Онлайн чтение книги Любовь: Ноль Love: Zero
1 - 25

Они сидели бок о бок на старом, тесном диванчике, почти касаясь друг друга плечами. Детский диван был теперь слишком мал для двух подросших подростков, но стулья у чайного столика были еще меньше, так что выбора не оставалось.

Какое-то время оба молчали.

Это было привычное и уютное место. Возможно, потому, что каждый раз, приходя сюда, они были вместе, даже Хантер казался неотъемлемой частью этого домика на дереве.

Сильный ливень с шумом барабанил по деревянной крыше. Сквозь щели ритмично капала вода; капли собирались в лужицу на круглом чайном столике, а затем стекали по его краям.

— Целовать запястье теперь не особо помогает.

Хантер внезапно нарушил молчание, выпалив это как ни в чем не бывало.

Опешившая Джи Ю несколько раз беззвучно открыла и закрыла рот, прежде чем, запинаясь, ответить:

— П-почему? В прошлый раз ведь ты выиграл...

После того как он преподнес Джи Ю первое издание Дугласа Адамса в качестве жеста примирения, на следующем турнире Хантер дошел лишь до четвертьфинала и после этого заявил, что поцелуи в ладонь больше не действуют.

— Ничто в этом мире не вечно. Я использовал этот метод слишком часто на протяжении нескольких лет, так что его энергия как победного талисмана полностью истощилась.

Он выдвинул эту совершенно абсурдную теорию. А затем начал донимать ее вопросами о том, нет ли в той книге, написанной «выдающимся психологом», которую она якобы читала, каких-нибудь других способов.

Когда Хантер чего-то хотел, его настойчивость переходила все границы. Стоило им пересечься, как он угрожал, шантажировал и упрашивал. Он ходил за ней по пятам, нагло требуя новый способ, словно она была ему что-то должна.

— Джу Паркер, прятаться от меня бесполезно. Давай, быстрее придумывай другой способ. Тогда я перестану тебя доставать. Неужели в книге этого выдающегося психолога больше ничего нет? Кстати, как называется этот бестселлер по версии New York Times? Я тоже хочу почитать.

Испугавшись, что он узнает, что на самом деле это была детская сказка для малышей, страдающих от сепарационной тревоги, Джи Ю сымпровизировала и ляпнула первое, что пришло в голову. О чем потом горько пожалела.

— Слушай, а что, если попробовать поцеловать не ладонь, а другое место?

— ...Другое место? Какое?

Увидев, как на лице Хантера одновременно отразились шок и любопытство, Джи Ю побледнела. Сердце екнуло.

Я что, с ума сошла? Поцеловать другое место. И какое же!

Избегая его взгляда и судорожно выжимая из своего мозга идеи, как остатки зубной пасты из тюбика, она неуверенно выдавила из себя:

— Эм... Запястье?

— Запястье?

Хантер пристально посмотрел на нее и высоко вскинул бровь.

— Угу...

— Хм. Запястье так запястье... Ладно. Но если и это не сработает, в следующий раз пообещай поехать со мной на турнир.

Джи Ю неохотно кивнула. И тогда он сунул ей под нос свою руку. Целовать запястье вместо ладони было и вправду как-то странно. После этого ее лицо так горело, что она долго не могла поднять голову. Из-за этого она даже не заметила, что лицо Хантера тоже залилось краской.

Как бы то ни было, получив поцелуй в запястье, он снова начал побеждать. Но теперь, видимо, и этот «препарат» перестал действовать, и он собирался потребовать что-то новое.

Джи Ю скосила на него недовольный взгляд. Хантер с невозмутимым видом слегка склонил голову набок и пристально смотрел на нее в ответ.

Какую еще абсурдную чушь он сейчас сморозит, чтобы вывести меня из себя?

— Возможно, ты больше не мой победный талисман, Джу Паркер.

Заявил он с весьма трагичной интонацией.

Джи Ю, не найдя что ответить, застыла и лишь моргнула. Внутри нее закружился вихрь сложных эмоций, которые было трудно описать словами.

Ты только сейчас это понял? Значит, мне больше не придется играть роль этого проклятого талисмана? Это правда конец?

В ней смешалось так много разных чувств, что она сама не могла понять, было ли это облегчением или разочарованием.

Кап, кап, тук-тук.

Шум дождя, бьющего по крыше, немного стих, и теперь звук капель, падающих на стол, слышался особенно отчетливо.

Хантер, уперев локти в колени и сцепив пальцы в замок, какое-то время молча смотрел на стол, а затем медленно выпрямился.

— Нет, если подумать, с точки зрения вероятности, ты все-таки мой талисман. Просто для турниров высокого уровня поцелуя в ладонь или запястье уже недостаточно.

Плечи Джи Ю обреченно поникли. Ну конечно.

В полумраке Хантер резко повернул голову и посмотрел ей прямо в глаза.

— В этот раз поцелуй в другое место.

— В-во что...?

В тусклом свете, проникающем снаружи, она увидела, как он нахмурился.

— Сама не понимаешь? Я сказал, поцелуй в другое место.

Сердце Джи Ю пустилось вскачь.

— В-в-во что именно?

Ее голос тоненько дрогнул.

— ...Откуда мне знать.

Джи Ю нервно прикусила нижнюю губу и начала перебирать в уме все части тела, связанные с теннисом.

Пальцы? Предплечье? Локоть? Плечо? Все звучит странно. Ха-а... Я сейчас с ума сойду.

Затем она подняла голову и с робкой надеждой спросила:

— Послушай, а как насчет того, чтобы снова целовать ладонь, как раньше? Мы ведь давно этого не делали.

— Ты издеваешься? Забыл, что эффект ладони испарился еще в прошлом году?

Тут же безжалостно отрезал Хантер.

— А тыльная сторона ладони?

Он фыркнул и покачал головой.

— Все, что связано с кистями рук, больше не работает.

— Тогда куда ты предлагаешь...

Джи Ю с упреком перевела на него взгляд и тут же вздрогнула, отпрянув. Лицо Хантера было слишком близко. Она замерла, не сводя с него глаз.

Хантер молча моргнул и сглотнул. Затем он облизал пересохшие губы и заговорил:

— В...

Слабый свет, проникающий через два входа и одно маленькое окошко, освещал лишь половину лица Хантера. В этом черно-белом пространстве казалось, что только его глаза излучают голубоватое сияние. И этот пронзительно-синий взгляд медленно скользнул по ее лицу и остановился на губах.

Джи Ю ахнула и непроизвольно прикрыла рот тыльной стороной ладони.

Внезапно она вспомнила урок физкультуры в дождливый день в прошлом году. Даже не касаясь пальцами точки пульса, она чувствовала, как безумно колотится его сердце.

Наверное, ударов 125 в минуту.

Она опустила глаза и неловко убрала руку от лица.

Хантер не мог иметь в виду это.

Джи Ю снова подняла взгляд. Глаза Хантера, смотревшие на нее с незнакомым доселе выражением, беспокойно дрогнули.

Многозначительная тишина казалась громче шума дождя. Она не знала почему, но ей вдруг стало страшно. От тревожного предчувствия, что сейчас произойдет нечто непоправимое, ее сердце снова екнуло.

— ...Я поеду!

Избегая его взгляда, Джи Ю крепко зажмурилась, а затем осторожно открыла глаза.

Хантер, не отрывая от нее глаз, кивнул, и его голос прозвучал немного хрипло:

— Да, значит, туда...

Он запнулся на полуслове, слегка склонил голову набок и нахмурился.

— ...Что ты сейчас сказала?

— Что поеду.

— В смысле, куда?

Терпение Хантера лопнуло, и он выплюнул слова сквозь стиснутые зубы.

— На твой турнир!

Джи Ю тоже повысила голос.

— ...На мой турнир.

Она коротко кивнула. В то же мгновение напряженные плечи Хантера немного опустились.

Он медленно отстранился от нее, выпрямился и откинулся на спинку дивана. Затем, прислонившись затылком к стене домика на дереве, он издал долгий выдох: «Фу-ух».

Джи Ю тоже отвернулась в противоположную сторону и, почувствовав освобождение от чего-то непонятного, с облегчением выдохнула. Сердце колотилось так сильно, словно хотело пробить ребра.

Дождь снова с яростью забарабанил по крыше. Ритм капель, падающих на стол, зазвучал как стаккато.

Хантер резко вскочил.

— В воскресенье в 9:00 утра, жди в лобби.

Затем он подошел к выходу с горкой, схватился одной рукой за шест и легко спрыгнул вниз. Джи Ю, у которой разом спало все напряжение, обессиленно откинулась на диванчик. Шум дождя заглушил удаляющиеся шаги Хантера. Безжалостные потоки воды, обрушивающиеся на крышу домика на дереве, в точности повторяли ритм ее пульса.

***

Без трех минут девять утра. Джи Ю, повесив на плечо холщовую сумку с книгами и домашним заданием, стояла перед входной дверью.

— Я пошла.

— Ага, давай. Учись хорошо. Если будешь задерживаться, позвони. Я скажу папе, чтобы он тебя забрал.

Э Джон, развалившаяся на диване и смотрящая корейскую дораму на Netflix, ткнула в бок Аллена, который рядом читал The Wall Street Journal. Аллен кивнул.

— Хорошего дня, Ливи-дави. Если задержишься, папа за тобой приедет.

Аллен совершенно не говорил по-корейски, но удивительным образом понимал суть разговоров между Э Джон и Джи Ю по одним лишь интонациям.

— Все в порядке, пап. Тот... друг сказал, что подвезет меня до дома, когда мы закончим.

Только тогда Э Джон с любопытством оторвала взгляд от экрана телевизора.

— Правда? Кто это? Тот друг из богатой семьи?

— А? Д-да.

Джи Ю пробормотала это, чувствуя угрызения совести. Но ведь технически Хантер и правда был из богатой семьи.

Тогда Э Джон широко улыбнулась и помахала ей рукой.

— Ясно. Беги давай. А то опоздаешь.

Аллен тоже отложил газету и, собрав губы бантиком, так, что вокруг них собрались морщинки, улыбнулся ей.

— Удачи, Ливи!