Онлайн чтение книги Лебединая гробница Swan`s Tomb
1 - 3

Анна, лихорадочно соображая, что делать, грызла губы. Вдруг её чуткий слух

уловил шорох ткани. Затем раздался звук, словно кто-то мял материю, и следом

— расслабленный вздох мужчины.

— Ха-а-а...

Гортанное рычание, напоминающее звериное, прилипло к её ушам. По коже

побежали мурашки. Под непрерывное шуршание и прерывистое дыхание Анна

невольно подняла голову. В щели между занавесками мелькнуло нечто, во что

она не могла поверить.

Ротбарт ласкал свою ширинку. Медленные движения его руки по брюкам не

оставляли сомнений в его намерениях. Анна забыла отвести взгляд, заворожённо

наблюдая за происходящим.

Она не была настолько наивна, чтобы не понять, что он делает. Перед камином,

прижимаясь лицом к портрету герцогини, он мастурбировал.

Вскоре он грубым движением расстегнул пряжку брюк. При каждом его

движении роскошная золотая пряжка сверкала в темноте, словно единственный

источник света.

Затем между распахнутых брюк показалось нечто. Длинное, толстое... Настолько

очевидное, что даже густая тьма не могла его скрыть. Впервые в жизни Анна

видела мужской член.

От откровенных действий Ротбарта Анна едва не вскрикнула, но успела

прикрыть рот. Затаив дыхание, она сгорбилась, наблюдая за ним. Её зрачки,

словно прикованные, следили за движениями руки Ротбарта.

Затем он с непристойным звуком плюнул себе в ладонь. Его изящная внешность,

казалось, воплощала само слово «аристократ», и это вульгарное поведение так

не вязалось с его маниакальной чистоплотностью в этой комнате, что во рту у

Анны пересохло.

Он использовал слюну как смазку, грубо схватив член и начав дрочить. Несмотря

на огромную ладонь, ему потребовалось время, чтобы пройти от головки до

основания.

Каждый раз, когда его рука скользила вниз, с кончика члена капала мутная

капля предэякулята. Он яростно тёрся своим телом о холст, тяжело дыша, будто

пытаясь либо вытащить изображённую на портрете женщину наружу, либосамому проникнуть внутрь картины.

— Тебе бы это понравилось, да? А? Ты всегда такой была. Вела себя так, словно

готова отдать мне всё... а в итоге сбежала от меня...

Его голос звучал то с надрывной тоской, то с яростью. Страстная мольба и

пылкий гнев. Хотя Анна понимала, что его желание адресовано изображённой на

портрете герцогине, его голос, словно удары молота по наковальне, прилип к её

ушам.

Среди служанок ходили споры, действительно ли герцог всё ещё любил

покойную жену или просто притворялся, но сейчас Анна поняла: для него она

была незаменима.

Для него возлюбленная за портретом, пусть и бестелесная, была роковой

чаровницей, пленявшей его душу, святилищем, отравлявшим его разум.

Возможно, это зрелище — аристократа, известного аскетичностью,

мастурбирующего в память о погибшей жене — пробудило в Анне подавленную

склонность к вуайеризму, или же её тело просто вспыхнуло от жара внизу

живота.

Но Анна никогда раньше не испытывала ничего подобного, поэтому решила, что

это просто внезапный позыв к мочеиспусканию. Лишь бы Ротбарт поскорее

закончил и ушёл. Она стиснула бёдра и крепко прикусила губу.

В этот момент Ротбарт издал приглушённый стон.

— А-ах, Ианна...

Словно удар молнии, эти слова пронзили её голову и вонзились в сердце.

Настоящее имя Анны — Ианна. Но, как ни странно, похоже, что герцогиню тоже

звали Ианна.

Хотя имя было редким, не исключено, что это просто псевдоним, который

Чужестранец выбрал себе, оказавшись здесь. Как Се Хёна здесь называют

Джозефом...

Учитывая все возможности, совпадение имён было вполне объяснимо. Анна

успокоила учащённое сердцебиение.

Но всякий раз, когда Ротбарт хрипло произносил «Ианна», ей казалось, будто он

жаждет именно её, и она не могла просто отмахнуться от этого ощущения.

Ей не хватало воздуха — то ли из-за занавесок, то ли из-за того, что оназажимала рот. Сладкий, дурманящий аромат свечи щекотал ноздри. Этот запах,

проникающий вглубь, одурманивал и парализовал мысли.

— Чёрт, женский запах!

Ротбарт, погружённый в своё занятие, внезапно выругался и раздражённо

топнул ногой. Затем он яростно швырнул что-то с камина. Горящая свеча упала

на пол, и он тут же раздавил пламя каблуком.

Анна замерла, следя за Ротбартом из-за занавески и отчаянно молясь.

«Пожалуйста, пусть он меня не обнаружит...»

Как будто насмехаясь над ней, из-под занавески внезапно появилась большая

белая рука и грубо схватила её за лодыжку. От боли, будто попавшей в капкан,

Анна чуть не закричала, но горло словно сжалось, не издав ни звука.

Её обнаружили. Из-за шока мысли путались, голова будто опустела.

— Ты думала, что, воняя по-бабьи, останешься незамеченной? Грязные твари. То

и дело появляются, как тараканы.

Ротбарт говорил бессвязно, словно просто выплёскивал всё, что приходило в

голову.

Анна ухватилась за камин, пытаясь сопротивляться, но Ротбарт с нечеловеческой

силой потянул её за лодыжку. Захваченная его рукой нога пульсировала от боли.

Её тело медленно выволакивали из-за занавески.

— Ты посмела войти сюда? Крысёныш. Я покажу тебе, что бывает с теми, кто

сюда суётся.

Зловещий смех Ротбарта пугал её. Он не спеша тащил её, словно нарочно

растягивая её мучения.

Она была не первой служанкой, пробравшейся сюда. Иногда сюда забирались те,

кто хотел украсть драгоценности герцогини... И Анна знала, что все они погибли.

Таково было наказание за нарушение запрета. Но, зная это, она всё равно вошла.

Слёзы заструились по лицу Анны.

— Твоя низменная кровь не понравится даже моей жене... Разве что на корм

свиньям.

Она знала, что это не просто угроза. Хотя он схватил её за ногу, ей казалось,будто он сжимает её горло, перекрывая дыхание. Неужели всё кончено? В этом

чужом мире, где её никто не знает... Нет, она не может так умереть...

— Про-простите, хозяин... Пощадите... — Анна с трудом выдавила из себя,

запинаясь. Она дрожала, лихорадочно подбирая слова, чтобы убедить его.

Но Ротбарт был беспощаден. Тело Анны полностью вытащили из-за занавески.

Теперь она смотрела вверх на массивную фигуру мужчины.

Единственный луч света в комнате погас, осталась лишь тягучая тьма. Она

различала лишь смутный силуэт в темноте и горящие красные глаза.

«Что это? Звериное или дьявольское?»

В отличие от Анны, которая не видела ничего в темноте, Ротбарт пристально

смотрел на её лицо, будто мог разглядеть каждую деталь.