Контент удален!

Ми Хо, словно от удара током, напряглась и пару раз содрогнулась. По её бедрам пробежала мелкая дрожь. Пальцы, прикрывавшие грудь, обессиленно разжались, обнажив распухшие соски, которые часто вздымались в такт её прерывистому дыханию.

Каждый раз, когда её раскаленное лоно содрогалось, Джун Хи казалось, будто его член нежно посасывают мягкие губы. Он уткнулся лицом в её грудь, пытаясь выровнять сбившееся дыхание.

— Фу-ух…

Он до боли стиснул челюсти, на шее вздулись вены. Глаза застилала багровая пелена. Тяжелое, пульсирующее наслаждение ударило в голову так, что зазвенело в ушах. Дольше он точно не выдержит.

Приподнявшись, он накрыл ладонями её расслабленные пальцы и с силой сжал её грудь.

— А-ах!

А затем выскользнул почти до самой головки, преодолевая сопротивление плотно сжатых стенок, и, стиснув зубы, с громким влажным шлепком вбил член обратно.

I want to do with you, what spring does with the cherry trees.

Я хочу сделать с тобой то, что весна делает с вишневыми деревьями.

В тот миг, когда Джун Хи хрипло, сквозь зубы выдавил эту строчку, Ми Хо резко вскинула подбородок. Её макушка вдавилась в матрас, а спина выгнулась крутой дугой.

— А-а-а-ах!

Мышцы, туго обхватившие его член, сжались с невероятной силой. Сконцентрированное наслаждение взрывной волной прошило позвоночник Джун Хи.

— Кх!

Они замерли, словно сплетенная мраморная скульптура, снова и снова содрогаясь от накатывающих волн экстаза.

Сердце, грохотавшее в груди как гром, постепенно успокоилось, а капли пота, блестевшие на позвоночнике, остыли в прохладном воздухе спальни. Джун Хи прижал к себе мелко дрожащую Ми Хо и поцеловал её в макушку.

Выскользнув из неё, он стянул и выбросил презерватив, порылся в кармане халата, брошенного в ногах кровати, достал еще несколько упаковок и рассыпал их по матрасу.

Услышав шорох разрываемой фольги, Ми Хо распахнула глаза и в шоке приоткрыла рот.

— Снова?

— Думаю, прелюдии было достаточно.

— …Прелюдии? Братан, подождите!

Джун Хи потянул её за руку и без труда перевернул на живот. Прижав барахтающуюся Ми Хо к кровати, он подсунул широкую ладонь под низ её живота и слегка приподнял ей таз. Раздвинув ноги девушки своими коленями, Джун Хи сменил угол и одним мощным толчком вошел в неё до самого основания.

— А-а, опять, а-а-ах!

Стоило ему войти, как Ми Хо, вцепившись в простыни, снова содрогнулась от наслаждения. Джун Хи прижался губами к её затылку.

— Кх, теперь потерпи немного. Ночь длинная.

— А-ах, там, а-а… как хорошо.

Джун Хи усмехнулся и начал медленно двигать бедрами. Он прошептал ей на ухо что-то, предназначенное лишь для неё одной. С губ Ми Хо сорвался всхлипывающий стон.

В такт толчкам Джун Хи её прерывистые, как стаккато, вскрики просачивались даже сквозь плотно закрытую стеклянную дверь террасы. Над побережьем Нормандии убывающая луна прочертила молочно-белый след над крышей отеля Le Grand и растворилась в первых лучах рассвета.

***

Поздний вечер.

Вылетев из аэропорта Шарль-де-Голль, где погода была по-весеннему мягкой, в Нью-Йорке они вновь оказались посреди зимы. У выхода из терминала аэропорта имени Кеннеди их встретил пронизывающий ледяной ветер. До весны оставалось еще месяца два.

— Холодно, садитесь скорее в машину, багаж отдайте мне.

— Говорю же, я и на такси доеду.

Джун Хи без труда забрал чемодан у упрямящейся Ми Хо, закинул его в багажник и закрыл крышку. Затем распахнул дверцу лимузина:

— Садитесь.

Оставив попытки отказаться, Ми Хо, дрожа от промозглого нью-йоркского холода, юркнула в салон. Джун Хи с довольной улыбкой сел рядом с ней.

Иногда Джун Хи совершенно естественно, без малейшего шанса на компромисс, брал инициативу в свои руки. Он не давил и не повышал голос. Эта абсолютная уверенность в том, что собеседник выполнит его указание, была характерна для человека, привыкшего к беспрекословному подчинению.

Большинство пасовало перед такой аурой и неосознанно подчинялось. Но у Ми Хо, обладавшей неистребимым духом бунтарства, подобные властные замашки обычно вызывали мгновенное отторжение.

Однако приказной тон Джун Хи звучал так мягко и оставлял после себя такое странное послевкусие, что ей сейчас даже не хотелось с ним спорить.

«Да уж. Теперь она знала: даже во время секса Джун Хи был из тех, кто усыпляет бдительность сладким шепотом, осыпает поцелуями и лишает разума томной улыбкой на своем безупречном, словно у статуи, лице. А затем — безжалостно и жестко вбивается в её тело».

Если честно, Ми Хо чувствовала себя так, словно её побили палками. Между ног всё саднило, мышцы дрожали от слабости, а кости буквально ломило. Так что в глубине души она была только рада, что он вызвался её подвезти.

«Ну да, если у него есть хоть капля совести, он просто обязан был меня подвезти».

Измотанная бессонной ночью, Ми Хо просто отключилась под утро и открыла глаза лишь ближе к полудню. Если бы Джун Хи её не разбудил, она бы проспала весь день. Сразу после позднего завтрака она на дрожащих ногах забралась в синий спорткар, который Джун Хи подогнал к главному входу отеля. Все четыре часа пути до аэропорта она проспала мертвым сном, ни разу не открыв глаз.

В самолете она тоже лишь поковырялась в еде и проспала восемь часов кряду, пока Джун Хи не растолкал её перед самой посадкой. Только сейчас она почувствовала, что начинает возвращаться к жизни.

Взъерошенная после сна, забирая у него бутылку воды, она заметила на откидном столике открытый ноутбук и стопку документов — судя по всему, он проработал весь полет.

«Он что, киборг? Разве нормальный человек на такое способен после бессонной ночи?»

Ми Хо бездумно смотрела в окно на проплывающие мимо унылые пейзажи аэропорта, когда голос Джун Хи вырвал её из раздумий:

— Ми Хо, назовите ваш адрес.

— …Ист Пятая улица, дом 5ХХ.

Джун Хи назвал адрес водителю, велел сначала завезти Ми Хо, а затем снова уставился в экран смартфона.

Проведя с ним несколько дней бок о бок, она невольно заметила, что он пользуется двумя телефонами. Один, видимо, был сугубо рабочим — даже в беззвучном режиме его экран то и дело вспыхивал от потока сообщений. Ей стало любопытно, для чего предназначался тот номер, который он дал ей. Внезапно Ми Хо поймала себя на мысли, что они ни разу не созванивались и не переписывались, не считая того единственного электронного письма.

«Ну да, мы же не настоящая пара, к чему нам болтать в мессенджерах».

Хоть они с Джун Хи и переспали две ночи подряд, она не хотела, чтобы их статус как-то кардинально менялся. Похоже, Джун Хи считал так же: его отношение к ней оставалось прежним, и в глубине души она была этому рада.

Учитывая, что Джун Хи был старше и отличался консервативными манерами, Ми Хо всерьез опасалась, что после секса он вдруг включит «серьезность», предложит встречаться или начнет по-дурацки искать глубокий смысл в их связи. Но раз до сих пор он молчал, видимо, таких намерений у него не водилось. Если он относится к произошедшему так же легко, как и она, то стать партнерами, которые встречаются под настроение ради ни к чему не обязывающего секса, было бы вполне неплохо.

Ми Хо украдкой посмотрела на Джун Хи. Вставив в ухо наушник, он держал рабочий смартфон, листал какие-то документы и тихим голосом раздавал указания.

Откинувшись на спинку роскошного кожаного сиденья лимузина, он сосредоточенно массировал висок. От точеного профиля до безупречной осанки — всё в нём выглядело идеальным.

«С таким лицом он мог бы уложить в постель любую женщину в мире, но при этом от него так и веет какой-то непоколебимой правильностью и надежностью. Согласится ли такой мужчина на формат секс-по-дружбе? Да и ладно, не захочет — его проблемы».

Она с безразличным видом отвернулась к окну. Правда, если в будущем секса с Джун Хи больше не предвидится, ей будет самую малость жаль.

«Ничего не скажешь, трахается Ким Джун Хи просто потрясающе. В постели он реально словно срывается с цепи. Дикий зверь».

При попытке подсчитать количество оргазмов за последние два дня у неё сладко свело низ живота. Почувствовав, как между ног разливается слабое эхо возбуждения, Ми Хо смущенно скрестила ноги.

То ли из-за позднего часа, то ли им просто повезло, но лимузин без пробок съехал с шоссе, проскочил туннель Куинс — Мидтаун и въехал на Манхэттен. На подъезде к Ист-Виллиджу, где жила Ми Хо, Джун Хи наконец завершил свой долгий телефонный разговор.

— Простите. Нужно было срочно решить один рабочий вопрос.

Ми Хо пожала плечами.

— Ничего страшного. Кажется, ваш отпуск подошел к концу, братан.

— …

Джун Хи посмотрел на безостановочно мигающий от уведомлений экран телефона. Подняв голову, он тихо вздохнул и пробормотал:

— Похоже, пора нанимать новых людей…

— Мой дедушка тоже всю жизнь пахал, как вы, братан. Уж не знаю, за что он так переживал, но, даже передав управление компаниями детям, всё равно еще долго во всё вмешивался. Глядя, как вы работаете, я вспоминаю дедушку.

Джун Хи посмотрел на Ми Хо и усмехнулся:

— Это сейчас был комплимент?