— В день красной луны, если прыгнуть в отражение луны в лесном озере, надев
одежду из родного мира, можно вернуться обратно. Поговаривают... хотя, правда
это или нет — я не знаю.
Се Хён, не ожидавший, что получит информацию так легко, едва не вскрикнул от
радости. Наконец-то он узнал, как вернуться в свой мир! Пусть Роза и сказала,
что не уверена в правдивости слуха, но в его сердце он уже прыгал в это озеро.
— В общем, раз маркиза покинула молодого господина сразу после его
рождения, и у маркиза, и у него в сердце поселилось глубокое предательство... В
любом случае, если получится, я приду с молодым господином. Тогда увидимся
снова.
Закончив говорить, Роза поспешно удалилась. Раньше Се Хён проводил бы её
взглядом, полным сожаления, но сейчас его сердце билось так сильно, что ему
было не до флирта.
«Если бы Анна хоть немного постаралась, разве не узнала бы об этом раньше?
Что вообще она делала все это время в усадьбе? Может, просто завидовала, что
Роза красивая, и потому не подходила к ней? Вот они, женщины...» Се Хён
цокнул языком, размышляя о своем успехе.
«А может, она узнала давно, но намеренно не говорила мне...»
Это вполне могло быть правдой. У Се Хёна была его одежда, а Анна продала
свою еще до того, как попала в усадьбу... Возможно, она ждала момента, чтобы
украсть его вещи. От одной мысли по коже побежали мурашки.
— Сначала надо проверить, на месте ли одежда.
Охваченный внезапным беспокойством, Се Хён поспешил к своему жилищу в
конюшне. Хотя и спрятал вещи надежно, он все равно волновался.
День красной луны был уже близок, и это усугубляло его нетерпение. Скоро он
сбежит из этого ужасного места! Как же он страдал от этих варваров, невежд и
грубиянов! Его глаза загорелись надеждой.
Но в тот момент, когда он ускорил шаг, его взгляд случайно встретился с
женщиной, приближавшейся издалека.
Бледная и хрупкая красавица с каштановыми волосами, уложенными в изящную
прическу, шла под белым зонтиком. Ее наряд явно отличался от одежды
служанок — с первого взгляда было ясно, что перед ним аристократка.
Наверное, это та самая гостья, о которой говорили. В отличие от Розы, у нее был
другой тип притягательности, от которого у Се Хёна перехватило дыхание.
Он слегка посторонился и поклонился, пропуская ее. Принцесса приближалась.
От нее исходил манящий аромат. Теперь, когда он узнал способ возвращения,
ему стало немного жаль, что за все это время он так и не завел здесь ни одной
женщины.
Пока он предавался этим странным мыслям, Принцесса остановилась прямо
перед ним. Се Хён, застигнутый врасплох, склонил голову, покрываясь холодным
потом от неожиданности, когда она спросила сладким голосом:
— Мм... У вас есть срочные дела?
— Н-нет. Никаких.
— Мне нужен проводник по усадьбе... Не могли бы вы сопроводить меня?
— Я?
Ошеломленный неожиданным предложением, Се Хён резко поднял голову. В тот
же миг он встретился взглядом с глазами, красными, как рубин. Эти
гипнотизирующие глаза на секунду лишили его дара речи. Невозможно было не
заметить — перед ним был открытый флирт.
Сначала Роза, теперь же высокомерная принцесса... Се Хён всерьёз задумался, а
не слишком ли он здесь популярен.
Отказаться, сославшись на занятость? Или...
С другой стороны, раз одежда спрятана в надежном месте, можно и не
торопиться проверить. В конце концов, он уедет через несколько дней, так
почему бы не насладиться этим временем? Особенно когда такой шанс сам идет
в руки.
А может, он еще успеет переспать с той белокурой гувернанткой перед
отъездом?
От этой мысли он почувствовал, будто вознагражден за все страдания за
последний год. Смущенно улыбнувшись, он кивнул.
— Если я могу быть вам полезен, конечно же помогу.
* * *
«Нет, это не сработает. Просто заставлю ее с завтрашнего дня снова приходить в
мою комнату».
С этими словами Ротбарт оставил Анну одну. Еле натянув на себя одежду, она
широко распахнула окно, чтобы проветрить пропитанную запахом секса комнату,
и рухнула на постель, еще влажную от пота.
А на следующий день Анна направилась в покои Ротбарта.
Она волновалась, что Брабантская принцесса может неожиданно нагрянуть, но,
к счастью, этого не случилось. Хотя та и оставалась в усадьбе, она вела себя
настолько незаметно, что казалось, будто ее вовсе нет. Да и Ротбарт не
упоминал ее.
Но через несколько дней, когда Анна, еле волоча ноги после работы, вернулась в
свою комнату, ее ждала неожиданная новость.
— Анна, слышала? Твой «оппа» стал любовником Брабантской принцессы!
— Что?
Анна нахмурилась. Может, она так устала, что ослышалась? Прежде чем она
успела опомниться, Бетти продолжила выкладывать сплетни:
— Не знала? Принцесса так влюбилась в Джозефа, что поставила всем
ультиматум: будет сама ухаживать за ним, кормить и мыть его, запершего у себя
в комнате. Теперь ни одна служанка даже не смеет приближаться к ее покоям.
— Что за чушь? Ты надо мной смеешься?
— Вполне серьезно!
Бетти округлила глаза, будто не веря, что Анна сомневается. Та перевела взгляд
на Сьюзан, но и та лишь кивнула — видимо, это уже было общеизвестно. Анна
растерянно заикалась:
— Но... но Се Хён... то есть Джозеф работает в конюшне. Как они вообще
встретились?
— Без понятия. Может, он гулял и наткнулся на нее... Наверное, аристократам
нравятся черты чужестранцев? Вон и наш хозяин...
— Эй, Бетти!
— Ой, прости...
Только когда Джо ткнула ее в бок, Бетти поняла, что сболтнула лишнего, и тут
же извинилась перед Анной.
— Конечно, твоя ситуация совсем другая. Я вовсе не намекала, что ты любовница
хозяина...
Но Анна была слишком потрясена, чтобы даже осознать эту оплошность.
Всё казалось слишком странным. Уже было непонятно, зачем принцесса вообще
оставалась в усадьбе, но почему именно Се Хён?
И тут Анна вспомнила красные глаза Одиллии.
«Стоит только встретиться с тем взглядом, и ты цепенеешь. И не только люди.
Даже дикие звери поджимают хвост. Разве это не Дьявол?»
В памяти всплыли слова жителя деревни еще до того, как она попала в усадьбу.
Возможно, красные глаза — знак Дьявола...
Если так, всё встало на свои места. Если Брабантская принцесса — Дьявол, она
сразу бы распознала в Се Хёне Лебедя. Как и Ротбарт сразу узнал Анну.
Анна тяжело вздохнула. Ее мысли путались и снова выстраивались в стройную
картину. И первое, что четко проступило сквозь хаос — уверенность, что между
Брабантской принцессой и Ротбартом ничего нет.
Ротбарт и сам говорил, что не испытывает к ней чувств, но капля сомнения
оставалась. Теперь же Анна наконец облегченно выдохнула. Место маркизы
останется вакантным. То есть до тех пор, пока его не займет Анна.
Только сейчас она расслабилась.
Анна усмехнулась над собой. Сколько раз она клялась вернуться в свой мир, но
всё равно жаждала стать маркизой.
«Что ж, даже к лучшему. В конце концов, Се Хён оппа тоже ведь нужна пара,
чтобы вернуться...»
Поздно вспомнив о его ситуации, Анна горько улыбнулась. Изначально она
хотела сначала забеременеть, а потом уже рассказать ему, но всё пошло не по
плану. Она и представить не могла, что не сможет зачать так долго, и уж тем
более — что у него так быстро появится женщина. Возможно, Брабантская
принцесса родит ему ребенка раньше, чем она сама.