Куини в первый день.
— Не сравнивай. Куини вообще-то из канализации выловили.
— Райли, пойдешь с нами купаться?
— Помоешься — дам вкусняшку.
Найтингейл попыталась пойти следом за Райли.
— Я тоже помогу.
— Подожди-ка! — Камаль преградил ей путь и, что для него было редкостью, сказал очень мягко: — Я в общих чертах слышал, что произошло. Но, Найтингейл, сейчас для Райли важный момент. Я бы хотел, чтобы ты немного держала дистанцию, пока она не освоится.
[Значит, меня вы зовете «Счастливчик», а ее — «Найтингейл»?] — встрял патрульный бот.
— Счастливчик, помолчи, — осадил его директор. — Найтингейл, ты ведь понимаешь, о чем я говорю? И запомни на будущее: если ты собираешься здесь оставаться, ты должна относиться ко всем одинаково.
— Ко всем… одинаково, — повторила она.
Он продолжил тем же мягким тоном:
— Это и для Райли важно. Для нее ты, возможно, особенное существо, но в конечном счете люди должны жить среди людей.
Сури слушала Камаля, но не отрывалась от Найтингейл. Лицо медицинского робота, сделанное из ослепительно белого усиленного пластика, не выражало никаких эмоций. И все же девушка чувствовала: в этот момент у Найтингейл что-то исчезло.
Что именно — она и сама не знала. Вероятно, это невозможно было выразить словами, измерить или проверить. Но что-то определенно исчезло.
Медицинский робот почтительно ответила:
— Я все поняла, господин директор.
— Отлично. Тогда я покажу дорогу.
Найтингейл и Счастливчик последовали за Камалем. Сури подняла голову и посмотрела на Адама.
— Адам…
Он все так же обнимал ее одной рукой и тут же наклонился к ней. Его лицо, как и прежде, не выражало никаких эмоций.
Она хотела сказать ему о том, что чувствует. Но не знала, как это вербализировать.
Пока она стояла, словно коза, запутавшаяся рогами в лозе, к ней подошел Джис.
— Мисс Сури, нужно установить зарядную станцию для Найтингейл. Здесь есть подходящее место?
Сури, хоть и пребывала в смятении, кивнула.
— А, да. Электроэнергии хватит. Мы недавно установили солнечные панели.
— Я как раз беспокоился насчет питания. Не могли бы вы сначала показать панели?
Адам медленно отпустил ее и тем же мягким голосом сказал:
— Идите, мисс Сури.
Девушка наконец поняла, что имел в виду Адам, когда говорил, что эмоции невозможно верифицировать. Ведь она и сама не могла объяснить, что чувствует в этот момент.
Если так трудно ясно понять собственное сердце, то как можно доказать чувства совершенно иного по своей природе существа?
***
Камаль очень ловко объяснял Найтингейл устройство здания.
— Ничего сложного. Здесь кухня, там склад. За той дверью прачечная! Аптечка на складе.
— Можно осмотреть склад? Я бы хотела заранее понять, какие есть медицинские принадлежности.
— Конечно. Там, правда, довольно грязно, хе-хе… И если что-то понадобится — скажи мне. Я раз в неделю выезжаю пополнять запасы.
— Поняла, директор.
Камаль проводил взглядом Найтингейл, заходящую на склад, и негромко прошептал:
— Счастливчик, ну как тебе?
[Что вы имеете в виду?] — переспросил патрульный бот, стоявший за его спиной.
— Как тебе Найтингейл?
[Разве размещение медицинского робота в приюте не полезно для детей?]
— Ну, это понятно, но… по роботским меркам она ведь симпатичная?
[Директор, вы вообще к чему клоните?]
— Ну а что, у роботов разве такого не бывает? Чтобы понравилась, чтобы, ну… запала?
Счастливчик с шумом выпустил воздух через охлаждающий отсек. Звук был точь-в-точь как фырканье.
[«Запала»?]
Патрульный бот решил, что больше в его услугах не нуждаются, и, грохоча шагами, ушел.
Глядя ему вслед, Камаль подумал: «Ну да, для робота это, наверное, нормальная реакция».
А вот кого директор приюта нормальным не считал — так это Адама. Он почесал кончик носа, погрузившись в раздумья. «Почему от него, при том что он робот, так несет самцом?»
Когда он ляпнул лишнего про Джиса, Адам совершенно явно попытался полностью отгородить Сури от него. Совсем как беспощадный волк, который не позволяет даже запаху другого самца коснуться своей самки.
Камаль привык доверять своей интуиции. Он больше десяти лет выживал на самых опасных полях сражений и в конце концов остался жив. Даже несмотря на фатальный недостаток — полную техническую безграмотность. Спасала его почти звериная интуиция.
И сейчас интуиция вопила: этот шлемоголовый тип определенно нацелен на Сури!
Он протяжно застонал, как большой медведь. Адам не был плохим парнем. Скорее наоборот — вроде бы даже хорошим. Камаль не понимал, что к чему, но по его меркам Адам выглядел умным и способным. Если бы дошло до знакомства с семьей, его фильтры он прошел бы без вопросов.
Но была одна фатальная проблема.
«Он же робот».
В этот момент с грохотом прибежала Сури.
— Камаль, я возьму ящик с инструментами!
Он посмотрел на девушку с бесконечной любовью и печалью во взгляде. Он знал ее с тех пор, как она была ростом с початок кукурузы. Для него Сури была почти как родная дочь. Наверное, поэтому он продолжал волноваться за нее, даже когда она уже стала взрослой.
— Не бегай! Упадешь! — заботливо крикнул он.
— Я же не ребенок! — Сури, не имея ни малейшего представления о его переживаниях, поставила сумку на стол. — Только не трогай мою сумку!
Она подхватила здоровенный ящик с инструментами и снова с топотом умчалась.
Камаль цокнул языком.
— Вечно мои слова мимо ушей пропускаешь. В кого ж ты такая… — Продолжая цокать, он мизинцем приподнял край ее сумки. — И я тебя слушать не буду.
Он сделал это наполовину в шутку, но сумка была плохо застегнута, и содержимое с грохотом высыпалось наружу. Почти все оказалось закусками, но было и кое-что еще — предмет, похожий на маленького робота.
— Опять робот?
Камаль поднял его, но на ощупь тот оказался мягким — на робота не очень похож. Он перевернул находку. Присмотревшись, понял, что это смартфон в силиконовом чехле, стилизованном под робота.
— Вечно тебе нравятся какие-то странные штуки.
Он ворчал, когда внезапно раздался сигнал видеозвонка, и на экране крупным планом появилось его собственное лицо.
— О, это еще что?
Он нажал кнопку приема, и на экране возник собеседник.
Увидев незнакомого мужика, Титан выругался:
— [Блядь!]
Камаль не остался в долгу.
— Хуеблядь!
Связь тут же оборвалась.
Ругательство он выдал автоматически, но сам остался в полном недоумении.
— Это сейчас что вообще было?
Если Адам был идеальным кандидатом на «познакомить с семьей», то тот тип подходил разве что для немедленного выставления за дверь. Рожа в татуировках, глаза стеклянные — с первого взгляда ясно, что с ним не все в порядке.
— Если этот странный тип ей не просто звонит, а по видеосвязи набирает, значит, они явно не чужие… Сури, ну у тебя вообще никакого вкуса на мужчин! — Камаль, бормоча себе под нос такое, от чего Сури подпрыгнула бы на месте, погрузился в мучительные раздумья.
«Робот, который мне по душе, или человек, который мне совсем не нравится? Вот в чем вопрос».