Дожидаясь его ответа, она по-детски принялась тереть глаза тыльной стороной ладони. В результате её и без того агрессивный макияж, не уступавший боевой раскраске, размазался еще сильнее. Несмотря на столь воинственный вид, словно предупреждающий: «Подойдешь — укушу», в её поведении сквозила детская неуклюжесть.

Джун Хи проглотил рвущийся наружу смешок. На всякий случай он еще раз внимательно посмотрел на её лицо.

В прищуренных глазах не было ни намека на женский флирт — только отчаянная решимость пьянчужки, у которой отобрали выпивку и которая любыми способами пытается добыть еще.

Интересный она человек во многих отношениях.

Тех, кто только притворяется крутым и безбашенным, полно, а вот по-настоящему искренних сумасбродов встретишь нечасто. А он всегда питал слабость к редким и необычным экземплярам.

— Как-нибудь в другой раз. Давайте бахнем сомака с вяленым минтаем на свадебном банкете. Идёт?

Завтра утром она всё равно не вспомнит об этом разговоре.

Тут Ми Хо внезапно подалась вперед, оказавшись с ним нос к носу.

Джун Хи вздрогнул от неожиданности и откинулся назад.

— Братан! А вы, оказывается, чертовски красивый.

Ха. Что за дешевый подкат? С ним такое не пройдет.

Он поднял палец и слегка отодвинул её лоб, оказавшийся слишком близко.

— Спасибо. Мне часто это говорят. Может, уже пойдем?

— А как же по последней на посошок?

Джун Хи, пропустив её слова мимо ушей, поднял девушку и помог ей устоять на ногах.

Мин Хи, чьи огромные глаза были полны беспокойства, принялась извиняться и благодарить Джун Хи за подругу. Успокоив её и заверив, что всё в порядке, он подхватил Ми Хо под руку и вывел из пентхауса.

Отправлять в такси одну вусмерть пьяную девушку, которая еле держалась на ногах, было рискованно.

К тому же он сам поверил в её стойкость и подливал алкоголь каждый раз, когда она просила, поэтому чувствовал за это определенную долю ответственности.

Он решил поехать с ней, высадить её у дома, а уже потом отправиться к себе. На этом та самая «мораль», подпитанная жалкими остатками чувства вины, заканчивалась. Однако...

— Соль Мин Хи нет, и дома теперь темно и холодно. Не хочу ехать. Не поеду домой! Родители меня бросили, теперь и соседка бросила. Я думала, мы с Мин Хи будем жить вместе долго-долго. Побыла бы со мной еще чуточку. Хнык.

Сидя в такси, Ми Хо опустила голову и, всхлипывая, забормотала себе под нос.

Джун Хи, невольно подслушавший фрагмент её несчастной семейной истории, ощутил тягостную смесь жалости, любопытства и раздражения, от которой у него заныло под ложечкой.

Немного поколебавшись, он осторожно протянул руку и похлопал её по плечу. Всхлипывающая Ми Хо начала заваливаться набок. А затем, уткнувшись лицом ему в грудь, как в подушку, мгновенно уснула.

Вздохнув, Джун Хи уставился на её круглую макушку, погрузившись в раздумья.

Кажется, я что-то упустил.

Смотря на затылок таксиста-сикха в красном тюрбане, который гнал как сумасшедший под зажигательную болливудскую музыку, Джун Хи задумчиво моргал.

Разве обычно люди так сильно убиваются, когда лучшая подруга выходит замуж?

В его голове, словно в видео с рассинхронизированным звуком, что-то щелкнуло. Разрозненные детали в одночасье сошлись воедино, как кусочки пазла.

— А-а, так вот в чем дело.

Теперь её пьяный бред, который весь ужин казался ему бессмысленным, обрел логику.

Госпоже Ми Хо-хо нравилась Мин Хи. Больше, чем просто подруга.

— Неудивительно...

Теперь было понятно её абсолютное безразличие к нему. И почему он решил, что она гетеросексуальна?

С виду такая крутая и бойкая... Госпоже Ми Хо-хо, должно быть, пришлось несладко.

Наблюдать прямо перед носом, как девушка, которую ты любишь, милуется со своим женихом — тут волей-неволей напьешься.

Госпожа Мин Хи, судя по всему, вообще не догадывается о чувствах госпожи Ми Хо-хо, раз попросила её стать главной подружкой невесты.

Её маленькая головка с распущенными длинными волосами, мотающаяся из стороны в сторону, словно у рокера, внезапно показалась ему жалкой.

Джун Хи придержал её голову, уложил к себе на плечо и приобнял девушку, чтобы ей было удобнее.

На следующей неделе, на свадьбе Тэ Джуна и Мин Хи, им предстояло снова встретиться в ролях главной подружки невесты и шафера и, взявшись под руку, войти в зал. Иначе Джун Хи, наверное, снял бы ей номер в ближайшем отеле, оставил там и ушел.

Но он даже не знал её адреса, а вид этой юной особы, страдающей от безответной любви, в которой она никому не могла признаться, растопил его сердце.

В итоге Джун Хи взвалил её на спину и принес в свои апартаменты. Квартира была просторной, комнат хватало — отдать ей одну на ночь было спонтанным решением.

Переступив порог, Джун Хи ускорил шаг. Пальто, которое он накинул ей на плечи, чтобы прикрыть короткую юбку, соскользнуло на пол. Туда же полетели её сумочка и кожаная куртка, чудом висевшие на одном пальце.

Он планировал уложить её в гостевой спальне, налить стакан воды и умыть руки.

С меня хватит. Проснется под утро — сама найдет дорогу домой.

В целом Ми Хо была худенькой и легкой, но во сне она обмякла и постоянно сползала вниз. Джун Хи напряг руки, поддерживая её под колени, и подбросил повыше, отчего она застонала, видимо, начав просыпаться.

— Госпожа Ми Хо-хо, вы меня слышите? Вы уснули в такси, поэтому мы приехали ко мне. Выпьете воды в гостевой спальне, отдохнете, а как протрезвеете — пойдете домой.

Она завозилась, словно ей было неудобно.

Боясь, что она опрокинется назад и они оба свалятся, он округлил спину и снова попытался подтянуть её выше.

Тут Ми Хо судорожно заколотила его по плечу и задергалась.

— Бу-эээ!

Когда он понял, что это за звук, было уже поздно.

Рвота водопадом обрушилась на плечо Джун Хи. Издав сдавленный вскрик, он застыл как вкопанный. Горячая липкая жижа потекла по спине.

Едва придя в себя, Джун Хи распахнул ближайшую дверь и влетел в ванную. Сгрузив девушку на пол душевой кабины, он выпрямился.

Его рубашка, противно влажная, прилипла к телу. Прислонившись спиной к стеклянной перегородке душа, Джун Хи тяжело выдохнул.

— Ха-а-а...

Не удержавшись на ногах, Ми Хо с закрытыми глазами глухо стукнулась затылком о стеклянную стену. Стекло отозвалось мелкой дрожью и звоном.

Вздрогнув, она сползла вниз и привалилась верхней частью тела к его ногам.

Быть филантропом — ох, какое непростое дело.

Надо было просто оставить её в ближайшем отеле.

Впервые он пожалел, что мать в детстве вбила в него хорошие манеры до мозга костей.

— Угх!

Расстегивая пуговицы рубашки, отяжелевшей от густой жижи, Джун Хи сам едва сдержал рвотный позыв.

С отвращением стянув рубашку, он швырнул её на пол — ткань упала с мокрым шлепком.

Короткая юбка и свитер Ми Хо, которая теперь обеими руками вцепилась ему в бедро, тоже были заляпаны. К тому же она пачкала его брюки в том месте, куда прижималась.

— Госпожа Ми Хо-хо! Придите в себя!!

Видимо, сознание она потеряла не до конца: услышав голос Джун Хи, Ми Хо с трудом подняла голову.

Ее лицо побелело, расфокусированные глаза были полуприкрыты, а размазанная черная подводка выглядела еще более драматично, чем на египетских фресках.

Нюдовая помада стерлась вместе с рвотой, обнажив настоящие красные губы.

— Ха, черт...

Ее голова находилась в очень опасном месте.

Как назло, она вцепилась в бедро прямо рядом с «тем самым» местом, и, подвинься её лицо хоть на сантиметр, ситуация стала бы крайне неловкой для обоих.

Джун Хи резко дернул ногой, пытаясь отцепить девушку. Покачиваясь, она всё так же сжимала ткань его брюк и смотрела на него снизу вверх с беззащитным детским выражением лица.

Её изящные брови жалобно опустились, в глазах мелькнул испуг от резкого движения, но взгляд оставался мутным и расфокусированным.

Джун Хи замер, почувствовав себя так, будто совершает нечто ужасное.

Перед ним сидела совсем юная девушка, страдающая от безответной любви, о которой даже не могла признаться, и потому наклюкавшаяся в стельку.

Вздохнув, он осторожно, стараясь не делать резких движений, отодвинул её маленькую головку подальше от своей промежности.

— Госпожа Ми Хо-хо, вас больше не тошнит?

Она неуверенно кивнула, и её голова покорно свесилась набок.

— ...Странно пахнет.

Она прохрипела эту жалобу и посмотрела на него снизу вверх, обнажив белки глаз с явным упреком.

Ха. С больной головы на здоровую.

Снова почувствовав удушливый запах, о котором на мгновение забыл, Джун Хи сглотнул, подавляя подступившую желчь.

— ...Для начала отпустите мои брюки.

Она послушно разжала пальцы, которыми вцепилась в штанину, как в спасательный трос.

Покачнувшись пару раз, Ми Хо начала заваливаться назад. Не успев даже подумать, Джун Хи вытянул руку.

За долю секунды до того, как её голова должна была удариться о стеклянную стену душевой, он успел подставить ладонь.

Раздался глухой стук костяшек о стекло, и Джун Хи невольно издал короткий стон: «Угх».

В это же мгновение их взгляды встретились. В её затуманенных глазах на миг прояснилось, и...

— Вау... бля. Охуенно красивый.

Грубое восхищение вырвалось в самый неподходящий момент.

Джун Хи от абсурдности ситуации лишь усмехнулся.

Давненько ему не делали комплиментов со словом «красивый».

В детстве он терпеть не мог, когда его, мальчишку, называли «красивым». К счастью, когда он вытянулся и возмужал, «красивый» сменилось на «привлекательный».

Но в глазах этой девчонки он, похоже, всё ещё оставался «красивым».

Тонкий палец с угольно-черным маникюром потянулся к нему, мягко скользнул по переносице и очертил контур губ.

Джун Хи, сам того не замечая, затаил дыхание.

Щекочущее прикосновение мягко надавило на его нижнюю губу.

Бледное лицо, полуприкрытые глаза, размазанный, словно от слез экстаза, декадентский макияж и полуоткрытые красные губы.

Взгляд Джун Хи мгновенно потемнел.

Крепко зажмурившись и снова открыв глаза, он с шумом выдохнул и мягко отнял её запястье. Словно с сожалением, кончик розового языка скользнул по её губам и скрылся.

А она опаснее, чем кажется.

Не знай он о её предпочтениях, мог бы подумать, что она его соблазняет.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver