Пробудившийся воин просто исчез. Весь объект был прочесан как солдатами гарнизона, так и тенями Санни, но никаких следов его пребывания обнаружено не было. Верн даже принял решение открыть купол старой обсерватории. Однако внутри оказалось лишь старое оборудование, темнота и пыль.
Тогда Санни отправил своих теней прочесать прибрежную равнину за пределами крепости в надежде найти хоть какую-нибудь зацепку. Однако ничего не нашел.
Чувство тревоги и предчувствия распространилось по изолированной крепости.
Пока люди собирались вместе, чтобы снять напряжение, Санни, Верн и профессор Обель собрались в центре безопасности для экстренного обсуждения. Однако никто из них не горел желанием говорить первым.
Им просто нечего было сказать.
В конце концов, Санни со вздохом потер лицо.
— Ну, есть только три варианта, верно?
Верн мрачно посмотрел на него.
— И какие же?
Санни на мгновение заколебался.
— Во-первых… он мог действительно дезертировать.
Суровый Мастер просто покачал головой. В этом жесте не было враждебности или защиты, поскольку Верн был не из тех лидеров, которые не уверены в своих людях или в себе. В нем не было той хрупкой гордости, из-за которой это заявление могло бы показаться оскорбительным.
— Это маловероятно. Я очень хорошо знаю этого Пробужденного. Он был… крепким мужчиной.
Санни пожал плечами.
— Тем не менее, это был бы самый лучший исход. Два других варианта гораздо более проблематичны.
На его лице появилась усталая гримаса.
— Второй вариант заключается в том, что он был убит, по каким-либо причинам, другим человеком, находящимся на ЛО49. Убийца впоследствии избавился от тела и убрал следы преступления. Учитывая, что обычному человеку нелегко убить Пробужденного, наиболее вероятным подозреваемым может быть один из ваших людей, Верн.
Профессор Обель тяжело вздохнул.
— Конечно, вы же не думаете, что один из этих храбрых солдат…
Санни посмотрел на него с мрачным выражением лица.
— Я просто размышляю о том, что могло произойти. Однако не стоит заблуждаться. Мы, Пробужденные, всегда находимся всего в одном шаге от превращения в монстров. При том давлении, которое Антарктида оказывает на людей… многие неизбежно начнут ломаться. В любом случае, мы должны обратить внимание на тех Пробужденных, у которых есть Аспекты, подходящие для избавления от улик. Верн, вы лучше всех знаете своих солдат, поэтому эта задача будет возложена на вас.
Верн поджал губы, но затем молча кивнул.
— А как насчет последнего варианта?
Санни задержался на несколько мгновений.
— Возможно, на объект проникло Кошмарное Существо и сейчас прячется где-то в этих стенах. Учитывая, что нам не удалось обнаружить никаких следов… оно должно быть либо очень сильным, либо очень неуловимым, либо и тем, и другим. Поскольку я — лучший разведчик среди нас, исследовать эту возможность будет моей задачей.
Верн некоторое время молчал, затем мрачно сказал:
— Похоже на план. Однако что будет, если никто из нас ничего не обнаружит?
Санни посмотрел на него. Его глаза были полны тьмы.
— Тогда нам остается только ждать прибытия Ариадны и надеяться, что никто больше не исчезнет. Судя по последней связи с внешним миром, она доберется до нас самое раннее через четыре дня, самое позднее — через одиннадцать. Конечно, мы сможем продержаться столько времени.
Пока он говорил, настойчивый шум Зова продолжал царапать, давить, просачиваться в его сознание.
Верн на мгновение закрыл глаза.
— Значит, так и поступим.
Верн начал исследовать своих солдат, а Санни в это время снова забрался на вершину Носорога и послал свои тени исследовать ЛО49, уже в третий раз за этот день. Надежды найти что-либо было мало, но мысль о том, что где-то в пределах крепости прячется неуловимый, жуткий ужас, который только и ждет, чтобы схватить свою очередную жертву, не позволяла ему бездействовать.
По крайней мере, теперь ему было чем заняться.
Люди, запертые в помещении, и так были напряжены и измучены, но с появлением новой, неизвестной угрозы, нависшей где-то совсем рядом, их настроение стало еще более мрачным и неустойчивым. Большинство пока держалось благодаря надежде на скорое прибытие Ариадны.
Санни знал, что такое надежда и как она важна в подобных ситуациях.
Пока продолжались поиски, в действие вступили новые протоколы безопасности. Обычным людям запрещалось оставаться в одиночестве, была введена система взаимной ответственности, чтобы никто не поддался Первому Кошмару неожиданно. Жилые помещения оснащались дополнительными датчиками и замками сигнализации, Пробужденные получали мощные стимуляторы для поддержания бодрствования и т.д.
Многие солдаты были сняты со стен, чтобы усилить внутренние патрули и следить за соблюдением протоколов.
Устоявшихся традиций по преодолению подобных кризисов не существовало, поскольку Цепь Кошмаров изменила правила игры. Будучи отрезанным от командования армии, Верн был вынужден самостоятельно придумывать дополнительные меры. К счастью, профессор Обель смог помочь. У старика сохранились воспоминания о катастрофическом нисхождении Заклинания и о том, как Первое Поколение справлялось с подобными проблемами.
Изолированная от внешнего мира и окруженная неизвестным количеством активных Врат, ЛО49 держалась изо всех сил.
Но достаточно ли хорошо? Санни не знал.
«Черт, черт, черт возьми…»
К своему разочарованию, он так и не смог найти никаких доказательств того, что где-то в поселении прячется неизвестное Кошмарное Существо. Его тени исследовали каждый уголок крепости, как над, так и под землей, а также многие километры заснеженной прибрежной равнины за стенами. Но все было безрезультатно.
То ли мерзость была слишком хитра, то ли обладала поистине страшными силами, то ли её просто не существовало.
Верну тоже ничего не удалось обнаружить.
В какой-то момент Санни обнаружил, что изучает место, где его когорта и гарнизон ЛО49 разгромили Падальщиков. Две его тени обнюхивали поле боя, одна изучала дальние Врата, а другая следила за профессором Обелем.
«…Может быть, тот солдат действительно просто сбежал. Я осмотрел все вокруг, но нет никаких следов.»
Он почти готов был поверить в эту версию.
В этот момент к Носорогу подошла высокая фигура. Санни, дрожа от холода, подошел к краю крыши БТРа и посмотрел вниз на Верна, испытывая чувство дежавю. Его сердце внезапно опустилось.
— Что случилось?
Верн уставился на него с отстраненным выражением лица. Спустя несколько долгих мгновений он открыл рот и ровным голосом произнес:
— … Исчезли ещё три человека.