Онлайн чтение книги Любовь: Ноль Love: Zero
1 - 5

Полное девичье имя Лорен Гамильтон, полукровки корейского происхождения, было Лорен Наён Хан. Ее отец, доктор Хан Джон Гу, был выдающимся нейрохирургом, который в свое время даже занимал пост личного врача президента.

Он разговаривал с ней исключительно по-корейски, утверждая, что человек, не знающий своих корней, не может стать полноценной личностью. Если она обращалась к нему по-английски, он просто игнорировал ее.

Во время летних каникул вместо того, чтобы, как другие дети, ездить в лагерь, она проводила лето в Корее. Благодаря этому, несмотря на то что Лорен родилась и выросла в США, она владела корейским так же бегло, как и большинство корейских иммигрантов «полуторного» поколения.

Однако это не означало, что ей было удобнее общаться на корейском. Ее родным языком все же оставался английский, и Лорен не могла так же строго заставлять Хантера говорить по-корейски, как это делал ее отец.

В результате Хантер испытывал большие трудности в общении со своим дедушкой. Упрямый отец при каждой встрече ругал ее за то, что она не учит сына родному языку.

В качестве крайней меры Лорен раз в неделю приглашала репетитора по корейскому, но Хантер не проявлял к занятиям ни малейшего интереса.

По совпадению, маркиза Миран де Лафайет, чья семья дружила с Гамильтонами на протяжении нескольких поколений, тоже была кореянкой. При каждой встрече она без умолку хвасталась тем, как превосходно ее сын Лекс говорит по-корейски. Поэтому Лорен, сговорившись с Миран, решила объединить Лекса и Хантера для совместных уроков.

Однако Хантер и Лекс, заслужившие репутацию непревзойденных хулиганов Верхнего Ист-Сайда, при каждой встрече только и делали, что дрались. А если в кои-то веки и находили общий язык, то непременно вместе ввязывались в какие-нибудь неприятности. Из-за этого от них сбежал уже второй с трудом найденный репетитор по корейскому.

И вот сегодня, увидев, как Джи Ю читает Хантеру книгу, в голову Лорен пришла отличная идея.

Когда Э Джон сказала, что Джи Ю уже читает «книги с главами», Лорен сочла это обычным материнским хвастовством. Но то, как сосредоточенно Хантер смотрел в книгу, которую читала Джи Ю, честно говоря, стало для нее настоящим шоком.

Неужели мой сын способен так спокойно сидеть на одном месте?

Лорен с надеждой подумала, что если добавить на уроки корейского такую спокойную и умную девочку, атмосфера в классе может стать чуть менее хаотичной. А то, что Джи Ю вдобавок свободно говорит по-корейски, было просто вишенкой на торте. Ведь дети обычно быстрее всего учатся языку именно у своих сверстников.

Хантер терпеть не мог проигрывать, поэтому, оказавшись рядом с ребенком, который лучше него читает и говорит по-корейски, он наверняка загорится духом соперничества и начнет стараться без всяких принуждений.

К счастью, хотя Хантер и Лекс колотили друг друга при каждом удобном случае, девочек они не трогали. Точнее будет сказать, что они просто не обращали на них внимания.

Лорен широко улыбнулась Э Джон.

— Э Джон, раз уж мы заговорили об этом... Хантер изучает корейский вместе с мальчиком по имени Лекс. Может быть, Оливии это тоже будет интересно? Уроки проходят у нас дома каждую субботу утром и длятся по два часа.

Услышав предложение Лорен, Э Джон вытаращила глаза и ответила не раздумывая:

— Конечно, еще бы не интересно! Когда можно начинать?

***

Встречи, которые, казалось, должны были закончиться после первого же раза, продолжились. Все потому, что Джи Ю жила в том же жилом комплексе и была ровесницей, так что ее можно было легко позвать поиграть каждый раз, когда у Хантера появлялось свободное время.

Каким бы внезапным ни было приглашение, Э Джон ни разу не отказалась от предложения провести игровой день с Хантером. Иногда ради этого она даже отменяла заранее запланированные дела.

Если по утрам мамы сталкивались в лобби, они вместе шли до школы, а в случае срочных дел даже выручали друг друга, делясь няней.

Каждую среду Джи Ю занималась математикой с репетитором у Хантера дома, а по субботам, пока Хантер не выучил алфавит, они вместе сидели на уроках корейского.

Джи Ю жутко действовала Хантеру на нервы.

С самого первого дня их знакомства.

Когда он бросил мяч в Джи Ю, только что вышедшую из лифта, он сделал это с абсолютно невинным намерением поиграть. У него и в мыслях не было попадать ей точно в лоб и отправлять в нокаут.

Он даже представить не мог, что найдется такая идиотка, которая не сможет поймать легчайший мяч, летящий по прямой. Тем же вечером он попытался донести эту мысль до Лорен, но в итоге лишь получил суровый нагоняй.

Воспоминание о том, как Джи Ю в замедленной съемке падает на пол, было все еще живо в его памяти. Оно даже частенько снилось ему в кошмарах.

В этих снах брошенный им крошечный теннисный мячик ударялся в лоб Джи Ю, одетой в дурацкое платье с кучей кружев, и она внезапно раздувалась до размеров гиганта.

Вырастая так высоко, что невозможно было разглядеть лицо, она с грохотом валилась на Манхэттен. И тогда, как в фильмах-катастрофах, город рушился, рассыпаясь на куски, словно крошки печенья. Резиденция Гамильтонов тоже исчезала без следа.

Как бы он ни пытался ухватить Джи Ю, чтобы та не упала, его тело словно сковывало, и он не мог пошевелиться. Он даже не мог закричать. Одно воспоминание об этом ужасном кошмаре заставляло его содрогаться.

Из-за того несчастного случая Хантер впервые в жизни столкнулся с запретами и лишениями. Он понес суровое наказание и лишился свободы из-за непреднамеренной случайности.

Ему на целую неделю запретили ходить на игровую площадку и в игровую комнату.

Уж лучше бы он всю неделю сидел голодным.

И виновницей всего этого была эта мастерски притворяющаяся хорошей старушка в теле ребенка, Джи Ю Паркер.

Он совершенно не понимал мать, которая то и дело приглашала в дом эту мелкую девчонку, которая раздражала его одним своим существованием. Единственная от нее польза заключалась в том, что она читала ему вслух, пока он играл. Странным образом, когда читала именно она, содержание книги легко усваивалось.

Но и без этого вполне можно было обойтись. Было бы намного лучше, если бы она так и оставалась абсолютно бесполезной.

К сожалению, вскоре Хантер с ужасом осознал, что Джи Ю ему жизненно необходима. Это стало настоящим потрясением.

***

Несколько месяцев назад, когда Джи Ю впервые пришла посмотреть на его турнир, Хантер всухую разгромил одиннадцатилетнего соперника и стал чемпионом. Это была его первая победа в жизни.

По итогам того матча его UTR (Universal Tennis Rating — международный теннисный рейтинг) наконец-то перевалил за отметку в 4 балла.

Но это только потому, что я сам хорошо играю.

Его победа не имела абсолютно ничего общего с присутствием Джи Ю.

Но недавно мама снова пригласила на турнир этого тощего книжного червя вместе с ее суетливой мамашей. Совершенно бессмысленная затея.

В первом раунде соперник оказался на голову ниже Хантера. Испугавшись еще до начала игры, мальчик проиграл первый сет всухую («шесть-ноль»), а затем со слезами снялся с соревнований, сославшись на боль в животе.

Таким образом Хантер прошел во второй раунд, где с легкостью выиграл первый сет со счетом 6:2, а второй — 6:1. Полуфинал прошел примерно по тому же сценарию.

Однако в финале Хантер столкнулся с действительно сильным противником.

Двенадцатилетний Шон Питерсон с рейтингом UTR 5.8 был на голову выше Хантера. На самом деле они уже несколько раз играли друг против друга в прошлом. И все предыдущие встречи оборачивались для Хантера разгромными поражениями.

Перед началом матча, бросая монетку через сетку вместе с Шоном, чтобы определить очередность подачи, Хантер внезапно заметил сидящую на трибунах Джи Ю.

Притащиться посмотреть матч, чтобы в итоге уткнуться носом в книгу, раскрытую на коленях. Из нее был никудышный зритель.

Первый сет Шон выиграл со счетом 3:6. Второй сет взял Хантер — 7:5. В третьем сете шла напряженная, равная борьба.

В итоге, когда счет сравнялся до 6:6, победителя должен был определить тай-брейк. Тот, кто первым наберет 7 очков, забирал чемпионский титул.

— Вперед, Хантер!

Лорен и Э Джон шумно болели за него. Когда после затяжного ралли из нескольких десятков ударов Хантер наконец вырвал решающее очко, трибуны взорвались от криков.

Только тогда Джи Ю мельком подняла голову. Оглядевшись по сторонам, она пару раз бездушно хлопнула в ладоши и снова уткнулась в книгу.

Это странным образом взбесило его.

Хочешь сказать, книга интереснее моего матча?

Хантер не мог смириться с этим фактом. Поэтому он стиснул зубы и носился по корту на пределе своих сил. Из-за секундной потери концентрации он оказался в роли догоняющего, но когда он сократил разрыв настолько, что исход матча повис на волоске, Джи Ю наконец оторвалась от книги и начала внимательно следить за игрой.

В тот день Хантер показал теннис, значительно превосходящий его обычный уровень, одолел Шона и триумфально стал чемпионом турнира.

После матча все четверо поужинали вместе в корейском ресторане в Форт-Ли. И именно за тем ужином Лорен ляпнула Джи Ю то, чего говорить категорически не следовало.

Это стало отправной точкой зловещего предзнаменования.

— Спасибо, что пришла, Джи Ю. Знаешь, мне кажется, каждый раз, когда наша Джи Ю приходит посмотреть, Хантер становится чемпионом турнира. Наверное, Джи Ю — счастливый талисман Хантера.

Хантер, с таким выражением лица, будто случайно прожевал жирную гусеницу, проворчал, что это полная чушь и такого просто не может быть.

На следующий турнир Джи Ю не пришла. И он вылетел в четвертьфинале.

Это была игра, на которой он странным образом вообще не мог сосредоточиться.

На следующем турнире он дошел до полуфинала, но потерпел сокрушительное поражение от игрока с более низким UTR. В тот день, начиная с самой первой подачи, у него было прескверное предчувствие.

Анализируя причины своих неудач, он вдруг вспомнил слова Лорен за тем памятным ужином.

Ощущение было такое, словно его со всей силы ударили по затылку.

Этот тощий, заморенный книжный червь никак не мог быть его счастливым талисманом.

Скорее уж моим проклятьем.

В таком случае оставался только один выход.

— Придется пригласить ее на турнир и проверить, действительно ли она мое проклятье или нет.