Фу-у. Выдыхая дым, Пёмджун отогнал посторонние мысли. Если предположить, сколько скучного времени впереди, казалось, что ему понадобится немало терпения.
Пока он был погружён в размышления, позвонил секретарь Юн.
– Да. Председатель.
Секретарь Юн, приняв звонок, посмотрел на Пёмджуна.
– ...Передайте трубку.
Вероятно, предстоял короткий разговор с пожеланиями хорошо учиться, раз он благополучно добрался до общежития. Как он и предполагал, секретарь Юн протянул ему телефон.
– Да.
[Хоть это и школа, управляемая моим фондом, если бы ты знал, сколько людей вкладывают сюда силы, чтобы впихнуть туда хотя бы одного тебя, ты бы не строил иллюзий и вёл себя тихо.]
Манера отца вываливать только то, что ему нужно сказать, была привычна, поэтому Пёмджун ответил безучастно.
– Да.
[Теперь живи так, чтобы не было стыдно перед умершим братом. Я буду наблюдать.]
– ...
На последние слова он не смог ответить. Взгляд Пёмджуна, смотревшего на погасший экран телефона, был ледяным. Но вскоре его пальцы, возвращающие телефон секретарю Юну, стали такими же вялыми, будто ничего и не было.
Тук. Пёмджун погасил сигарету и лёгким жестом развернулся. Засунув руки в карманы, он поднялся по ступенькам, а стоявший позади секретарь Юн подобрал окурок. Зажав его в руке, секретарь медленно последовал за ним по лестнице.
– Ну и наглость. Серьёзно.
Ё Хыль, протирая локоть Иёна влажным полотенцем, кипела от злости. Локоть Иёна слегка покраснел.
– Нет, госпожа. Я правда в порядке.
– Какое там «в порядке»! Ты слышал, как громко он шлёпнулся, когда упал!
Иён пытался остановить её, но она чрезмерно зациклилась на красном следе, отпечатавшемся на коже. Он ведь не сильно пострадал, а она так беспокоилась, что Иёну было даже неловко. Даже если это была лишь видимость, как она, принцесса семьи Лис, могла так хорошо относиться к нему, неприкасаемому простолюдину? Он пришёл лишь как «жертвенный агнец» ради её слабого здоровья и слабой удачи, но её отношение всегда было чрезмерным.
– Ах, госпожа... Кажется, рука госпожи Иён в порядке...
Наконец вмешалась и экономка, пытаясь успокоить Ё Хыль. В её взгляде, мельком встретившемся с Иёном, читался холод: «Неужели тебе не следовало бы первым заверить нас, что с тобой всё в порядке?»
– Ха. Ничего не «в порядке»!!
Вскинув голову, Ё Хыль в этот раз метнула острый взгляд на экономку.
– Разве то, что упал какой-то телефон, приравнивается к тому, что он швыряет человека? Нет, я спрашиваю: должен ли он швырять того, кто извинился? Ха. Я слышала, что у этого старшего с детства несносный характер, но чтобы сравнивать человека с телефоном... Он психопат, что ли? Он просто тупой и сильный.
Когда Ё Хыль вспылила, экономка подпрыгнула от испуга.
– Ой, госпожа. Не говорите таких вещей. Если кто-то услышит, будут большие проблемы.
Поступить в EMBS и критиковать наследника семьи Тигров — уже проблема. Прежде всего, сами слова, унижающие человека из семьи Тигров, были проблемой. Кто в мире посмеет критиковать Пёмджуна? И это из-за какого-то жертвенного агнца. А ещё «психопат»!
Как бы ни была благородна кровь семьи Лис, она не могла сравниться с силой семьи Тигров. В строгом классовом обществе это были не те слова, которые можно было легко произнести.
– Я правда в порядке, госпожа.
– Правда?
– Да. Так и есть. Серьёзно.
Иён тоже хотел остановить Ё Хыль. Даже если она защищала его, выражения, переходящие границы, только тревожили. Если она так относится к нему, наёмному работнику, в конечном счёте именно его будут ненавидеть, и именно он может лишиться работы.
За последний год, наблюдая за Ё Хыль, Иён понял, что она очень эмоциональная натура. Она была молодой, живой и имела характер, который легко восставал против общепринятого сознания, относясь к Иёну, выходцу из низов, как к человеку. Иногда это выглядело ребячеством, но в основном это вызывало у меня лишь благодарность. Однако и это становилось опасным, если переступало черту.
Такие слова, как сейчас, если их услышат другие, приведут в ужас. Для неё, принцессы, было непозволительно называть «человеком» ту, кто была всего лишь «жертвенным агнцем».
– Ха. Как раздражает. И самолюбие задето.
Ё Хыль с детства была слаба здоровьем и жила в чрезмерной заботе. Но даже если её растили как сокровище в семье Лис, в обществе всё равно существовали строгие классы. Семья Тигров обладала наибольшей властью, ниже стояли волки, а семья Лис занимала лишь пятое место в иерархии. Поэтому, даже будучи королевской семьёй, она не могла безрассудно идти на конфликт.
И именно поэтому оскорбление, полученное сегодня, раздражало Ё Хыль особенно сильно. Дома она могла делать всё, что хотела, но, оказавшись в условиях социальных правил, всё стало бесить. Из-за слабого здоровья родители подстраивали всё под Ё Хыль. Она никогда не нуждалась в желаемом, и её желания всегда исполнялись.
В конце концов, когда Ё Хыль захотела учиться в университете, родители приняли крайние меры. Они купили одного «жертвенного агнца» из народа овец, образующего группу неприкасаемых. Причина была неизвестна, но «жертвенные агнцы» существовали только среди овец, и их задачей было перенаправлять и поглощать все несчастья хозяина. Взять на себя чужую беду. Поэтому «жертвенный агнец» был низкопробной профессией, на которую обречённые из низов вынужденно соглашались.
Так Ян Иён стала жертвенным агнцем Ё Хыль, и они провели около года в процессе адаптации. Сначала у Ё Хыль тоже были предрассудки. Ведь никто в семье не относился к «жертвенному агнцу», взятому ради её желания, как к человеку. Но когда Иён стала болеть вместо неё, и Ё Хыль смогла здоровой выходить на улицу, её зависимость от Иёна возросла.
Некоторые говорили, что жертвенные агнцы работают, другие считали это суеверием, но Ё Хыль ощущала явное улучшение. Случаи болезни значительно сократились, а настроение стабилизировалось. За год ни одной госпитализации, и теперь она могла есть досыта. Вместе с Иён они занимались теннисом и ездили на велосипеде, и её тело становилось крепче.
Возможно, из-за этих перемен Ё Хыль постепенно привязалась к Иёну и ошибочно считала его другом, а не простолюдином, но, по её словам, они определённо были неразлучны. Более того, Иён был тем, кто выслушивал все её капризы и раздражения. Поэтому она привела своего жертвенного агнца в этот университет из благодарности.
На самом деле, приводя жертвенного агнца в университет, хозяйка тоже должна была быть готовой к определённым трудностям. Даже с течением времени люди всё ещё опирались на «жертвенных агнцев», но избегали их как презренных существ. В месте, где собрались дети, рождённые с чувством власти, никто ни разу не задумался о таком взгляде. Поэтому Ё Хыль смогла получить разрешение только после внесения огромного пожертвования в школу. Ей пришлось подготовить различные справки и доказательства того, что без жертвенного агнца её благородная кровь не может быть здоровой и избежать несчастий.
Разумеется, семья Ё Хыль свято верила в роль жертвенного агнца, поэтому они настойчиво пытались донести, что Ё Хыль обязательно нужен жертвенный агнец, и подчеркнуть важность наследницы семьи Лис — одного из высших классов, поддерживающих этот мир, хоть она и не была ровней семье Тигров. В результате им удалось провести на кампус представителя самого низшего из низших — народа овец. Но с первого же дня он попался на глаза Пёмджуну.
Хотя школа управлялась фондом семьи Тигров, она слышала, что согласование с самим председателем фонда ещё не было завершено. Ё Хыль думала, что поскольку она всегда будет рядом, Иёна воспримут лишь как существо с энергетикой травоядного. И в основном все так и чувствовали. Но острый взгляд Пёмджуна, которым он окинул Иёна... Ситуация, выходящая из-под контроля, раздражала её, а также вызывала нехорошее предчувствие и неприятное чувство, отчего Ё Хыль погрузилась в глубокие размышления.
Пёмджун сосредоточенно изучал планшет. Это были отчёты об управленческой стратегии и видении, а также отчёты о технологических и исследовательских проектах (R&D), переданные секретарём Юном. В детстве он получал базовое образование вместе с братом, но только сейчас начал по-настоящему изучать управление бизнесом, так что, возможно, университетские занятия были лишь видимостью, и ему стоило сосредоточиться на этом.
Тем не менее, из-за его харизматичной атмосферы вид сосредоточенно изучающего документы казался настолько внушительным, что ему можно было сразу доверить управление компанией. Все хозяева семьи Тигров были такими. По врождённым способностям они не уступали никому. Хозяин, рождённый править миром. Будущий лидер, которому он будет служить.
Испытывая странное удовлетворение, секретарь Юн постучал в стеклянную дверь. Пёмджун поднял глаза, и секретарь, склонив голову, открыл дверь.
– Сейчас 7:30 вечера. Думаю, пора готовиться к сегодняшнему вечеру в честь первокурсников и церемонии зажжения фонарей.