— Сир Леандр, но у госпожи на пальце кровь!
Вскочив, с серьезным видом воскликнула Энни. Но Сабин, даже не усмехнувшись, ответил совершенно равнодушным голосом:
— Если вытереть кровь, то и следа от раны не останется.
— Что вы такое говорите! Нужно продезинфицировать, нанести мазь и наложить повязку...!
Нинетт, не в силах больше слушать, как Энни читает целую лекцию об опасности укола вышивальной иглой, потерла лоб и вмешалась:
— Энни, приготовь, пожалуйста, чай.
— В чае нет необходимости, лучше бы вы просто оставили нас, — бросил Сабин со свойственным ему цинизмом, как только Нинетт закончила фразу.
Энни, широко раскрыв глаза, посмотрела на Сабина, а затем обернулась к Нинетт с полным жалости взглядом.
— Госпожа...
— Сделай так.
Нинетт спокойно кивнула, и Энни, недовольно поджав губы, все же с неохотой поклонилась.
Как только шумная Энни вышла, в комнате мгновенно повисла тишина. И только тогда Нинетт вдруг отчетливо осознала, что осталась с Сабином наедине. Поскольку в последнее время их встречи наедине сводились исключительно к страстным, интимным актам, она невольно ощутила напряжение, повисшее в воздухе.
Однако это было лишь ее собственное волнение, ведь Сабин и не догадывался, что перед ним стоит женщина, с которой он делил ложе. Нинетт нарочито суетливо начала убирать пяльцы и мотки ниток, после чего кашлянула, пытаясь придать лицу невозмутимое выражение.
— Зачем ты искал меня? Кассандра просила что-то передать?
Она постаралась спросить это с максимально естественной улыбкой на губах, но ответа не последовало.
— Сабин?
Увидев, что он продолжает молча стоять и пристально смотреть на нее, Нинетт озадаченно склонила голову набок. Услышав свое имя, Сабин, чье выражение лица было совершенно нечитаемым, медленно двинулся с места. Нинетт удивленно моргала, глядя, как он приближается к ней.
Подойдя вплотную, Сабин опустился перед Нинетт на одно колено.
— Э...
— Раз уж я не позволил позвать врача, то, если здесь останутся следы крови, вина ляжет на меня.
Бесцеремонно взяв ее руку, лежавшую на коленях, он легко обернул кончик ее пальца своим носовым платком. Не причиняя боли, он несколько раз мягко надавил на порез, и алая кровь, впитавшись в белую ткань, бесследно исчезла.
То, с какой непринужденностью он вытер ей кровь, вызвало на лице Нинетт растерянное выражение.
Как давно она не видела его, сидящим перед ней на коленях. До того, как стать помощником Кассандры, в те времена, когда Сабин лишь выполнял мелкие поручения близняшек, он часто вот так же обрабатывал мелкие царапины Нинетт. Посмеиваясь над суетой слуг, требующих вызвать врача, и говоря, что из-за такой мелочи не стоит поднимать шум.
Эти детские воспоминания вспыхнули в её памяти и тут же растворились, оставив после себя лишь легкую тоску.
— ...Спасибо.
— Вы могли бы вытереть кровь и сами.
Словно отчитав её, он быстро вернул Нинетт с небес на землю, и она поспешно произнесла:
— А, я сама сделаю!
— Я уже всё вытер.
В тоне Сабина прозвучала всё та же снисходительность, с которой он общался с ней в детстве, считая ее несамостоятельной. Нинетт смущенно посмотрела на свой чистый палец, а затем бросила взгляд на платок в руке Сабина.
— Платок я постираю и...
— Я его выброшу.
Сабин, ни на секунду не задумываясь, прервал Нинетт, поднялся и сделал шаг назад. Его ледяное поведение ясно давало понять, что он лишь вытер ей кровь, и ничего более.
Она ведь не просила его об этом, он сам вызвался, так к чему теперь смотреть на нее как на ни на что не годную дурочку? Почувствовав внезапный укол обиды, Нинетт надула губы и произнесла раздраженным тоном:
— Так зачем ты пришел?
При этих словах Сабин плотно сжал губы и вперил в Нинетт пристальный взгляд. Этот взгляд был настолько холодным, что заставил ее невольно задуматься, не совершила ли она какую-то оплошность. Он был в точности таким же, как и в детстве, когда он упрекал ее за беспечные поступки.
Помявшись немного, Нинетт похлопала глазами, отвела взгляд и затем, слегка смягчив тон, осторожно спросила снова:
— Что случилось?
В ответ на этот вопрос Сабин нахмурился и жестко произнес:
— Прошлая ночь.
— Прошлая ночь?
В ту же секунду ее охватило напряжение, и она инстинктивно напрягла плечи. Ведь именно прошлой ночью она в очередной раз изображала Кассандру.
Вчера Нинетт не звала Сабина. Неужели он приходил в поместье маркиза и обнаружил ее отсутствие? Но если бы это было так, то Энни, которая изо всех сил старалась скрыть их тайну, непременно бы ей сообщила.
Раз Энни ничего не сказала, значит, их тайна не раскрыта. Пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце, она повторяла себе это про себя, когда Сабин, слегка прищурившись, медленно произнес:
— Маркиз Роузмонд вам рассказывал?
— Ты спрашиваешь, рассказывал ли мне отец что-то вчера вечером? О чем?
Неужели он хотел сообщить ей что-то важное?
Лицо Нинетт стало серьезным. Хоть она и не разбиралась в политике, основные события были ей известны. То, что Кассандра, заручившись покровительством короля, тайно наращивает свое влияние; то, что сторонники королевы всегда относились к этому крайне враждебно; то, что королева перед смертью умоляла короля позволить ей увидеть Первого принца, но Кассандра этому помешала; то, что маркиз Роузмонд был согласен на вызов Первого принца, из-за чего они с Кассандрой сильно поссорились...
— Насколько я знаю, отец вчера так и не вернулся домой. Произошло нечто, о чем мне нужно срочно узнать? Это как-то связано с Кассандрой?
— ...Судя по тому, что вы не в курсе, дело еще не требует срочного вмешательства.
— Так что стряслось?
— Я лишь хотел узнать, слышали ли вы о скором возвращении Первого принца.
Глаза Нинетт округлились.
— Ах.
— Вы что-то слышали?
— Нет, не слышала, но я догадывалась. Отец собирается понемногу выводить меня в свет.
При этих словах Сабин снова прищурился. В ответ на его подозрительный взгляд Нинетт поспешно добавила:
— Недавно он предложил мне выбрать себе личного рыцаря... Зачем мне, безвылазно сидящей дома, личный рыцарь? Значит, в будущем мне предстоит чаще появляться на публике.
Сабин — помощник Кассандры, а значит, этот разговор так или иначе дойдет до ее ушей. Если уж выбирать, Нинетт всегда была на стороне Кассандры, а не отца, и ей совершенно не хотелось вызывать у сестры ненужные подозрения. Да и создавать впечатление, будто она что-то скрывает, было бы неразумно. Если Кассандра начнет подозревать Нинетт, то и ее хрупкие, тайные встречи с Сабином подойдут к концу.
...Впрочем, я и так подумываю о том, что нам пора с этим покончить.
Нинетт подавила невольный вздох. Эти отношения с самого начала висели на волоске, и она понимала, что пора их прекратить. Но ей не хватало смелости поставить точку, и она лишь оттягивала этот момент под предлогом, что ей нужно подготовиться морально. Это было жалко и глупо.
Пытаясь подавить нахлынувшую горечь, Нинетт опустила глаза.
— Появление в свете означает... развитие навыков общения, чтобы не вызвать недовольство Первого принца, и заботу о своей репутации.
— Вы весьма точно понимаете ситуацию.
Как только Нинетт закончила фразу, Сабин ледяным тоном продолжил:
— Должно быть, вы с нетерпением ждете встречи с принцем.
В его голосе сквозило явное недовольство, и Нинетт удивленно посмотрела на него.
— Я?
— Ну еще бы, любовь с принцем — это мечта любой юной леди.
Нинетт не смогла скрыть растерянности перед лицом Сабина, открыто демонстрирующего свое раздражение.
Конечно, Сабин всегда был с ней резок и саркастичен. Он так вел себя со всеми, кроме Кассандры, но к Нинетт он питал особую неприязнь. Она думала, что уже привыкла к его холодному отношению, но, судя по тому, как у нее екнуло сердце, она все еще была к этому уязвима.
— Прошу прощения, но мадам Маржолен не желает, чтобы ее любимую младшую сестру «использовали» подобным образом.
Независимо от реакции Нинетт, Сабин, сохраняя свой ледяной тон, продолжил:
— Поэтому она и прислала меня сюда.
Нинетт удивленно моргала. Она-то думала, что он пришел лишь обсудить что-то с маркизом Роузмондом, и никак не ожидала, что в этом «обсуждении» будет фигурировать ее имя.
Но если вдуматься, упоминание ее имени было вполне закономерным. В свете смерти королевы и скорого возвращения принца. Нинетт неосознанно напряглась.
Чего же хочет Кассандра? Возможно, она попросит ее запереться в комнате, сказавшись больной, или же, умело подыгрывая отцу, попытаться выиграть время. Что бы это ни было, Нинетт была готова подчиниться ее воле.
— С этого момента я буду сопровождать вас, леди Нинетт, на всех светских мероприятиях.
Однако слова, сорвавшиеся с губ Сабина, оказались совершенно неожиданными.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления