— Эй, почему так рано уходите? Я еще с братаном не договорил.

На лице У Сика читалось искреннее сожаление.

Пф-ф. Можно подумать, вы так уж сильно успели подружиться.

Ми Хо бросила взгляд на часы.

— Братан, если вы не против, я, пожалуй, пойду. Нужно бежать по срочным делам. Еще раз извините за вчерашнее. Увидимся на свадьбе.

Дедушка звонил ей уже несколько дней, но они никак не могли состыковаться. Нужно было перезвонить ему до того, как он ляжет спать, а в Корее уже наступал вечер.

— Давайте уйдем вместе.

Джун Хи поднялся и протянул У Сику руку.

— У Сик, было очень вкусно.

У Сик крепко пожал её обеими руками.

— У Сик, дайте мне визитку вашего ресторана, если есть. Я расскажу о вас Энцо Пьяде. Он говорил, что ищет популярные корейские рестораны для своей новой кулинарной передачи, так что ему точно понравится. У вас и фирменные блюда необычные, и шеф-повар очень фотогеничный.

— С-спасибо, братан!

Получив столь неожиданный комплимент, У Сик со скоростью света достал визитку и протянул её Джун Хи, смущенно переминаясь с ноги на ногу, несмотря на свою бандитскую комплекцию. Джун Хи широко улыбнулся и взял карточку. В этой детской наивности и заключалось всё обаяние У Сика.

— Я принесу вещи, подождите здесь.

Пока Джун Хи ходил к вешалке, У Сик схватил Ми Хо за рукав.

— Блин, этот твой братан реально крут. Что между вами?

— Между нами пропасть. Раз он такой крутой, бросай свою На Ри и сам с ним встречайся.

— Рыбак рыбака видит издалека. Этот братан — «настоящий». Хватит вести себя как сумасшедшая с цветком в волосах, построй глазки и не упусти его.

— Настоящий, ненастоящий — вообще плевать, он не в моем вкусе.

— Ой, да ладно! Все те придурки, которых ты до этого приводила, были как навозные мухи, слетевшиеся в твою «ловушку для мух». А этот братан… ну, как бы сказать… бабочка! Такая редкая, с роскошными синими крыльями! Понимаешь, о чем я?

Используя свой скудный словарный запас, У Сик неуклюже пытался убедить Ми Хо с помощью метафор, к которым обычно никогда не прибегал.

— Что за хрень ты несешь? Хочешь сказать, я — «ловушка для мух»?

— Ты? Ты не просто ловушка для мух, ты «ловушка для навозных мух». Слушай меня и не спорь, Ын Ми Хо. Даже тебе такой человек, как он, не каждый день попадается. Если по-хорошему не выйдет — просто затащи его в постель!!

— Уже затащила.

— …Что?!

Увидев, как на его простодушном широком лице одновременно округлились глаза и рот, Ми Хо хихикнула. Но как только вернулся Джун Хи, она тут же прикусила губу и сделала вид, что ничего не произошло.

У Сик, посвятивший свою верность и невинность одной лишь На Ри, искренне верил, что и все остальные живут так же. Дразнить его всегда было весело.

Ну, мы ведь спали в одной постели, так что технически это не ложь.

Пока Джун Хи помогал ей надеть куртку, Ми Хо одарила У Сика сальной ухмылкой бывалого мужика. Открывая заднюю дверь, она подмигнула ему и послала воздушный поцелуй.

— Бывай. Передавай На Ри онни, что я её люблю.

У Сик захлопнул разинутый рот. Скривившись, он замахал руками, словно отгоняя назойливую мошкару, и сделал вид, что отбивает летящий поцелуй.

— Иди уже!

Выходя, Ми Хо снова просунула голову в дверь. Прищурив глаза и хлопая ресницами, она со звуком «Чмок, чмок!» послала ему еще несколько воздушных поцелуев.

У Сик с отвращением затряс мощными руками с татуировками карпов. Вслед удаляющейся Ми Хо полетел заразительный хохот.

Джун Хи, шедший следом, поднял руку.

— У Сик, еще увидимся.

— Да, братан! Обязательно приходите еще!!

Оставив У Сика кланяться им вслед, Джун Хи тоже вышел через черный ход.

Тепло от горячего супа быстро выветрилось на пронизывающем зимнем ветру.

— Госпожа Ми Хо-хо, где вы живете?

— Здесь недалеко, пройти три квартала.

— Холодно, давайте вместе сядем в такси, и я вас высажу по пути.

— Не стоит, тут пешком меньше десяти минут.

Ми Хо решительно покачала головой. Она не хотела больше ничем быть ему обязанной.

Тогда Джун Хи снял шарф, который до этого свободно висел у него на шее, взял его в руку и не спеша застегнул пальто на все пуговицы.

Лоснящееся шерстяное пальто глубокого верблюжьего цвета было сшито из первоклассного ладакхского кашемира. Лаконичный однобортный крой, идеально подогнанный по фигуре, и безупречные швы выдавали вещь, сшитую на заказ, а не купленную в магазине.

Поймав себя на том, что неосознанно разглядывает Джун Хи с ног до головы, Ми Хо подняла глаза. И тут же встретилась с его легкой улыбкой. Джун Хи, привыкший к тому, что женщины так его разглядывают, даже не думал отводить взгляд.

Смутившись, Ми Хо опустила глаза и, промямлив что-то невнятное, поклонилась, собираясь уйти. Но тут он заговорил:

— У Сик отличный парень.

Ми Хо, уже сделавшая шаг, медленно вернулась на место и снова повернулась к мужчине.

— Кажется, У Сик в вас влюбился.

Джун Хи, услышав эту злую шутку, призванную его отпугнуть, лишь растянул губы в наглой усмешке.

— Ох. Что же делать. Там и так очередь длинная. Я просто предупреждаю, госпожа Ми Хо-хо, чтобы вы не удивлялись: мы будем часто видеться. Я очаровываю всех, независимо от пола и возраста.

— Вау… серьезно. Вау…

Она прекрасно понимала, что это шутка, но, как ни странно, не нашлась, что ответить.

Ми Хо, открывая и закрывая рот словно рыба, негодующе уставилась на него.

Смотревший на неё сверху вниз Джун Хи слегка дрогнул губами, словно сдерживая смех, а затем широко улыбнулся.

— Госпожа Хо-хо, вы оказались гораздо милее, чем я думал. Будем друзьями?

Сердце Ми Хо почему-то ухнуло вниз, а её уверенный взгляд дрогнул. Она не могла понять, почему тело так испуганно реагирует на простое предложение дружбы.

— …Что за глупости. У меня вообще-то тоже есть свои вкусы!

— Мы же не встречаться собираемся, при чём тут вкусы в дружбе? Если люди ладят, они становятся друзьями.

— И когда это мы начали так хорошо ладить? Я… я…

Джун Хи схватился за левую часть груди и горестно свел брови.

Блин, даже если он не в моем вкусе, делать такое лицо при его внешности — это просто запрещенный прием!

— Угх, как обидно. Пережить все те злоключения за одну ночь, проснуться утром, мирно позавтракать вместе и теперь так мило болтать на этом морозе, не желая расставаться — разве это не значит, что мы отлично ладим?

— Кто сказал, что я не хочу расстав…

— Будем друзьями, госпожа Хо-хо. Я сделаю так, чтобы вам не было одиноко.

То ли тепло от супа окончательно выветрилось, то ли еще почему, но её начала бить мелкая дрожь. Ми Хо, стоявшая на морозе с голыми ногами, в длинном свитере вместо платья, шмыгнула покрасневшим носом — с Ист-Ривер дул пронизывающий ледяной ветер.

— Ха-а… Да пошли вы со своей госпожой Хо-хо. С ума сойти. Кому тут вообще одиноко, шмыг…

— Ах, простите. Я забыл. Вы же говорили, что вам не одиноко. Тогда… раз вы так мерзнете, как насчет того, чтобы я вас немного согрел? Вы ведь не против?

Джун Хи обмотал мягкий кашемировый шарф цвета слоновой кости вокруг шеи Ми Хо. Увидев её застывшее от удивления лицо, он усмехнулся.

— Вернете на свадьбе. Я им очень дорожу.

Не успела Ми Хо и слова сказать, как Джун Хи поднял руку. Обернувшись, она увидела, как желтое такси, заметив жест, медленно притормаживает.

— Ну всё, госпожа Хо-хо. Увидимся на следующей неделе!

Джун Хи ободряюще похлопал её по плечу и прошел мимо.

Широким шагом подойдя к такси, он распахнул дверцу и помахал ей рукой, прежде чем сесть в салон. Ми Хо неловко подняла ладонь на уровень груди.

Только когда машина тронулась с места и скрылась из виду, девушка пришла в себя.

— Вау, бля… Как у него всё это так естественно получается?

Шмыгнув носом, она потуже затянула шарф. Кашемир нежно щекотал кожу, от ткани исходило мягкое тепло. Сунув руки в карманы куртки, Ми Хо неспешно зашагала в сторону дома.

— И чем его только кормили в детстве… Может, плодами дерева доброты? Шмыг.

Её недовольное ворчание растворилось в морозном воздухе вместе с белым облачком пара.

***

— Дедушка. За что ты так со мной? Какого чеболя ты теперь из себя строишь? В какой семье сейчас выдают внучек замуж в двадцать шесть лет? В «Самсонг»? Или в «Кымсонг»? А может, в «Хёнсонг»?

— Ой, помолчи. Да я не из-за этого! — возмущенно замахал руками с экрана телефона седовласый дед Ми Хо, Пак Ча Си.

— Ага, конечно. Я же вижу, что у тебя опять обострение «болезни чеболей»!

— Ты… ты только посмотри на неё! Как ты с дедом разговариваешь?!

Беженец из Северной Кореи, Ча Си был властным и авторитарным главой компании — человеком, который своими руками с нуля построил солидное предприятие среднего бизнеса «DC Global», охватывающее международную торговлю, дистрибуцию, текстиль и моду.

Но иногда, встречаясь на собраниях с настоящими чеболями, он внимательно наблюдал за их речью и повадками, а потом возвращался и пытался неуклюже им подражать.

Когда дети и руководители компании жаловались, что «синице за журавлем не угнаться», он ревел на них страшным тигриным рыком:

— Это не «подражать», тупицы! Умные люди называют это «бенчмаркингом»!