Онлайн чтение книги Временами романтичная жестокость Occasional Romantic Malice
1 - 6

Помаячив для вида на заднем дворе, чтобы все приняли ее за Кассандру, Нинетт вошла в особняк сестры. Большинство прислуги, работавшей в особняке Кассандры, за редким исключением, были глухонемыми. Но осторожность никогда не бывает лишней, поэтому Нинетт не расслаблялась до тех пор, пока не оказалась в покоях совершенно одна.

Добравшись до комнаты, оставалось лишь ждать, если не случится ничего непредвиденного. Ведь в этом особняке не было слуг, которые посмели бы без спроса войти в спальню Кассандры в столь поздний час.

Оказавшись в комнате, Нинетт по привычке огляделась. Разумеется, спальня была пуста, но природная осторожность заставляла ее каждый раз проверять все лично. Затем она повернулась к зашторенному окну.

Появляться у окна было необходимо, чтобы показаться соглядатаям, приставленным отцом, но в то же время это служило своего рода сигналом. Негласным знаком... зовущим кое-кого прийти в эту комнату.

Они не договаривались об этом специально, так вышло само собой. Но в такие дни, как сегодня, когда шторы были плотно задернуты, Нинетт в глубине души начинала сомневаться. Вновь и вновь, несмотря на то, что они уже бессчетное количество раз делили постель.

Стоило ей, поддавшись сомнениям, словно в трансе остановиться у окна, как вскоре раздавались шаги Сабина. От одного лишь звука его шагов, нарушающих тишину, по телу Нинетт пробегала будоражащая дрожь.

Тук-тук.

Раздавшийся за спиной стук в дверь вывел Нинетт из оцепенения. Осознав, что она по привычке стоит, вцепившись в портьеру, она нервно усмехнулась. Начисто позабыв о той обиде, что она испытывала днем, глядя на Сабина, сейчас ее сердце бешено колотилось от одной лишь мысли о том, что он здесь.

— Это Сабин. Я вхожу.

Произнеся это спокойным голосом, он открыл дверь и, едва переступив порог, сразу же окинул комнату взглядом.

— Ты же знаешь, здесь никого нет.

— Осторожность не помешает.

Бросив ей этот равнодушный ответ, даже не взглянув в ее сторону, Сабин всё равно проверил каждый потайной уголок.

— Ни вам, ни мне не пойдет на пользу, если кто-то увидит нас в таком виде.

То, насколько педантично вел себя Сабин, было также проявлением его решимости стереть из памяти всё, что бы ни произошло между ними этой ночью, как только наступит рассвет. Именно потому, что он так четко провел эту границу, Нинетт и осмелилась на подобную авантюру, но с другой стороны, было горько осознавать, что она останется для него лишь игрушкой на одну ночь для удовлетворения похоти. Тем более, что она даже не могла открыто назвать ему свое настоящее имя — всё было соткано из лжи.

— Ты...

— Да?

Видимо, тебя вполне устраивают эти тайные встречи, полные лишь одного наслаждения. Должно быть, это настолько отчаянная безответная любовь, что ты готов довольствоваться ролью игрушки на одну ночь.

Но вместо того чтобы произнести эти глупые, жалкие мысли вслух, Нинетт лишь крепко прикусила губу и повернулась к нему спиной.

— Лучше расстегни ожерелье. Оно тяжелое.

— Хоть я сам и советовал вам снимать украшения, но сейчас мне немного жаль.

— О чем ты?

Нинетт вполоборота посмотрела на Сабина. Быстрым шагом приблизившись к ней, он принялся возиться с застежкой колье и пробормотал:

— Я ведь сам его порекомендовал, будучи абсолютно уверенным, что оно вам подойдет.

Веки Нинетт слегка дрогнули. Пусть Сабин и был доверенным лицом Кассандры, но Нинетт отродясь не слышала, чтобы помощник вмешивался в выбор украшений для своей госпожи.

Только если они не были особенно близки...

Лицо Нинетт слегка напряглось от этой неожиданной и совершенно неприятной новости. Благодаря тому, что она стояла спиной, Сабин не заметил, как вмиг изменилось выражение ее лица. Нинетт нервно сглотнула, пытаясь успокоиться.

При одной лишь мысли о том, как Сабин выбирал это ожерелье для Кассандры, отправляющейся встречать короля, ее нервы сами собой натянулись как струны. В то же время Нинетт почувствовала, как пошатнулась ее наивная и абсолютная вера в то, что всё происходящее в этой комнате бесследно исчезает с восходом солнца, словно мираж.

«Как только этот момент пройдет, вам нужно будет всё забыть. Я лишь служу вам, словно ваш верный пес».

С самого начала Сабин подчеркивал, что не намерен никому позволять узнать об их связи.

Но прошло уже несколько дней с тех пор, как они начали делить постель; возможно ли и вправду сохранять всё то же хладнокровие? Где гарантия, что, глядя на Кассандру с покорным видом, он не вспомнит горячее дыхание прошлой ночи?

— Оно вам не по вкусу?

Возясь с ожерельем, Сабин, вероятно, уловив подавленное настроение Нинетт, осторожно поинтересовался. Крепко стиснув зубы, Нинетт постаралась ответить максимально непринужденным тоном.

— Я считаю, оно отлично подходит к платью.

— А, так дело только в этом.

Видимо, не заметив ничего странного в голосе Нинетт, Сабин не стал допытываться дальше. Но лицо Нинетт, стоявшей к нему спиной, оставалось мрачным.

А что, если Сабин начал проявлять некую «близость» к Кассандре и днем? Или что, если между Кассандрой и Сабином уже проскользнула едва уловимая искра?

Кассандра — фаворитка короля, поэтому она не смогла бы открыто демонстрировать свои чувства, но, поскольку они с Сабином постоянно находятся вместе днем, у них, несомненно, была масса возможностей обменяться тайными знаками внимания.

— ...Я же сказала. Оно тяжелое.

Стоило сомнениям зародиться, как ее воображение разыгралось не на шутку. Если Сабин хоть словом обмолвится Кассандре о прошлой ночи, та со своей проницательностью мгновенно почует неладное. И тогда Сабину не составит труда догадаться, что всё это время он делил постель с Нинетт.

От тревоги ее сердце начало биться всё быстрее.

— Что ж, с этим ничего не поделаешь.

Сабин, не подозревающий о терзаниях Нинетт, спокойно произнес это и расстегнул ожерелье. То, как умело он обращался с украшением, стараясь ни в коем случае не оцарапать кожу, выдавало в нем немалую сноровку.

— Впрочем, все остальные украшения, что я подбирал для вас до этого, тоже смотрелись великолепно.

Эти небрежно брошенные слова лишь еще сильнее затуманили и без того потрясенный разум Нинетт. Ей так и хотелось спросить: «С каких это пор ты вообще выбираешь для неё подобные вещи?», но это был вопрос, который она ни за что на свете не должна была задавать.

Тем временем тяжесть на шее исчезла. Сабин, дразняще скользнув губами по ее затылку, непринужденно обвил руками ее талию. Платье было настолько тонким, что она ощущала каждое движение его пальцев.

— Приятно на ощупь.

Нинетт заметила, что сегодня у Сабина на редкость хорошее настроение. Видимо, поэтому он так много болтал о всяких пустяках. В обычное время его хорошее настроение передалось бы и ей, но сейчас она не могла так беспечно радоваться. Осознание того, что между ним и Кассандрой установилась какая-то связь, мешало ей полностью отдаться наслаждению.

Однако, независимо от ее душевных терзаний, тело послушно реагировало на его прикосновения. Почувствовав, как он сквозь ткань мягко прижимается к ней нижней частью тела, она невольно напрягла бедра.

Заметив, как напряглось тело Нинетт, Сабин тихо рассмеялся.

— Вы так напряжены, что мне вспоминается наш первый день.

— Первый день?

Стоило тугим завязкам распуститься, как платье естественным образом соскользнуло вниз, обнажив белую кожу. От затылка и до округлых плеч посыпались щекочущие поцелуи. Затем губы, проделав тот же путь обратно, легонько прикусили мочку ее уха, и низкий голос произнес:

— Тот первый день, когда вы отдались мне.

— Ах.

— Я тогда удивился, что вы оказались куда более скованной, чем я ожидал.

Нинетт повернула голову и посмотрела на Сабина снизу вверх. Если он говорил о том самом первом дне, то она тоже помнила его более чем отчетливо. Разве можно такое забыть? Напряженное лицо мужчины, освещенное тусклым лунным светом, первобытное вожделение и импульс, которые он в тот миг не смог скрыть.

Она давно знала, что Сабин — беззаветно преданный Кассандре мужчина, но столь откровенное проявление его чувств она увидела тогда впервые. Что же она тогда почувствовала? Видя смятение Сабина, который, разумеется, принимал ее за Кассандру... Нинетт...

Нинетт была охвачена поистине яростной ревностью.

— А ты...

При воспоминании о том дне ее и без того натянутые нервы обострились до предела.

— ...набросился на меня, словно пес в течке.

Не до конца подавленная тревога и обида, порожденная воспоминаниями о прошлом, сплелись воедино, придав ее голосу едва уловимую укоризну. Нинетт нахмурилась и прикусила губу. Она начинала ненавидеть этого человека, не способного разглядеть правду прямо перед своим носом, но в то же время ей было безумно трудно отказаться от его нежных ласк.

— Это правда. Тогда я был сам не свой.

Покорно кивнув, Сабин пробормотал, словно обращаясь к самому себе:

— Я думал, что это будет в последний раз.

— Ты хотел, чтобы это было в последний раз?

— Ох... Вы задаете вопрос, ответ на который очевиден. Что вы пытаетесь услышать?

С усмешкой в голосе спросил Сабин. Вместе с тем его дразнящие прикосновения становились всё более глубокими и интимными.

Настойчиво прижимаясь к ней своей тяжелой, налитой плотью, он склонил голову. Его губы приблизились к ее губам так близко, что, казалось, вот-вот сольются с ними, но остановились в миллиметре от них.

— Однако мое положение сейчас оставляет желать лучшего. К тому же наши ночи всегда были слишком коротки.

В ответ на эти слова, просящие разрешения, Нинетт раздраженно рассмеялась. Несколько нервным движением схватив его за шейный платок, она с силой потянула его на себя.

И сегодня она вновь не смогла отвергнуть покорное служение этого мужчины.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver