Эпилог
Эпилог. Часть 2
— Похоже, вы закончили с тренировкой, мисс Соль А, так что давайте вернёмся в Сеул...
Стоило Чхи Уку попытаться «завербовать» Соль А, как в кармане его пиджака зазвонил телефон. Он достал аппарат и бросил взгляд на экран.
— Ох, это важный звонок. Мне нужно ответить на улице. Я подожду вас в машине.
Чхи Ук виновато посмотрел на Тэ Шина и Соль А, вышел из тира и нажал кнопку ответа.
— Да, это Ян Чхи Ук. Слушаю. Нет, ничего страшного. Да-да...
Его голос постепенно затихал по мере того, как он удалялся, и как только звуконепроницаемая дверь с щелчком закрылась за ним, в комнате воцарилась абсолютная тишина.
— Ну и как ощущения?
Тэ Шин притянул к себе Соль А, и обнял её за талию. Его голос гулко раздался в тишине, заставив её кожу покрыться мурашками.
— О чём ты?
— Суд окончен.
Наклонившись, Тэ Шин прижался носом к носу Соль А и медленно потёрся о её лицо. Этот жест был на удивление трогательным, отчего она невольно тихонько засмеялась.
Большинство людей и не догадывалось об этом, но Тэ Шин был ровно так же безудержен в проявлении своей привязанности, как и в выражении желаний. Конечно, его манера проявлять нежность сильно отличалась от общепринятой, но она всё равно могла согреть сердце.
— Никаких особенных чувств.
Пока Тэ Шин проводил языком по её губам, Соль А обвила руками его затылок.
— Поскольку ты всё улаживаешь с такой безупречной тщательностью, я даже не переживала.
Услышав её спокойный ответ, Тэ Шин перестал облизывать её губы и пристально посмотрел на Соль А. Её отражение потемнело и словно растворилось в глубине его пепельно-серых глаз.
— Какие правильные слова. Заводишь меня, м?
— У меня в запасе ещё много такого.
— Вот именно. Хватит уже меня мучить.
— Когда это я тебя мучила?
— Ты делаешь это прямо сейчас, разве нет?
Тэ Шин опустил руки Соль А со своей шеи на свои бедра и накрыл их своими ладонями. Его член, туго натянувший брюки костюма, нетерпеливо дёрнулся под её ладонью.
— Это у тебя вечно стоит колом, а обвиняешь во всём меня.
Когда она слегка сжала жёсткий контур сквозь ткань, он сделался ещё толще, словно только и ждал её прикосновения. Соль А медленно провела ладонью вдоль твёрдого, похожего на стальной прут ствола. К тому моменту, как она добралась до головки, его штаны уже были влажными.
— Ты сама довела его до такого состояния, так что ты и виновата.
Тэ Шин издал низкий рокочущий звук и резко поднял её. В мгновение ока он усадил её на стойку и, лукаво усмехнувшись, кивнул на мишень за её спиной.
— Кстати говоря, моя малышка теперь просто снайпер.
Соль А взглянула на изрешечённую пулями мишень. По сравнению с её первыми жалкими попытками это был потрясающий прогресс. Они ходили в тир достаточно часто, чтобы она успела привыкнуть к сотням нажатий на спусковой крючок. Теперь она почти понимала людей, которые находили стрельбу успокаивающей.
Пока она слабо улыбалась, глядя на продырявленную бумагу, Тэ Шин развернул её подбородок к себе и медленно провёл языком по линии её челюсти.
— Больше мне тебя учить нечему.
— Это ещё почему?
Давление на её челюсть усилилось, отчего Соль А откинула голову назад. Чтобы не потерять равновесие, она уперлась руками ему в плечи.
— Ты же говорил, что мы перейдём на модели покрупнее и потяжелее.
Оружие, из которого она стреляла сейчас, было той самой облегчённой моделью с глушителем и слабой отдачей, которую Тэ Шин подарил ей год назад. Огневая мощь у него была невысокой. Они договорились перейти к более серьёзным моделям, как только она в совершенстве освоит эту.
— Почему тебе так нравятся большие и тяжёлые вещи? Грязная девчонка.
Тэ Шин прервал свои ласки и прошептал ей почти в самые губы. В его прищуренных глазах искрилось нескрываемое возбуждение. Между ними повисло напряжение, натянутое, как тетива перед выстрелом.
— Тебе вообще-то на работу ехать надо.
Она чувствовала себя обязанной возразить, хотя и сомневалась, что это сработает.
— Не поеду. Я и так бешеную злость испытываю из-за того, что мне вечно не хватает времени с тобой. С какого перепугу я должен думать о каком-то сраном директорском кресле?
Его крупные ладони скользнули вверх по её бедрам, задирая юбку.
— Все только и мечтают об этом кресле. Радуйся давай.
Проведя пальцами по её влажному белью, он грубо сдвинул ткань в сторону. Тэ Шин ухмыльнулся, глядя на её влажное лоно.
— Возиться с тобой — вот что приносит мне наибольшую радость.
Без малейших колебаний он уткнулся лицом между её ног.
— Ах!
Её бедра дёрнулись. У неё не было ни сил, ни желания останавливать его.
Инстинктивно схватив его за волосы, Соль А задохнулась от жадных, голодных поцелуев, которыми он принялся осыпать её лоно. Он шумно втянул носом её запах.
— Хаа... извращенец.
Его влажный язык вонзился в её плоть. Когда он принялся безжалостно вылизывать её изнутри, её ноги затряслись и раздвинулись ещё шире. Тэ Шин прижался губами к её приоткрытым складкам и дразняще прошептал:
— Я вообще-то не говорил, что мы будем трахаться.
— Твои слова звучат неубедительно, когда ты в этот момент ласкаешь меня языком.
Он рассмеялся, отчего по её коже побежали мелкие мурашки. Его горячее дыхание обжигало её кожу. Кончик носа дразняще скользнул по её лону, и от этого мучительно щекотного прикосновения она потеряла голову.
Не выдержав, Соль А яростно прижалась лоном к его рту. Соси. Сейчас же.
Поняв её безмолвное требование, Тэ Шин втянул её в себя с жадностью хищника, пожирая её возбуждение.
Хлюп, чмок. Звуки его жадных глотков сливались с её судорожными движениями. Когда её пальцы запутались в его волосах, он ввёл свои пальцы глубоко в неё.
— Ах...! П-перестань...!
Двойной натиск его языка и пальцев лишил её воли. Её спина выгнулась дугой. Соль А вцепилась ему в волосы и беспомощно застонала.
— Хааах!
Её тело напряглось, и в ту же секунду рухнуло в пропасть. Она ясно чувствовала, как её лоно судорожно сжимается, изливаясь прямо на его пальцы. Тэ Шин поднял голову, его рот блестел от её смазки, и он с маниакальным блеском в глазах уставился на дело рук своих.
— Здесь вечно одно и то же.
Он говорил так, будто она вела себя так исключительно в этом месте. Соль А бросила на него взгляд. Его член, каким-то образом уже освобождённый от брюк, пульсировал поверх расстёгнутой ширинки.
Член Тэ Шина всё ещё оставался напряжённым, блестя от предэякулята. Похоже, он уже кончил один раз, пока усердно вылизывал её.
Даже после разрядки его член оставался твёрдым, и упирался в её лоно. Горячая головка скользнула между складками. От соприкосновения их влажных тел по всему телу пробежала неудержимая дрожь.
— Ты что... прямо сейчас?
Соль А выдохнула и упёрлась руками в его плечи.
— А если секретарь Ян вернётся?
— Думаешь, у него тактика настолько хромает?
На его беспечный ответ Соль А покосилась на камеру видеонаблюдения, висевшую на потолке.
— А как же камера?
— Я же говорил, это муляж.
— До умопомрачения смешно.
— Ты только что залила мне всё лицо, а теперь строишь из себя недотрогу? Вот что действительно смешно.
Соль А нахмурилась и фыркнула. Он был прав. Он вечно находил нужные слова.
— Малышка.
— ...
— Твоя киска пульсирует как сумасшедшая.
Тэ Шин уже расстегнул ширинку окончательно, освобождая член, в то время как её трусики были сдвинуты набок, обнажая лоно. Юбка была задрана до самой талии.
— Тебе мало того, что я тебя вылизал? Ты что, уже подсела на мой член?
Вид их обнаженных тел — соприкасающихся ровно в тех местах, которые были необходимы для соития — ничем не отличался от спаривания животных во время течки.
Извращённый кайф от осознания того, что её самое уязвимое, тайное место выставлено напоказ для грубого совокупления в столь неподобающей обстановке — не зная, в какую секунду может вернуться его секретарь, —жаром разливался внизу живота.
Мужчина, который так унизительно развратил её. И этот же мужчина — тот, кто спас её. Его возбуждённый взгляд пригвоздил её к месту. Разве можно было его не любить?
"Мой спаситель и мой мучитель."
Тэ Шин поймал её взгляд. Его пепельно-серые глаза были прекрасны.
— Кто тут ещё на кого подсел?
Её лоно болезненно пульсировало. Ей хотелось, чтобы он вошёл в неё немедленно.
— Выбора нет. Беру ответственность на себя.
Его голос, низкий и хриплый от возбуждения, раздался возле её уха.
— Ты сама умоляешь меня оттрахать тебя. Я не могу разочаровать.
Он посмотрел на неё затуманенным похотью взглядом — и в тот же миг глубоко вошёл в неё, растягивая её до предела.
— Хах!
Соль А судорожно вцепилась ему в шею. Одно лишь ощущение этой переполненности едва не довело её до оргазма.
— Твоя киска сильно сжимается.
Тэ Шин застонал ей на ухо, касаясь губами её кожи. На его лбу уже блестели капли пота.
— Чёрт. Какая же ты узкая.
Сколько бы раз он ни брал её, как зверь, её лоно никогда не становилось свободнее. Каждый толчок грозил разорвать его член пополам. Её судорожно цепляющиеся стенки сжимали его от самого основания до головки с умопомрачительной силой. По его спине прокатилась волна напряжения.
— Расслабь бедра.
— Ах... Ах...!
Её внутренние мышцы непристойным образом обхватили его со всех сторон, плотно и податливо, не оставляя ни единого зазора.
— Собираешься и дальше так сжимать мой член?
— П-подожди, не двигайся... Замри... Ннгх...!
Соль А отчаянно схватилась за него, в то время как её стенки сжимались вокруг его ствола.
— Твоя киска вцепилась в меня и не хочет отпускать.
Тесное до удушья лоно было влажным и мягким — настолько, что у него сводило яйца.
"Вот почему я схожу с ума."
— Хаа... Только... чуть-чуть... Хах! Я же сказала не двигайся...!
— Больше не могу сдерживаться.
Его терпение лопнуло. Тэ Шин схватил её за бедра и принялся со страшной силой вдалбливаться в неё.
— Ах! Ах! Слишком... грубо! Хах!
Каждый бешенный толчок подбрасывал её тело вверх. Пока он входил всё глубже, Соль А рыдала, крепко обхватив его за шею.
— А теперь отвечай мне.
— Ч-что...? Хах! Хнык!
— Сколько ещё ты будешь втихаря принимать противозачаточные?
Соль А застыла, широко раскрыв глаза.
— Откуда... ты узнал...? Ах! Хах!
Он и не думал останавливать толчки.
— Если ты до сих пор не залетела, значит, ты где-то мухлюешь.
Даже терпя этот сокрушительный ритм, Соль А умудрилась огрызнуться:
— Если бы ты вёл себя хоть чуточку приличнее передо мной...
"А вдруг ты начнешь выражаться перед нашим ребёнком?" Она бросила на него выжидательный, полный вызова взгляд. Внезапно его темп замедлился.
Тэ Шин посмотрел на неё — одурманенный, с легкой ухмылкой на приоткрытых губах.
— Жить счастливо и мирно было бы неплохо.
Он сменил угол, нанося удар в ту самую точку, которая вышибала из неё все остатки рассудка.
— Ах! Слишком глубоко...! Хах! Хах!
Крики неконтролируемо срывались с её губ. Сознание Соль А рассыпалось под натиском экстаза, а всё её тело захлестнуло всепоглощающее наслаждение. Для неё существовал сейчас только Тэ Шин — он один заполнял собой весь мир.
Цепляясь за его шею, как за единственный спасательный круг, она одновременно ненавидела и обожала мужчину, дававшего ей столь жестокое блаженство.
— Разве это... не приятно...?
Что ей оставалось делать? Раз уж Со Тэ Шин всегда будет вести себя аморально, ей не оставалось ничего другого, кроме как подстроиться.
Молча смирившись со своим положением, она не упустила случая до боли прикусить Тэ Шина за плечо. В ответ Тэ Шин восхищенно рассмеялся и вошёл в неё с ещё большей, безумной яростью.
— Ах! Ааах!
— Даже когда ты плачешь, ты прекрасна. Меня это заводит, малышка.
Как и всегда, его голос — низкий и непристойный, звучал возле самого её уха. Его тяжёлый, мускусный запах привычно окутывал её, разжигая густой, лихорадочный жар.
— Ах! Ещё..
Так и продолжалась их далекая от приторности, бурная и полная плотских удовольствий повседневная жизнь.
"Мой порочный обманщик."
