Шум дождя не утихал. Капли, барабанящие по оконному стеклу, не имели ни такта, ни ритма, отчего вызывали необъяснимое раздражение. Казалось, будто кто-то скребёт по стеклу ногтями, доводя до исступления.
— И что в итоге.
Низкий, протяжный голос эхом разнёсся по пустому кабинету.
— Мне нет оправданий.
Голос собеседницы доносился из планшета на столе. Несмотря на лёгкие помехи, это точно была Сон У.
— Значит, ты не смогла дать ей таблетки?
— Завтра. Я отвлеку сторожевого пса и попробую ещё раз.
— Сон У. Разве я хотел услышать от тебя такие жалкие оправдания?
— …Простите.
Лицо мужчины, опиравшегося руками на стол, отразилось в чёрном экране планшета. Это был Ю Со До.
Изящным движением Со До перевернул планшет экраном вниз и откинулся в массивном кресле. Невольный вздох, сорвавшийся с его губ, вероятно, был следствием утомительного графика.
Со До придвинул к себе хрустальный бокал. Чтобы внутрь не попадала пыль, он был накрыт прозрачной крышкой. Мужчина раздражённо смахнул её на ковёр.
Затем он порылся в вещах на столе, достал самую тяжёлую перьевую ручку и со звоном ударил ею по краю бокала. Лишь когда подрагивающая поверхность воды успокоилась, он молча поднёс бокал к губам.
Знаешь.
Когда безвкусная жидкость без запаха потекла по горлу, в его голове раздался голосок юной девочки.
Почему ты всегда стучишь по стакану, прежде чем выпить?
Со До медленно перевёл взгляд и увидел две крошечные, кукольные ручки, опиравшиеся на край стола. Но на этом всё: обладательница голоса и сегодня не показала своего лица.
— Ты и сама знаешь причину.
Я?
Звонкий голосок заливисто и прерывисто рассмеялся.
Со До едва заметно улыбнулся и тихо поставил бокал. В наполовину пустом стакане плавно оседало что-то невидимое.
— Да. Просто ты забыла.
Лицо Со До вмиг стало снисходительным, и он уставился на ребёнка, прятавшегося за столом. В последнее время — точнее, с того самого момента, как он решил оставить Со Рин в том особняке наедине с этим псом… Эта галлюцинация, которая давно его не посещала, вернулась.
Когда девочка снова разразилась пронзительным смехом, ручки, опиравшиеся на стол, рассыпались в прах и исчезли, словно развеянные ветром.
Когда вода в хрустальном бокале окончательно замерла, Ю Со До вновь остался совершенно один.
* * *
Ха Дже усадил Со Рин на край ванны и захлопнул за собой белую дверь. Из-за льющейся сверху воды комната быстро наполнилась горячим паром. Вода, бьющая из душевой лейки, с плеском разбивалась о белоснежную плитку.
Голова Со Рин всё ещё гудела. Сердце так долго и бешено колотилось, что в ушах стоял непрекращающийся звон. Промокшее под дождём шифоновое платье намертво прилипло к телу, окончательно перестав выполнять функцию одежды. Сквозь тонкую ткань бесстыдно просвечивала белая кожа.
— Я… сама.
Со Рин намеренно произнесла это чётко и твёрдо. Она больше не хотела выглядеть жалким ребёнком — тем более здесь, в ванной.
— Я справлюсь сама.
И всё же она не решилась встретиться с Ха Дже взглядом. Её глаза были устремлены куда-то вниз, на собственные поджатые пальцы ног.
— Да? Ну, давай, сама.
Какое облегчение… Видимо, он послушно уйдёт. Со Рин тихо выдохнула. Несколько секунд в ванной раздавался лишь шум падающей воды. Но несмотря на это…
— Ты не выйдешь?..
Ха Дже, скрестив руки на груди, прислонился спиной к двери. Его поза была двусмысленной: то ли он преграждал путь кому-то снаружи, то ли не давал сбежать самой Со Рин.
— Я же сказал, мойся, — ответил Ха Дже совершенно невпопад.
Чёрная футболка, обтягивающая его торс, намокла, отчётливо очерчивая рельеф мышц.
Я, наверное, выгляжу так же… Только сейчас осознав, что сквозь мокрое платье просвечивает голая кожа, Со Рин рефлекторно прикрыла грудь руками.
— Ха.
От тихого насмешливого фырканья Ха Дже у неё болезненно сжалось сердце, но руки она не убрала.
Шум бьющей из душа воды лишь усиливал тревогу. Со Рин прикусила губу. Воздух из-за пара становился всё более спёртым, и она терпела, с трудом втягивая его в лёгкие.
— Насчёт тех таблеток, — нарушил удушающую тишину Ха Дже. Он оттолкнулся от двери и в пару шагов оказался вплотную к Со Рин. — Как давно ты их принимаешь?
Когда Со Рин замялась с ответом, Ха Дже мягко приподнял её за подбородок. Её маленькая голова поддалась так легко, словно пушинка.
— О-очень… давно.
— Насколько? Год? Пять лет?
Словно пытаясь отыскать воспоминания, Со Рин медленно закрыла глаза. Влага, скопившаяся на дрожащих ресницах, скатилась по её щеке.
— С тех пор, как себя помню.
— Хм.
Ленивый выдох Ха Дже странным образом пощекотал её кожу. Таблетки? Неужели с ними тоже что-то не так? Со Рин чувствовала себя нашкодившим ребёнком, не выполнившим задание.
— Ты сама ходишь к врачу за рецептом?
Но эти таблетки…
— У меня есть лечащий врач.
— И этого мозгоправа, небось, тоже приставил к тебе этот ублюдок Ю Со До?
Со До порекомендовал его ради меня, потому что я страдала от бессонницы из-за тревожности.
— …
Какой ответ станет правильным по твоим меркам? Поразмыслив секунду, Со Рин открыла глаза. В её прозрачных, влажных зрачках отразилось абсолютно бесстрастное лицо Ха Дже.
— Не подозревай Со До. Его ведь здесь нет. Он наверняка не знает в подробностях, что творится в этом доме. Он бы ни за что не загнал меня в опасную ситуацию, мы… мы с ним…
В этот момент Ха Дже резко нахмурился. Значит, этот ответ тоже оказался неверным. Со Рин крепко стиснула губы, готовые произнести ещё что-то.
— Тебе бы лучше закрыть рот.
Кажется, он даже разозлился. Какое именно слово так испортило ему настроение?
Со Рин с силой вцепилась в край ванны. Скользкий мрамор ощущался прохладным.
— Мойся. Не хватало ещё, чтобы ты простудилась и добавила мне лишней головной боли.
— Выйди, пожалуйста…
В ответ на слова, которые Со Рин с трудом выдавила из себя, Ха Дже издал короткий издевательский смешок.
— И теперь тебе вдруг стало стыдно?
С этими словами он медленно наклонился и прижался губами к самому её уху. Дыхание мужчины обжигало сильнее, чем горячий пар. Казалось, её ухо сейчас сгорит.
— Скромничать надо было тогда, когда ты раздвигала передо мной ноги.
— Н-не смей говорить…!
Не смей так говорить. Она хотела выкрикнуть это, но слова застряли в горле. А как тогда ей следовало расценивать ту ночь?
Ты любил меня?
Нет.
Я любила тебя?
…Нет…
В конце концов, этот мужчина, Ха Дже, так и будет стоять здесь и ждать. Со Рин тихо вздохнула. Сдавшись, она попыталась встать, но её тело качнулось, и она едва не упала. Ей ничего не оставалось, кроме как ухватиться за предплечье мужчины.
Ха Дже даже не шелохнулся, приняв на себя вес её тела.
— С тобой одни хлопоты, — лениво протянул он.
Его рука плавно скользнула по её спине и коснулась молнии на платье. Ухватившись за застёжку, он без малейших колебаний грубо дёрнул её вниз.
С мокрым шлепком ткань упала на пол. Обнажённая грудь Со Рин, на которой не было бюстгальтера, слегка качнулась.
— Впрочем, это не так уж и плохо.
Глядя на кривую ухмылку Ха Дже, она почувствовала щекочущий трепет где-то в груди. Со Рин физически ощущала, как его взгляд медленно скользит по изгибам её тела.
Выступающие ключицы, едва заметно вздымающаяся от дыхания грудь, впадинка пупка — и дальше, к влаге, скопившейся на лобковых волосах между бёдрами.
Его взгляд казался вязким и липким, он буквально обволакивал её целиком. И только теперь Со Рин почувствовала, что задыхается от пара. Улыбался ли этот мужчина, чей силуэт расплывался перед её затуманенным взором?
Рука Ха Дже плавно легла ей на ягодицу. Он поглаживал её с такой нежностью, словно это был спеющий плод. Со Рин ощутила текстуру чужой кожи и обжигающее чужеродное тепло.
Взяв в другую руку душевую лейку, Ха Дже направил струю воды на тело Со Рин. Вода, стекающая по её коже, почему-то казалась не очищающей, а липкой.
— П-прекрати, я сама…
В этот момент Со Рин резко вскинула руку, чтобы выхватить у него лейку. Взгляд Ха Дже, до этого игриво блуждавший по её лобку, внезапно замер.
— Это.
Хотя Со Рин чувствовала, что Ха Дже смотрит куда-то в район её груди, она не могла легко прикрыться. Во-первых, он крепко держал её за правое предплечье, а во-вторых, её набухшие соски стали настолько чувствительными, что, казалось, малейшее прикосновение отзовётся болью.
— Что это?
Со Рин попыталась понять, что именно Ха Дже называет «этим», и пришла в недоумение.
— Ч-что? Шрам?
— Шрам?
— Разве ты не про тот шрам в виде креста?..
Она подумала о крошечном крестообразном шраме, спрятанном на внутренней стороне её предплечья. Со временем он настолько побледнел, что заметить его можно было лишь с такого близкого расстояния, на котором сейчас находился Ха Дже.
Шш-ш. Шум льющейся воды прозвучал как-то глухо и пусто.
Под струями горячей воды кожа Со Рин раскраснелась. Ха Дже выпустил её руку. На нежной коже тут же проступил отпечаток его пальцев.
А на самой коже виднелся бледно-розовый крестообразный шрам. Ха Дже прищурился и медленно перевёл взгляд с её низа живота вверх. Его пах раздулся и налился тяжестью до боли, а у этой женщины было такое невинное лицо.
Кажется, она пыталась выкрутиться из ситуации, притворившись наивной дурочкой, но даже не подозревала, что именно это невинное выражение заводило его ещё сильнее.
Но прежде чем окончательно сойти с ума от стояка и пустить в ход бёдра, ему нужно было кое-что проверить.
Ха Дже схватил свою футболку и стянул её через голову.
— Ч-что ты делаешь?!
Пронзительно взвизгнув, Со Рин попятилась, а чёрная футболка упала прямо поверх сброшенного белого платья.
— Отпусти!
Он притянул к себе слабо сопротивляющуюся Со Рин и поставил её перед зеркалом. Ха Дже провёл ладонью по запотевшему стеклу, оставляя на нём мокрые разводы. Увидев в отражении своё абсолютно голое тело, над которым нависал полуголый мужчина, Со Рин побледнела от ужаса.
— Я ясно сказала, прекрати!
Когда Со Рин попыталась вырваться, Ха Дже слегка сжал её грудь.
— Ах!..
Стоило ему лишь кончиками пальцев мазнуть по набухшему соску, как тело женщины рефлекторно дёрнулось, словно от ожога.
Делая вид, что собирается схватить её за обе груди, Ха Дже пристально уставился в снова запотевающее зеркало. Женщина с раскрасневшимся лицом и глазами, полными слёз, с обидой сверлила взглядом своё отражение, а за её спиной отражалось его собственное тело.
И почти коричневый крестообразный шрам на внутренней стороне его предплечья.
