Онлайн чтение книги Иллюзия побега The Illusion of Escape
1 - 1

Есть вещи, которые узнаешь с самого рождения. Например, что такое голод или сонливость. То, что становится понятным само собой еще младенцу, не умеющему говорить.

Любое живое существо умрет от голода, если не будет есть, и умрет от болезни, если не будет спать. Даже если разум не может осознать этого прямо сейчас, инстинкты знают всё.

Точно так же, хотя никто никогда мне этого не говорил, я поняла это сама.

Я никогда в жизни не покину эту лабораторию.

Ей, теперь уже двадцатишестилетней, это стало ясно еще в раннем детстве.

Лежа на животе на кровати, она слегка повернула голову набок. Безупречно белая комната, от пола до стен и потолка, предстала перед её глазами.

Белый пол, белесый потолок, белоснежная кровать, девственно-белое одеяло и я, полуголая.

Как ни назови, вокруг было полно одних и тех же белых вещей.

— О чем думаешь, моя Пан Уль?

Низкий голос, раздавшийся за спиной, мягко коснулся слуха. Вскоре послышался звук чего-то брошенного на пол под кровать. Несомненно, это мужчина скинул с себя военную форму.

Та, кого назвали Пан Уль, лежала неподвижно, тупо уставившись в пустоту. Из-за того, что её только что жадно целовали и кусали, она совершенно выбилась из сил. Мужчина, как всегда, был груб и напорист, и ей было тяжело с ним справляться.

И вообще, её звали не Пан Уль.

На самом деле, у неё не было точного имени. Если уж на то пошло, все в лаборатории называли её «А», так что это было ближе к имени.

— Пан Уль, подними голову.

Она решила на мгновение проигнорировать мужчину, навалившегося на её тело. Акт с ним был приятен, но ей нужно было время перевести дух.

Притворившись, что не слышит, она отбросила взгляд вдаль, но разглядывать было особо нечего.

Из вещей, наполнявших комнату, были только огромная кровать, маленький письменный стол, стул и книжный шкаф ростом с неё саму.

Обстановка была не просто скромной, а пустой. На самом деле, дело было не только в мебели. На коричневом столе и в книжном шкафу тоже ничего особенного не было.

Единственное, что она могла назвать «своим» — это несколько тонких книг. Но и это было больше, чем раньше. В её прежней комнате была только скрипучая жесткая кровать и потрепанное одеяло. Конечно, здесь было уютнее, чем в той бледно-зеленой комнате её детства, но отсутствие окон и тяжелая железная дверь остались прежними.

— Будешь дальше думать о другом — накажу.

Услышав предупреждение из-за спины, она издала странный вздох: «Э-эх». В ответ мужчина, словно пораженный её наглостью, выдохнул, наклонился и крепко укусил её за ягодицу.

— Ах!

И зачем он там кусает? — недовольно пожаловалась она на боль.

Но тут её схватили за лодыжку. Огромная рука потащила её с кровати, так что ей волей-неволей пришлось напрячь ноги и встать. Из-за недавних ласк ноги плохо слушались, тело мелко дрожало. Она почувствовала, как между бедер густо стекает что-то влажное.

— И почему ты уже так обессилела?

Тон мужчины был нежнее, чем секунду назад, но то ли от возбуждения, то ли от злости, его голос в конце сорвался и прозвучал хрипло.

— Мы ведь еще ничего не делали.

Что? Ничего не делали? Зашел без приветствия, начал тереться губами, вовсю лапал и искусал везде, где только можно, и ничего? Опешив, она резко повернула голову и посмотрела на стоявшего перед ней мужчину, Кан Хён Хо.

Так как он был намного выше её, ей пришлось задрать подбородок. Но, несмотря на огромную разницу в габаритах, она не тушевалась. Всё из-за веры в то, что Кан Хён Хо не причинит ей вреда.

Снявший рубашку Хён Хо демонстрировал мускулистый торс. Прямые плечи, крепкие мышцы груди и пресса, и при этом стройная, упругая талия. Мощные линии его тела выглядели величественно.

— Пан Уль.

Красные губы Хён Хо, тихо позвавшего её, изогнулись. Изящно, но криво усмехнувшись, он прищурил один глаз и прошептал:

— Когда ты так на меня зыркаешь, у меня встает.

Его слегка хриплый голос был явно наполнен похотью.

— Если чем-то недовольна, скажи словами.

Сказав это, Хён Хо резко схватил её за талию. А послушно подалась вперед, в его объятия, и растерянно заморгала. Ощущение твердых кубиков пресса, прижавшихся к её плоской спине, и контуров твердого органа, упирающегося в её мягкие ягодицы, было слишком откровенным. Но вместо смущения она почувствовала усталость.

— Потому что, когда ты так смотришь, мой член сейчас разорвет.

В каждом его слове сквозило темное желание.

Разорвет? Внимательно обдумав слова Хён Хо, она вдруг стала очень серьезной.

Разве такое возможно? Она вовсе не желала подобной катастрофы. Слегка испугавшись, она поспешно уставилась прямо перед собой. Заметив это, Хён Хо глухо рассмеялся и довольно грубо схватил её за подбородок.

— Так чем ты недовольна?

Что тебе так не нравится, что ты так мило надулась? — допытывался Кан Хён Хо, заставляя её смотреть ему в глаза. Немного поколебавшись, ей пришлось открыть рот.

— ...Зачем ты врешь, что мы ничего не делали?

— И что же я сделал?

Хён Хо слегка склонил голову набок и медленно моргнул. Это выглядело бы почти невинно, если бы она не знала его лучше.

— М? И что же мы такого делали?

То, как он морщил нос, делая вид, что совершенно не понимает, о чем речь, бесило. Видимо, он хотел, чтобы она вслух перечислила всё, что он только что вытворял. Кан Хён Хо часто вел себя гадко, прикрываясь ласковым голосом.

Немного подумав, она просто закрыла рот и уставилась на него изо всех сил.

Бесит.

Было до жути неприятно, что он насмехается над ней со своим смазливым личиком. Возникло даже непреодолимое желание впиться зубами в его красивые, но так криво усмехающиеся губы.

Но, несмотря на всё это, черты лица Кан Хён Хо были действительно идеальными. По сравнению с ним глаза, носы и губы других людей казались раскиданными в хаотичном беспорядке. Возможно, нашлось бы и другое описание, но она не знала подходящих слов.

На самом деле, проще было бы сказать, что он просто красив. Его проницательные и оттого кажущиеся острыми глаза, ровный точеный нос, пухлые, но мягкие губы — всё в нём было красиво. По крайней мере, ей так казалось.

Не знаю, как там снаружи, но среди тех, кто заходит в эту комнату, у него, несомненно, самое выдающееся лицо.

Забыв о недавнем раздражении, она завороженно любовалась лицом Кан Хён Хо. Хён Хо коротко цокнул языком. Затем, едва заметно усмехнувшись, пробормотал:

— Опять ты за свое. Заводишь меня.

Она хотела было поспешно оправдаться, что сейчас она вовсе не зыркала на него, но опоздала. Хён Хо обнял её за круглые плечи правой рукой, а левой обвил талию, не давая сбежать.

— И для чего ты собираешься его использовать, раз заставляешь так стоять своими взглядами?

Что ж, на самом деле место для использования уже определено. Кан Хён Хо одним движением расстегнул пряжку брюк и толкнул себя внутрь Пан Уль.

— Мгх...

От ощущения, что она мгновенно заполнилась изнутри, низ живота горячо закипел. Ввести было легко, потому что она настолько промокла, что смазка стекала по бедрам, но всё равно, учитывая размер, вошел он впритык. Орган между ног Хён Хо был настолько длинным и толстым, что его было трудно обхватить двумя руками. Иногда она даже задавалась вопросом, как эта штука вообще входит и выходит из её тела.

— Ха...

На шее Хён Хо, издавшего вздох, похожий на стон, вздулись вены. Когда он стиснул зубы, пытаясь сдержать возбуждение, на его гладкой челюсти заходили ходуном желваки. Это было лишь проникновение, но разум уже мутился. Каждый раз, когда такое происходило, Кан Хён Хо испытывал странное чувство гнева и поражения.

Спать с ней почти шесть лет — пора бы привыкнуть или стать равнодушным, но его слабость была жалкой. Ощущение погружения в горячую, мягкую плоть каждый раз так испытывало его терпение. И это дико раздражало.

Да что в этом такого.

Было крайне неприятно чувствовать, как его захлестывает от какой-то ничтожной вещи и пустякового действия. Тем не менее, он довольно нежным жестом погладил её по спине.

В душе ему хотелось раздвинуть её до предела и безжалостно вдалбливаться, но он сдерживал себя. Маленькое тело, принявшее его, мелко дрожало.

Вместо этого он схватил её за белые, мягкие ягодицы, словно желая раздавить их. Пусть в его больном сердце и таилась слабая капля милосердия, он был не из тех, у кого хватило бы терпения покорно ждать.

— Ах, Кан Хён Хо...

С обидой прожевав его имя, верхняя часть тела Пан Уль обмякла. Она едва-едва нашла в себе силы опереться обеими руками о кровать. Увидев это, Хён Хо невольно усмехнулся.

То, как она пытается держаться... это и жалко, и забавно.

В то же время вспыхнуло желание полностью её сломить. Хотелось грубо растерзать её, испортить, чтобы её ошеломленное лицо покрылось слезами. И чтобы в конце концов она вцепилась в него и умоляла о помощи.

Лицо, еще секунду назад предавававшееся мрачным фантазиям, мгновенно стало свирепым. Со злыми мыслями в голове он уставился на её маленький затылок и потянулся правой рукой вниз.