Контент удален!

Короткий перерыв. Участники Asterion сидели на полу и уткнулись в телефоны. Хвиун, листавший соцсети, внезапно восхищённо выдохнул:

— Ого, это круто!

— Что там? — Хондан мигом подскочила к нему.

Она ожидала увидеть очередного красавчика, но на экране было прозрачное тесто непонятного происхождения. Незнакомая рука месила разноцветную массу, полную блёсток.

— А это что? — спросила Хондан.

— Слайм, не знаешь?

Хондан помотала головой. Хвиун театрально пожал плечами:

— Ты вообще ничего не знаешь, да? Дурочка?

— Следи за словами, — вмешался лидер Ион.

Старший брат сделал замечание, и Хвиун надулся. Зато Хондан, чувствуя поддержку, довольно улыбнулась.

Ёок теперь брал Хондан в офис через день. И она каждый раз находила дорогу к тренировочной комнате. На этом этаже занимались Asterion и ещё одна группа, готовящаяся к камбэку. Когда тренировались другие, Хондан подглядывала за стеклянной дверью, когда Asterion — сидела внутри и смотрела. В перерывах болтала, иногда перекусывала с парнями. Так что быстро подружилась.

Больше всех о ней заботился Ион, а лучше всех находил общий язык — младший Хвиун. Остальные тоже не стеснялись её присутствия. Один из них, Югон, спросил:

— Дэн, а ты вообще можешь так всё время торчать здесь? Тебя брат не ищет?

— Ага, он сказал, что можно гулять, где хочу, — беззаботно ответила Хондан.

Ответ прозвучал как у ребёнка на детской площадке, и Ион улыбнулся.

«Братом» здесь называли, конечно, Хван Ёока. Всем сотрудникам «Ди-Эй», включая артистов, Хондан представляли как «двоюродную сестру директора». Якобы она жила за границей с семьёй и вернулась одна, поэтому Ёок о ней заботится.

Все формально соглашались, но мало кто верил. Как ни крути, взрослого человека не обязательно постоянно таскать за собой.

Однако члены Asterion, которые общались с Хондан лично, слухам не верили. Такой чистой, наивной Хондан быть тайной любовницей директора — смешно.

Хондан вспомнила, как Ёок выгонял её из кабинета. Когда разрешал дружить, он вроде не возражал, но всё равно не особенно приветствовал её походы в тренировочную комнату. Каждый раз, когда она говорила «выйду на минутку», у него было лицо, будто он лимон съел.

Но почему-то сегодня он сам отправил её в тренировочную комнату. Даже предварительно проверил, что Asterion тренируется.

Хондан не стала отказываться — надо веселиться, пока не позвали обратно. Она подстегнула парней, которые не спешили вставать:

— Вы что, не тренируетесь?

— Ай, ещё и сестра начинает ворчать, — скривился Хвиун.

Он только в этом году стал совершеннолетним, поэтому терпения у него было меньше, чем у старших. Одно и то же повторять сотню раз — скучно и противно.

А Хондан, которая одно и то же смотрела бесконечно, не уставала. Она хлопала глазами:

— Вы же самые крутые, когда танцуете…

Хвиун закашлялся и на секунду замер. Слова «круто» и «красиво» он слышал тысячу раз, но почему-то стало жарко. Ион, словно ждал этого, поднялся:

— Все встали.

— Эх… — Хвиун нехотя поднялся.

Остальные последовали его примеру и выстроились. Хондан уселась перед зеркалом в углу. Её любимая группа устроила для неё отдельное шоу.

Ёок молча листал протоколы совещаний. Одна женщина металась вокруг его стола.

Но взгляд Ёока был прикован к монитору, не сдвигаясь ни на миллиметр. Не выдержав, Ким Сорин заговорила:

— Я сделаю это.

Только тогда Ёок поднял на неё глаза. Сорин повторила, стараясь звучать внушительно:

— Я сказала, буду вести личный канал.

Ёок пристально смотрел на неё. Его плотно сжатые губы не собирались открываться. Зато глаза сказали всё — уже поздно.

Сорин вспылила:

— А, да что за!

— Я ничего не говорил.

Ёок ответил с ледяным спокойствием. Сорин тяжело дышала, сдерживая ярость. Даже глядя на неё, Ёок думал о своём.

Ким Сорин ворвалась в компанию неожиданно. Для знаменитости визит в агентство не редкость, но администраторы сразу позвонили Ёоку. Они пытались задержать её, а Ёок тем временем выпроводил Хондан из кабинета.

Вся эта ситуация казалась ему абсурдной. Он вывел Хондан, потому что знал: Сорин по своей привычке начнёт придумывать небылицы. Но почему сотрудники её не остановили? Видимо, у них тоже были свои фантазии.

Ёок глубоко вздохнул. Сорин приняла это на свой счёт, вздрогнула и сделала шаг назад. Ёок спокойно продолжил:

— Если хочешь продлить контракт, сначала встреться с руководителем ACT отдела.

— …И что потом?

— Если у тебя есть что предложить, там разработают стратегию. Ты будешь следовать ей, а я посмотрю на результат.

Сорин закусила губу. Ёок был прав. Если она хочет работать по-настоящему, ей надо встречаться не с директором, а с руководителем ACT. Но отношения между ними были натянуты — из-за её прошлых выходок.

Сорин лихорадочно искала выход, но убедить ледяного человека было невозможно. Она сдержала гордость и сказала примирительным тоном:

— Тогда скажи ему сам, как надо. Ты же знаешь, у нас плохие отношения.

Ёок фыркнул от раздражения. Но понял, что проблема глубже, чем просто обращение.

— И ещё: выйдет статья о расставании.

— Зачем?

Глаза Сорин расширились. Ёок пожал плечами:

— Что значит «зачем»? Ты спрашиваешь, почему именно сейчас?

— Ты что? Мы же не расставались, зачем такая статья?

Голос Сорин повышался. Ёок не сдержал усмешки. Её уверенность была такой, что он уже начал сомневаться в своей памяти.

Он уже подумывал, не посоветовать ли ей провериться у врача, как Сорин продолжила:

— Ну ты же знаешь, это моя фишка. Вот выйдет удачный проект — тогда и объявим. А сейчас, если так резко, это меня просто в бездну столкнёт.

К счастью, Сорин не совсем сошла с ума — она хотя бы помнила, что они деловые любовники. А деловые отношения, как известно, заканчиваются с завершением сотрудничества.

— Если хочешь вести канал, лучше быть без парня. Или сделай вид, что ищешь новую любовь.

— Это ещё что за…

— Всё, иди. Когда стратегия будет готова, я определю дату объявления.

Ёок оборвал её и снова уставился в монитор. Сорин молча сверлила его взглядом. Но Ёоку было просто устало.

Он вдруг понял, что усталость от Хондан — сущая ерунда. Её выходки — всего лишь капризы ребёнка, который хочет ещё сладостей. Иногда это даже мило.

А отношения с Сорин всегда были беспросветными. Сейчас — не исключение. Разговор зашёл в тупик, и Сорин снова развернулась, чтобы уйти. Ёок бросил ей в спину:

— Сейчас позвоню, чтобы тебя встретили. Сразу спускайся.

Ответом был хлопок двери. Ёок глубоко вздохнул. Выбор за ней. Если она и сейчас упустит шанс, контракт будет расторгнут.

Он уже собрался звонить руководителю ACT, но на экране телефона всплыло уведомление:

«Я сделал селфи!»

Ёок открыл мессенджер. На фото было четыре лица: Хондан и трое участников Asterion. У Хондан было странное выражение, а Хвиун, державший камеру, улыбался в объектив.

Взгляд Ёока приковало запястье Хондан, лежащее на плече Иона. Ион улыбался неловко, будто его заставили.

Ёок долго смотрел на фото, не двигаясь. До тех пор, пока не раздался звонок от руководителя ACT с вопросом, что происходит.