Он окончательно упустил Пан Уль.

Она уже давно должна была быть в его объятиях. Он не понимал, с какого момента всё пошло не так.

Эта кроха, которая всегда перед ним заискивала, хорошенько дала ему по затылку и сбежала. И не один раз: с самого рассвета он получал удар за ударом. Сделай он сейчас КТ, на черепе наверняка обнаружилась бы трещина.

Осознание того, что очевидное перестало быть таковым, сводило с ума.

Он был абсолютно уверен, что поймает её в мусоросжигателе. Думал, что она в лучшем случае будет барахтаться в мусоре и молить о помощи, а в итоге её увели шестеро крыс, пробравшихся в лабораторию.

Он был абсолютно уверен, что вернет её до того, как она покинет 1-й сектор. Сколько солдат охраняют периметр 1-го сектора? Он был убежден, что ей ни за что не удастся выскользнуть.

Но, словно насмехаясь над его самоуверенностью, Пан Уль выскользнула, как вьюн. И с каждой секундой отдалялась всё дальше и увереннее.

Подумать только, Ким До Ын притащила сюда жалких отбросов из миротворцев. Судя по такому нелогичному выбору, она до самого конца оставалась непроходимой дурой.

Ситуация закрутилась, как свиной хвостик, и в ней уже не было ничего смешного, но Кан Хён Хо, как ни странно, сохранял спокойствие.

Зато бригадный генерал И Джин Сок суетился и паниковал. Когда Хён Хо разрешил перебить всех миротворцев, тот даже осмелился переспросить: «А что, если шальная пуля заденет её?» Ответив, что главное — чтобы не сдохла, Хён Хо поймал на себе странный взгляд. Слишком дерзкий адъютант.

И тут Кан Хён Хо осознал, что сейчас ему самому нужен целитель. От суставов на каждом пальце начал подниматься жар, смешанный с тупой болью. Если подумать, он только что немного использовал свои способности.

— Это дерьмовое тело даже ситуацию оценить не может, творит что хочет.

И всё же ему совершенно не хотелось тащить сюда другого целителя и тратить на него время. Зачем мне кто-то другой, если у меня есть моя личная целительница? Нужно просто быстрее вернуть её.

Хён Хо сидел на заднем сиденье армейского джипа, закинув ногу на ногу и зажав в зубах сигару, как в обычное время. Нужно было решить гору проблем, но тело отяжелело, словно у куклы с обрезанными нитями.

Он игнорировал приказ Верховного правителя немедленно вернуться и отчитаться. Ему не хотелось отвечать на вопросы о том, что за херня творится с самого рассвета.

За неподчинение приказу светит гауптвахта. Интересно, что скажет Пан Уль, если я скажу, что сел на губу из-за неё? Извинится? Тогда под этим предлогом можно будет вдоволь заняться с ней тем, чем я давно хотел.

В этот момент голос бригадного генерала И Джин Сока вырвал Кан Хён Хо из пустых фантазий.

— Генерал-лейтенант.

Только тогда Кан Хён Хо вспомнил, что вообще-то вызвал на ковер Хан Джин Уна. Видимо, его мозг, обычно работавший как часы, решил устроить перекур.

— Так, значит, безопасность 1-го сектора обеспечивает командир 2-й дивизии, бригадный генерал Хан Джин Ун? Я ничего не путаю?

— Т-так точно.

На запоздалый ответ напряженного как струна Хан Джин Уна на губах Кан Хён Хо заиграла легкая улыбка.

— И вы вообще были не в курсе, что тут кишит стая тараканов?

— Виноват.

— Они проникли в лабораторию и даже проломили стену мусоросжигателя, а вы ничего не заметили? Я правильно всё понял?

— Виноват. Мне нет оправданий. Приму любое наказание.

— ...Ну да, бывает, понимаю.

От этого великодушного заявления генерал-лейтенанта Кана у Хан Джин Уна глаза на лоб полезли. Бывает? Он был уверен, что прямо сейчас прольется кровь. Или хотя бы его изобьют до полусмерти, но чтобы вот так... В полном шоке он посмотрел на бригадного генерала И Джин Сока, но тот лишь прикусил нижнюю губу и отвел взгляд.

— Бывает же такое, что насекомые откладывают яйца прямо в спальне, пока ты не видишь.

Хозяин дома не может уследить за всем. Так что то, что Пан Уль выскользнула из моих рук, — не моя вина. Это не я подверг её опасности.

Кан Хён Хо успокаивал не Хан Джин Уна, а самого себя.

Ничего, я смогу её найти. Она не могла уйти далеко... Если она где-то в районе 3-го сектора, всё еще поправимо. Да уж лучше пусть эти миротворцы или кто они там, будут с ней — так безопаснее. По крайней мере, инфицированные её не покусают. Раз уж она им для чего-то понадобилась, они не дадут её в обиду.

Кан Хён Хо сам не осознавал, что бормочет всё это вслух. С зажатой в зубах сигарой, непрерывно озвучивая мысли, он выглядел явно не в себе.

Лицо Хан Джин Уна, наблюдавшего за этим, вытянулось от недоумения. Что он несет? Слов было почти не разобрать, но, что еще хуже, взгляд Кан Хён Хо казался абсолютно расфокусированным.

И Джин Сок изо всех сил делал вид, что не замечает недоуменных взглядов Хан Джин Уна.

Хули ты на меня смотришь, думаешь, я знаю, что делать? Еще на рассвете Кан Хён Хо рвал и метал, требуя организовать погоню, а к обеду окончательно поехал крышей. Внешне он казался спокойным, но если присмотреться — это было совсем не так. С привычным высокомерием он лишь курил сигару и то и дело бормотал жуткие монологи.

— Генерал-лейтенант?

Хан Джин Ун, не выдержав, окликнул его, и это стало роковой ошибкой. Кан Хён Хо мгновенно выстрелил в него из пистолета, который держал в руке. Пистолет с глушителем издал тихий, почти нелепый звук: «пшик!».

И Джин Сок, глядя на замертво рухнувшего бригадного генерала Хана, лишь хлопал глазами. К такому он уже привык.

— По сути, всё это произошло из-за того, что ублюдок, ответственный за уборку, не убрался как следует. И вот результат.

Дуло Кан Хён Хо тут же нацелилось на И Джин Сока.

— А я доверяю нашему... компетентному бригадному генералу И Джин Соку.

Глядя в полные ярости глаза Кан Хён Хо, Джин Сок осознал свою ошибку. Я вообще вписал сестру получателем военной пенсии? Надо было сделать. Иначе бумажная волокита затянется и выплаты задержат.

Пока Джин Сок сокрушался по столь прагматичным причинам, Хён Хо лучезарно улыбнулся:

— Верю, что урегулирование этой ситуации не займет много времени... Я ведь прав?

— Через оставшихся миротворцев мы уже установили их базу. Клянусь жизнью, я обязательно привезу её.

Джин Сок без колебаний выдал именно то, что хотел услышать командир.

Он не особо понимал, почему генерал-лейтенант Кан так трясется над этой подопытной. Догадывался, что там есть какая-то своя история, но, какова бы ни была причина, это не его ума дело. Он был лишь пешкой, выполняющей волю командира. В этом и заключалось его предназначение. А вещи, которые знают свое место, обычно не выбрасывают.

Только после этого Кан Хён Хо опустил пистолет. Он заставил себя поверить, что раз уж рядом с Пан Уль кто-то есть, ситуация еще не достигла критической точки.

* * *

Оказалось, что снаружи нужно остерегаться добрых людей.

А несколько раз зажмурилась и открыла глаза. Но перед глазами всё равно была кромешная тьма. И не в переносном смысле — она действительно ничего не видела. На неё насильно надели мешок.

Влажная от её собственного дыхания ткань вызывала омерзение. Липкий скотч на губах неприятно саднил. Она попыталась стянуть его языком, но безуспешно. Только испортила себе вкус во рту. Вдобавок ко всему, связанные руки и ноги делали её положение совсем уж жалким.

Больно...

Она не знала, чем её связали, но из-за нарушения кровообращения руки и ноги начали сильно отекать. От того, что руки были связаны за спиной, плечевые суставы тоже ныли.

Командир говорил ей остерегаться инфицированных, но, похоже, людей стоило бояться куда больше. Может, это было настолько очевидно, что он даже не стал мне об этом говорить? Но ведь я не знаю, что такое «очевидно».

Впрочем, винить других было бессмысленно. Тот факт, что она сглупила, оставался неизменным. С мрачным видом она свернулась калачиком. А затем начала вспоминать, как вообще докатилась до такой жизни.

«С ума сойти, ты что, человек? Я чуть не пальнула в тебя из дробовика, думая, что ты инфицированная... Что ты вообще делаешь в таком месте одна?»

Она просто шла по маршруту, указанному на терминале, когда из-за деревьев вдруг выскочила девушка. На вид её ровесница или на пару лет старше, в руках у неё было длинное и тяжелое на вид ружье.

«А, это...»

Она замялась, не зная, как ответить, чтобы не показаться подозрительной. Тогда девушка опустила ружье и подошла ближе. Раскрыв ладони в примирительном жесте, она всем видом показывала, что за неё можно не бояться.

«Тебя нигде не укусили? Мы довольно далеко от сектора, так что тут полно инфицированных. Бродить здесь одной очень опасно».

«А, я не знала. Я... шла в 4-й сектор».

«Ты живешь в 4-м секторе? А откуда идешь? Тогда тебе нужно было ехать на транспорте для резидентов. Почему ты одна?»

Она понятия не имела, что такое транспорт для резидентов, но, видимо, здесь передвигались именно на нем. Что же делать. Поколебавшись секунду, она решила импровизировать, раз уж терять было нечего.

«Мы неожиданно столкнулись с инфицированными, и я отбилась от группы. Договорились встретиться в 4-м секторе, вот я туда и шла».

«...У тебя что, нет с собой экстренного терминала? Надо было послать сигнал бедствия патрулю сектора. С одним пистолетом в руках ты тут долго не протянешь».

А это еще что за бред. Слова девушки были полны непонятных терминов. Но она решила помалкивать, боясь, что если покажет свое незнание, это будет выглядеть совсем уж странно. Тогда девушка с нервным смешком протянула ей руку:

«Не знаю, что у тебя стряслось, но терминала у тебя нет, да? Пошли со мной. Я провожу тебя до 4-го сектора».

Девушка с добрым лицом ласково приобняла её за плечи, и она беспрестанно кланялась, благодаря её. Но не успела она сделать и пары шагов, как потеряла сознание. Кто-то сильно ударил её по затылку. Удар был таким мощным, что боль прострелила от шеи до самой поясницы. Удивительно, как только кровь не пошла.

Какая же я дура. Раз уж я такая тупая, то должна хотя бы быть сообразительной... А у меня ни того, ни другого, вот и докатилась до такого.

В следующий раз ни за что не пойдет за человеком, который мило улыбается. К добрым людям нужно относиться с подозрением в первую очередь. Да и вообще, лучше ни с кем не заговаривать.

— Ну и как, прикинул стоимость? Они там про этих военных весь день ныли, а в итоге куш сорвали, да?

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver