Контент удален!

Какова бы ни была истинная цель, Ёок прекрасно понимал, как это выглядит со стороны — жалкая игра в Золушку. Чтобы выглядеть нормальным человеком, не нужно было заходить так далеко.

Но и причин не делать этого тоже не было. Чтобы представить её как «двоюродную сестру», нужно было подтянуть уровень. Ёок, который сам не мог себя до конца убедить, грубо закончил разговор:

— Раз нужно, значит, покупаем. Просто иди за мной.

Он снова отвернулся. Хондан поспешно схватила его за рукав:

— Ёок-сси, Ёок-сси, Ёок-сси!

— Что ещё?

— А я могу выбрать? Это же моё.

Ёок с удивлением посмотрел на неё — неожиданная просьба. Он оглядел её с ног до головы. Волосы она кое-как расчесала, но одежда, которую она носила дома, была вся в складках.

И при этом она спрашивала, зачем покупать одежду, а теперь хочет выбирать? Он всё же дал ей шанс высказаться:

— Что ты хочешь надеть?

— То, что по телевизору показывают! Блестящее, сверкающее!

Ёок резко развернулся. От такого холодного отказа Хондан надула губы. Ну и жадина.

Но обида была недолгой — настроение Хондан быстро улучшилось. Вся эта одежда, которую она видела, теперь принадлежит ей! Она была так же взволнована, как когда впервые надела сакэ-чогори.

Кроме одежды, нужно было многое. Сумку выбрали по рекомендации, затем — обувь. Впервые у Хондан измерили точный размер ноги. Сотрудница спросила, увидев, как Хондан смотрит на носок туфли:

— Не слишком тесно? Может, примерите на размер больше?

— Нет-нет!

Хондан энергично замотала головой. Она, будучи зверем по природе, не особо интересовалась одеждой — просто потому что нужно было носить. Но цветочные туфли — нет, не цветочные, но такие же красивые — она хотела примерить. Сердце билось чаще.

На правой ноге — новая туфля, на левой — старая, в которой она пришла. Ёок только сейчас заметил, что обувь, которую она носила, была слишком велика. Её купил Шин Джихун, и раз нога влезла, он даже не обратил внимания.

В конце концов, зверю и босиком бегать нормально. Думая так, он не мог избавиться от чувства вины. Чтобы заглушить это чувство, Ёок купил ей кучу обуви: кроссовки, лоферы, ботинки, на всякий случай и туфли на каблуке.

После бутиков они зашли в косметический магазин. Идея была «всё, что нужно женщине от А до Я», но на самом деле они выбрали не так много. Хондан, да и сам Ёок, не были уверены, что запомнят все сложные процедуры.

Машина Ёока была забита пакетами с покупками. В багажник они не поместились, и заднее сиденье тоже было завалено пакетами. Было не так странно, что владелец вещей сам их забирает. Руководитель Ким, как обычно, протянул список покупок:

— Оплату проведём как обычно?

— Нет, оплатим сегодня.

Ёок достал из внутреннего кармана кошелёк. Обычно он оставлял счета до конца месяца, но тогда оставались записи. А Ёок хотел максимально уменьшить вероятность того, что сегодняшние события дойдут до семьи.

Руководитель Ким был мастером чтения мыслей VVIP-клиентов. Тот факт, что Ёок хочет оплатить сразу, говорил о желании сохранить всё в тайне.

— Тогда я оформлю сегодняшние покупки отдельно от ваших обычных записей.

— Сделайте так.

Ёок протянул ему кредитную карту. Вскоре сотрудник принёс терминал. Хондан внимательно наблюдала за процессом оплаты — как вставляют карту, как подписывают чек.

Ёок заметил её взгляд. У неё было выражение человека, который вот-вот ляпнет что-то. Он серьёзно покачал головой. Хондан от нетерпения топнула ногой.

Оплата завершилась. Руководитель Ким, довольный удачной продажей, любезно открыл пассажирскую дверь. Хондан, торопясь, стрелой запрыгнула на сиденье. Как только Ёок сел за руль и закрыл дверь, она выпалила вопрос, который копила всё это время:

— Что это было? Это, это.

— Что «это»?

— Ну... квадратная штука. Это деньги?

Хондан изобразила квадрат большим и указательным пальцами. Кто угодно узнает кредитную карту. Ёок достал карту из кошелька:

— Это?

— Да-да!

Хондан закивала. После волшебной палочки-телефона — волшебная карта! Её глаза загорелись алчным блеском.

Ёок постучал картой по рулю. Объяснить говорящему орангутангу принцип кредитной карты — это не под силу даже доктору экономики. Голова заболела. Он ответил как мог:

— Если покажешь это, деньги можно отдать потом.

— Сколько угодно?

— Не совсем.

— Хватит купить всё это?

Хондан указала на пакеты, громоздящиеся на заднем сиденье. Для лимита Хван Ёока это были копейки, но он не считал такое положение дел нормальным. Он снова решил ответить уклончиво:

— У всех по-разному.

— А у Ёок-сси хватит.

Хондан серьёзно кивнула. Глупая лиса в чём-то умудрялась угадывать суть. Её взгляд на карту был полон жадности.

Сейчас начнёт пускать слюни. Почувствовав опасность, Ёок спрятал карту обратно в кошелёк.

Жужжание фена напротив разрывало уши. Каждый раз, когда перед глазами мелькали острые ножницы, Хондан вздрагивала веками.

На следующий день после первого шопинга Хондан с утра забрал Ёок. Переданная Шин Джихуну на стоянке компании, она оказалась в салоне красоты. При звуке «стригут» она попыталась сбежать, но Джихун удержал её на месте:

«Сюда ходят даже знаменитости. Ты же знаешь айдолов?»

Щёлк-щёлк — звук ножниц угрожал Хондан. Испуганная лиса смотрела в зеркало на своего временного опекуна. Джихун ободряюще кивал, чтобы она не боялась. Хондан снова зажмурилась.

К ней подошёл знакомый заместитель директора и тихо спросил:

— Директор, хотите кофе?

— Нет, спасибо.

Джихун мягко отказался, но продолжал смотреть в зеркало — Хван Ёок приказал ни на секунду не спускать с неё глаз.

Заместитель директора не сдавался:

— Кто она? Стажёр? Новичок?

— Нет, просто…

Джихун уклончиво ответил. Отрицать сразу было бы неестественно. Как он объяснил Хондан, это место, куда ходят артисты «Ди-Эй». То, что он следит за ней с горящими глазами, тоже вызывало подозрения.

Самая большая проблема была во внешности Хондан. За её странными словами и поведением скрывалось нечто необычное, он чувствовал это с самого начала. А с приличным стилем она выглядела как настоящая новенькая актриса.

Заместитель директора лишь усмехнулся, не став дальше расспрашивать. Ничего удивительного в том, что секретный проект держат в тайне. Было немного обидно, но не настолько, чтобы задеть чувства.

Хондан посмотрела на стакан сока на стойке. Джихун быстро поднёс его к её подбородку. Она с наслаждением потянула через трубочку и довольно улыбнулась.

Дизайнер, закончив стрижку, взяла фен. От горячего воздуха и шума Хондан съёжилась. Дизайнер безразлично тянула её волосы и сушила их.

Поскольку ни покраски, ни завивки не было, процедура закончилась быстро. Хондан с облегчением выдохнула, когда с неё сняли пелерину. Дизайнер с сожалением погладила её волосы:

— Какие красивые волосы. Кажется, это самые мягкие волосы, которые я трогала за всю жизнь.

Хондан вместо ответа посмотрела на Джихуна. Тот неловко улыбнулся. Конечно, мягкие — это же лисья шерсть.

Хондан почесала щёку — было щекотно. Дизайнер быстро остановила её:

— Нельзя, нельзя. Лион-учитель, поправьте, пожалуйста.

Пришёл мастер по макияжу и принялся хлопать спонжем по щекам Хондан. От каждого прикосновения она вздрагивала всем телом. Два мастера, работавших над ней, рассмеялись.

Перед уходом из салона Хондан посмотрелась в зеркало. Стрижка длилась долго, но длина почти не изменилась. Тем не менее, её вид сильно отличался от того, каким был утром. Волосы, под которыми, казалось, могли прятаться воронята, теперь блестели, словно смазанные кунжутным маслом.

Лицо тоже изменилось. Ей казалось, что вместо пудры нанесли мокрую глину, и она превратится в грязное поле. Но результат был гладким и бархатистым. Ресницы стали вдвое длиннее, и даже то, что векам было щекотно, казалось терпимым.

Персиковый румянец на скулах заставил её улыбнуться. Выйдя из салона, она сразу спросила:

— Как я? Красивая? Похожа на знаменитость?