Онлайн чтение книги Ночь с горничной Maid’s Night
1 - 37

— Я думаю, что прошло уже больше недели.

Несмотря на то что это замечания было сделано без упоминания имени, все прекрасно поняли, о ком шла речь.

«Эвелли. Это снова Эвелли, не так ли?».

Все, что София могла сделать — это перебирать кончиками пальцев, наблюдая за лицом своего хозяина.

«Эвелли... Почему эта девушка до сих пор не вернулась?».

Алек приставал к слугам с расспросами с тех самых пор, как Эвелли уехала в отпуск, постоянно выпытывая, когда она вернется. Несколько раз в день он спрашивал, сколько времени прошло с тех пор, как ушла Эвелли. Всякий раз, когда это случалось, служанки нервничали, переживая, что он может разозлиться и ударить их.

Потому что в последнее время настроение графа становилось все хуже, особенно каждый раз, когда он упоминал Эвелли.

К тому времени, как прошла неделя, он, казалось, посуровел. Голос мужчины стал намного ниже, чем обычно, и искаженный тон ярко выражал его недовольство. Такими темпами, если Эвелли не вернется, он накажет их всех.

Суровое лицо Алека было еще более пугающим.

София очень осторожно заговорила:

— ... Да. Я уверена, что она скоро вернется.

— С ней что-то случилось?

— ... Я не знаю.

Откуда она могла знать?

София молча взглянула в лицо своему хозяину.

— Я думаю, что прошло уже достаточно много времени. Кто был последним, кто видел Эвелли?

— Я слышала, что одна из горничных видела ее перед отъездом.

Алек устало закрыл глаза. Затем, сжимая виски кончиками пальцев, сказал:

— Иди и позови эту горничную.

— Да, сэр.

София тут же вышла за дверь и позвала горничную.

Просто находиться в одной комнате с графом было совершенно невыносимо.

Через несколько минут в кабинет Алека вошла горничная. Она знала его с тех пор, как он был ребенком, и прежде чем она смогла вежливо поприветствовать его, Алек первым спросил:

— Ты видела Эвелли перед ее отъездом?

— Да, это так.

— Разве она не говорила о том, куда пошла, или когда собиралась вернуться?

Служанка моргнула, словно пытаясь вспомнить то время.

— Тогда я передала ей деньги, которые дал мне господин. Она отказывалась принять их до последней минуты.

— Было ли что-нибудь странное в ее поведении?

— Единственное, что может быть немного странным, — это то, что она поблагодарила меня. Она всегда была благодарной девушкой, но в тот раз говорила так, словно я собираюсь покинуть свой пост, и она больше меня не увидит...

Горничная закончила рассказ, с любопытством наклонив голову, но Алек ничего не сказал.

Когда в комнате воцарилась тишина, мужчина расхохотался. Но в конце его смех звучал устрашающе.

«Хозяин — возмутительный человек. Очень возмутительный... Возмутительный…».

Алек отчетливо вспомнил выражение лица Эвелли в тот момент, когда она говорила это.

Ее дыхание было прерывистым и хриплым, она даже не могла как следует закончить предложение. Ее глаза были влажными от слез, а взгляд выражал неприкрытые негодование и разочарование.

От возмущения она настолько прерывисто дышала, что не могла вымолвить ни слова. Ее глаза были влажными и полными слез, а во взгляде читались обида и разочарование. Это было похоже на выражение собаки, которая ожесточилась перед тем, как укусить своего хозяина и сбежать.

Эвелли привыкла быть застенчивой, но говорила и делала все, что хотела.

Алек никогда не мог бы забыть ее глаза…

— Я думаю, ты все неправильно поняла.

— Да?

— Это не ты покинула свой пост — той, кто ушла от нас, была она.

Он снова мрачно улыбнулся.

— Эвелли слишком молода, чтобы уйти на пенсию... — сказала горничная.

— Даже если придется мобилизовать все войска, приведите ее ко мне любыми способами, — холодно приказал Алек, и его улыбка тут же исчезла, словно сброшенная с лица маска.

«Вы уже говорили, что выслушаете меня, поэтому, пожалуйста, убедитесь, что вы это сделаете».

Она собиралась сбежать с того момента, как заговорила о своей покойной матери. С того момента, как она рассказала ему эту историю… 

Дворецкий, ожидавший в углу кабинета, осторожно переспросил, сомневаясь, что правильно расслышал слова внезапного приказа:

— Тогда оставшиеся войска?..

— Неужели так сложно понять слово «все»? Используй всех, кто есть.

Окончание этих слов звучало очень сурово.

— Доставьте ее в целости и сохранности, не повредив ни единого волоска.

На лице дворецкого отразилось смятение.

Когда принцесса исчезла, его хозяин использовал для ее поисков всего несколько человек. Однако теперь граф мобилизует абсолютно все свои войска, чтобы привести сбежавшую горничную.

Увидев решительное выражение лица своего хозяина, дворецкий мог только склонить голову и покорно сказать: «Понял».

***

На обеденном столе стояло множество восхитительных на вид блюд.

Служанки могли приступить к приему пищи только после того, как хозяин закончит свою трапезу, но по какой-то причине казалось, что их господин и вовсе не намеревался притрагиваться к еде. Он даже не дотронулся до столового серебра, чтобы попробовать изысканные блюда.

— То, что они до сих пор не нашли ее, вообще имеет хоть какой-нибудь смысл?

Слуги не могли ответить на вопрос, произнесенный сердитым голосом. Они просто застыли в страхе.

Граф был прав: поиски маленькой девчонки заняли намного больше времени и оказались труднее, чем они думали.

Мужчина начал искать ее через несколько дней после того, как Эвелли сбежала, так что отставал всего на несколько шагов и, самое главное, он не знал, куда Эвелли собиралась отправиться.

Алек бросил письмо, лежавшее на обеденном столе, на пол.

Он все еще не смотрел на Брианну, которая стояла перед ним на коленях.

— Хозяин, пожалуйста... — испуганно взмолилась лучшая подруга Эвелли.

«Дорогая Брианна. Мне жаль. Ты можешь забрать себе всю мою оставшуюся зарплату. И я искренне желаю тебе счастья. На этом все».

Таково было содержание письма, оставленного Эвелли.

Как только Алек заметил, что она долго не возвращается, он приказал своим слугам обыскать комнаты Эвелли и Брианны. И именно там он нашел это письмо. Как только он прочитал это, скомкал бумагу и швырнул ее в горничную.

— Пожалуйста, пощадите...

— Я не собираюсь убивать тебя.

Если бы Эвелли собиралась бросить Алека, он бы использовал Брианну, чтобы угрожать ей, но сейчас это было бесполезно.

Все говорили и верили, что он безжалостный человек, который с легкостью мог убить кого угодно, но к сожалению, у него не было хобби отнимать жизни у людей без необходимости.

— ... Я говорю не о себе, а об Эвелли.

Бриана выглядела так, словно готова была разрыдаться, когда говорила.

Алек повернулся и посмотрел на нее.

Что бы сделала Эвелли в этой ситуации? Он был уверен, что она тоже будет умолять о спасении жизни ее подруги, а не своей собственной.

Она была худенькой миниатюрной девушкой — гораздо меньше, чем большинство женщин ее возраста. Куда бы она могла отправиться с таким маленьким телом?

— ... Я приведу ее, не тронув и единого волоска на ее голове, — сказал Алек, в отчаянии взъерошив волосы. — Ты понятия не имеешь, куда она пошла?

Брианна медленно покачала головой. Затем не спеша заговорила:

— Я не знаю. Я не знаю, куда бы она могла пойти. Но Эвелли часто рассказывала о своей матери и родном городе. Однако разве она не отправилась туда, где родилась и выросла? Она сказала, что там еще остался кто-то из знакомых ее семьи.

— Я тоже это знаю. 

Алек знал все, что говорила Брианна.

Он продолжал говорить, сдерживая свой гнев.

— Так ты знаешь, где ее родной город?

— Я не знаю...

— Этого достаточно. Убирайся.

Его голова раскалывалась от боли. Затем, как обычно, он услышал голос Эвелли, похожий на галлюцинацию, словно дуновение ветра.

«Хозяин — сильный человек. Очень сильный».

«Но это не значит, что вы не испытываете боли».

В этот момент ее золотые глаза, смотревшие на него, ярко сияли словно звезды на небе.

Затем она поцеловала его шрам.

Как она смеет так целовать его? 

— … Это больнее, чем я думал, — пробормотал Алек.

Эвелли была права.

То, что он сильный, не значит, что ему не бывает больно.