Сквозь приоткрытое окно машины Сон Ган напоследок послал ей угрожающий взгляд.
Если подумать, то, что он вообще позволил ей выйти, было немного неожиданно. Наверное, отпустил её со спокойной душой, потому что знал: при желании он сможет поймать её в любой момент.
— Я пошла. Удачи.
С низким гулом мотора машина отъехала, и Хи Джу вошла на территорию университета. Институт судебной медицины располагался в исследовательском корпусе медицинского факультета университета Хангук. Корпус находился в самой глубине кампуса, а поскольку его строили, срезая часть горы, по пути то и дело попадались крутые склоны.
Обычно Хи Джу доезжала бы до самого корпуса на машине, но автомобиль, на котором привёз её Сон Ган, был редкой и дорогой иномаркой. Ей не хотелось привлекать внимание профессоров и исследователей к такой приметной машине, да и хотелось немного проветриться.
Она медленно брела по дороге, по которой когда-то ходила каждый день. То ли из-за того, что давно здесь не была, но на душе было как-то странно.
После выпуска, окончив интернатуру, Хи Джу в двадцать пять лет поступила в ординатуру на кафедру судебной медицины. Будучи стажёром, она буквально жила в секционной, работая усерднее всех.
Но сейчас те времена казались далёкими, как прошлая жизнь. Со смертью сестры всё изменилось. Хи Джу замерла на месте, не в силах сделать ни шагу вперёд.
— Доктор Ко!
— …
— Эй, Ко Хи Джу!
Она медленно поднималась по склону, когда кто-то окликнул её издалека и со всех ног бросился к ней. Это был Ким Ён Син, одетый в пальто поверх медицинского халата и плотно укутанный шарфом.
Её коллега по институту и бывший однокурсник. Он был старше неё. И именно он был причиной, по которой ей сегодня пришлось вытащить своё не желающее никуда идти тело на улицу.
— А… ты откуда? Выходил куда-то?
— Нет. Было одно дело, вот и вышел, а тут как раз тебя увидел.
Хи Джу равнодушно кивнула: «Вот как».
— Пошли внутрь. Холодно.
Съёжившись от холода, произнёс Ён Син с таким лицом, будто ему не терпелось столько всего ей сказать. На кампусе, уже погрузившемся в настоящую зиму, было зябко и неуютно. Хорошо ещё, что снег пока не выпал: подниматься по этим склонам по сугробам было бы тем ещё испытанием.
— Сколько мы не виделись? Полгода?
— Наверное.
Кажется, она приходила подавать заявление на увольнение в день, когда громко стрекотали цикады. Когда-то она проводила здесь больше времени, чем дома, но, вернувшись спустя столько времени, не почувствовала ни тоски, ни ностальгии. Скорее наоборот.
Спрятав нос в воротник пальто, Ён Син скосил глаза и мельком оглядел Хи Джу.
— Ты чего так исхудала?
— Разве? Вроде такая же, как была…
— Ага, конечно. Одного взгляда достаточно, чтобы оценить габариты.
Хи Джу тихо усмехнулась. Способность сходу прикидывать физические параметры человека даже сквозь одежду — их с Ким Ён Сином общая профессиональная деформация, от этого никуда не деться. К слову, сам Ким Ён Син, кажется, тоже сбросил вес с их последней встречи.
— Тебя ветром не сдует? Может, подержать?
— Ой, да ладно тебе. Если человека ветром сдувает, это уже не человек.
— Вот ты сейчас именно так и выглядишь. Будто дунет ветерок, и ты просто исчезнешь.
Голос Ён Сина стал серьёзным. Она чувствовала, как он то и дело косится на её профиль. Хи Джу продолжала идти, глядя только вперёд.
— Знаешь, если бы ты и в этот раз не ответила, я бы реально пошёл в полицию.
— В какую полицию? Зачем тратить ресурсы понапрасну.
— Говорю же, я даже до дверей участка дошёл! Но мне сказали, что, если взрослый человек сам решил залечь на дно, они дело не заводят.
— Удивительно, что ты только сейчас об этом узнал.
Услышав этот сухой ответ, Ён Син недовольно нахмурился.
— И где ты пропадала? Я несколько раз заходил к тебе домой, но там никого не было.
— Да так.
Хи Джу на мгновение замолчала, подыскивая слова, чтобы описать свою нынешнюю ситуацию. Не рассказывать же ему, что я нырнула в море вслед за Ко Хи Джин, а теперь нахожусь под домашним арестом, отрабатывая её долги перед ростовщиками.
— Жила у знакомых.
— У знакомых? У тебя есть знакомые, которых я не знаю?
Ён Син озадаченно моргнул, а затем снова принялся ворчать:
— Могла бы хотя бы весточку прислать. Я себе уже бог знает что нафантазировал. Знаешь же, какая у меня богатая фантазия.
— И что? Боялся встретиться со мной в секционной?
— Вот умеешь ты всё испортить…
Ён Син сдвинул брови и сердито зыркнул на неё. Он всегда делал такое лицо, когда кто-то попадал в яблочко.
— Так что там за случай, по которому тебе нужен мой совет?
— Зайдём внутрь, посмотришь материалы, тогда и поговорим. На словах долго объяснять.
Сказал Ён Син, снова пряча лицо в воротник пальто. Хи Джу кивнула. Она и так знала, что всё это было лишь предлогом, чтобы вытащить её из дома. И согласилась встретиться только потому, что Ён Син в этот раз был действительно готов подать заявление о её пропаже.
— Холодно, давай пройдём через главный корпус?
— Давай.
Спасаясь от холода, они вошли в здание медицинского факультета. Стоило им почувствовать тёплый воздух и расслабить сжавшиеся от мороза плечи, как сзади раздался торопливый стук каблуков.
— Минуточку! Разрешите пройти. Прошу прощения.
Толпа, хлынувшая в вестибюль, задела Хи Джу, и она слегка пошатнулась. Ён Син тут же подхватил её за предплечье — не сделай он этого, она бы точно распласталась на полу вестибюля.
— Что такое?.. Почему здесь столько людей?
Она впервые видела вестибюль медкорпуса таким переполненным. Обычно здесь было пусто, а сейчас всё гудело от людского потока, а под потолком висел огромный плакат. Кое-где мелькали репортёры с камерами.
— А, сегодня же какое-то мероприятие. Ну, знаешь, как каждый год в это время — церемония пожертвования в фонд развития медицинского факультета.
Проследив за взглядом Ён Сина, Хи Джу невольно замерла. На трибуне стоял мужчина и обменивался рукопожатиями с деканом и профессорами факультета. И этот человек был ей слишком хорошо знаком, хотя его присутствие здесь казалось чем-то невероятным.
Что он здесь делает?..
Прошла неделя. Квон Гук Хён, одетый в безупречный костюм, с лёгкой улыбкой на губах купался во вспышках фотокамер репортёров. То, как он вежливо встречался взглядом с каждым подходящим к нему человеком и отвечал на приветствия, выглядело предельно элегантно и достойно.
Это настолько контрастировало с тем, каким она запомнила его в последний раз, что Хи Джу на миг усомнилась: А точно ли это один и тот же человек?
— Вот же красавчик. Сейчас в мафию по внешности, что ли, набирают?
— …А?
— Если бы у меня была такая внешность, я бы ни за что не стал рисковать своим телом. Да с таким лицом можно было бы как сыр в масле кататься. Шёл бы в актёры, что ли… С таким фейсом всем было бы плевать на его актёрскую игру, разве нет?
Увидев Квон Гук Хёна в столь неожиданном месте, Хи Джу на мгновение впала в ступор, но после слов Ён Сина обернулась к нему.
— Ты знаешь, кто он?
— А кто не знает, что «Чондо Констракшн» — это бандитская шарашка? Если он там в топ-менеджерах, то всё понятно без слов.
Ён Син указал на растяжку под потолком. Хи Джу тоже подняла взгляд. «Чондо Констракшн». Теперь стали понятны масштабы того роскошного, подавляющего своим величием особняка и штаб-квартиры.
Когда она услышала «исполнительный директор Квон Гук Хён», то решила, что они просто открыли какую-то шарашкину контору по выдаче микрозаймов и раздали друг другу солидные должности вроде «директора» и «президента», чтобы пускать пыль в глаза. Но это была не та мелкая компания, которую она себе представляла.
За последние десять с лишним лет «Чондо Констракшн» пугающими темпами нарастила влияние и расширила бизнес. По масштабам она теперь ничем не уступала крупным холдингам.
— Это только название «Чондо Констракшн», а так они подмяли под себя и логистику, и судостроение, и морские перевозки. Говорят, сейчас весь оборонный сектор с ними повязан.
Ён Син кивнул в сторону трибуны.
— Говорят, именно этот тип брал на себя всю самую грязную работу, пока их бандитская корпорация пожирала одну прибыльную отрасль за другой и разрасталась, как монстр, чтобы теперь строить из себя приличную компанию.
В этот момент Гук Хён принимал букеты из рук детей, которые были ему по пояс. Это были дети, прошедшие успешное лечение в педиатрической больнице при университете Хангук. Он глубоко наклонился и погладил ребёнка по голове. Его жест выглядел неожиданно тепло. Надо же, он и такое лицо умеет делать. Хи Джу почувствовала странное смятение.
— Ходят слухи, что их председатель в своё время тайно забрал внебрачного сына, изгнанного из семьи какого-то чеболя, и усыновил его. Уж не знаю, правда это или нет.
Ён Син таинственно понизил голос.
— Короче, говорят, председатель использует его как цепного пса, когда нужно, но, как бы тот ни рвал жилы, компанию в итоге всё равно передадут родному сыну.
