1 - 26
Закончив собрание по подготовке к тайфуну, Юн Со устало побрела домой. Под потемневшей оградой у её дома кто-то крутился.
— Сан?
Сразу узнав Сана, она осторожно его окликнула. Сан, который, заложив руки за спину, задумчиво хмыкал над старой оградой, медленно обернулся на голос.
— А, пришли.
— Вам что-то нужно? Тогда звоните по внутренне… ах, там же только домашний номер.
Только сейчас она вспомнила, что так и не записала в медпункте свой личный номер.
Завтра на работе первым делом запишу его на видном месте. Хотя нет, ему же, наверное, неудобно — может, сказать прямо сейчас?
Юн Со, трогая губы, раздумывала, когда Сан вдруг заговорил:
— Да нет, гляжу — у вас ограду тоже подлатать надо. Как про тайфун услышал, так и вспомнил. И ещё должок получить.
— Должок?
— Вы ж днём меня за руку так и не подержали.
— Что?..
Не успела Юн Со сообразить, как Сан протянул руку. Одним движением притянул её за запястье и крепко сжал её маленькую ладонь. По шершавой ладони разлилось горячее тепло.
— Мне ж душевное равновесие нужно, говорю. Тогда и сплю крепко, и живот быстрее заживает, и голова в норму приходит.
— Ах.
От жара, горячее разгара лета, сердце снова гулко забилось.
— Послушайте, это так неожиданно…
— Минутку.
Юн Со растерянно попыталась высвободить руку, но Сан, не давая ей сбежать, сжал её ещё бережнее и крепче. Только когда прошло достаточно времени, чтобы ощутить бьющийся пульс, он, будто добившись своего, без сожаления отпустил.
— С оградой потихоньку разберёмся. Старая, конечно, но, гляжу, сильно возиться не придётся. Трещины цементом замазать — и порядок.
— …
— Ну, до завтра.
В отличие от окаменевшей Юн Со, Сан спокойно улыбнулся и прошёл мимо неё. Юн Со, поглаживая горящую тыльную сторону ладони, долго смотрела ему в спину, пока он широким шагом уходил в темноту.
* * *
Всю ночь ей то и дело вспоминалось вчерашнее, и спала она плохо.
И сегодня опять с ходу попросит подержать его за руку?
Он ведь всегда делает что хочет. От одной мысли её бросило в жар, и Юн Со, обхватив щёки ладонями, встала перед зеркалом.
— Что это такое…
Пристально вглядевшись в своё отражение, Юн Со медленно прикрыла рот ладонью. Под ввалившимися глазами чуть ли не до кончика носа залегли тёмные круги.
В таком виде идти на работу было никак нельзя. Решив хоть что-нибудь нанести, она порылась в косметичке, похлопала кушоном 1 и даже накрасила губы помадой.
1 Кушон — тональное средство в компактной пудренице: губка, пропитанная жидкой основой.
Лицо теперь было вполне ничего, но тут уже затрапезная одежда стала проблемой. Она перерыла шкаф и вытащила задвинутые в самый угол блузку и юбку.
Переодевшись и вертясь перед зеркалом, она вдруг замерла.
— Не перебор?..
Но если мы будем так близко, вдруг от меня пахнет потом, а если вблизи я покажусь слишком измученной — он ещё испугается.
Так что это всего лишь профессиональная добросовестность образцового медика, который не хочет доставлять пациенту неудобств. Вовсе не потому, что у меня что-то на уме.
Безупречно себя оправдав, Юн Со даже брызнула на запястья лёгкими духами. Поправляя перед зеркалом причёску и наводя лоск, она и не заметила, как пролетело время.
И тут запищал будильник, отмечая ровный час. Взглянув на часы, Юн Со только теперь спохватилась, схватила сумку и выскочила из дома.
Еле переводя дух, Юн Со рывком распахнула дверь медпункта.
В отличие от удушливой жары снаружи, внутри благодаря вовсю работавшему кондиционеру стояла приятная прохлада. Юн Со вошла под струю свежего воздуха — перед телевизором собрались старики и самозабвенно смотрели утреннюю дораму.
А среди них совершенно естественно затесался совершенно неестественный здесь мужчина.
— Ого, и что, она так это и терпит?
— Вот и я о том. Такая красавица, а связалась с энтаким — что твоя сморщенная картошка, тьфу.
— И не говорите. Жалко-то как. Мужчина вообще-то должен быть, как я…
— А тебе, Сан, парень, она тоже красивой кажется? Батюшки, не одним, видать, старухам она нравится, а.
Мало того, Сан так увлёкся, что, казалось, вот-вот залезет в экран. И преспокойно открывал рот для картошки, которую чистили и совали ему бабушки по обе стороны.
— Красивое надо называть красивым, а что ж, говорить, что нет?
В тот же миг внутри у Юн Со колюче вскипело.
Ещё вчера держал меня за руку, обретая душевное равновесие. А теперь, позови его эта героиня жить вместе, — так и побежал бы.
Сердиться было вроде бы не на что, но в ней проснулась вредность.
Дверь медпункта, которую Юн Со задвинула резче обычного, громко стукнула.
Сан, неотрывно смотревший в экран с сильно нахмуренным лицом, обернулся на шум. А заметив надутую Юн Со, лучезарно улыбнулся и вскинул руку.
— Так она, значит, тайком от мужа… О, доктор, вы при… шли.
Жизнерадостное приветствие Сана замедлилось, и он глупо разинул рот. Даже рука, взлетевшая в воздух, растерянно замерла.
Что это с ним?
— Ага, Юн Со, явилась? Ты чего сегодня так поздно?
Юн Со недоумённо посмотрела на оцепеневшего Сана, потом отвела взгляд и неловко улыбнулась.
— Ой, простите. Проспала…
— Хорошо хоть Сан, парень, есть. Он с утра пораньше и свет зажёг, и двор весь подмёл, и дверь отпер.
— Как хорошо. Спасибо, Сан.
— Та не… Не за что.
Сан ответил, не глядя на Юн Со. Он почесал шею и резко отвернулся, и бабушка Пхиль Сун потянула его за руку вниз.
— Дак тебе, Сан, парень, какие женщины нравятся? Как та девка в телевизоре — красивые, ласковые, ластятся?
Юн Со тоже стало любопытно, и она украдкой глянула на Сана.
— Конечно…
— Она же даже не знает, кто вы такой!..
Ей показалось, что он, конечно же, скажет, что нравятся, и слова вырвались сами. Сказала — и поняла, что это мелочная ревность.
Да нет, какая там ревность. Ещё чего.
Просто жарко и влажно, вот нервы и шалят. Покраснев, Юн Со уже было шевельнула губами, собираясь оправдаться, как…
— Когда перед глазами ангел, разве людей разглядишь?..
Сан отвернулся и тихо пробормотал это. Поняв, что это сказано ей, Юн Со застыла, а бабушки округлили глаза.
— Ангел? Это кто ж ангел-то?
— Да вон стоит. Ангелочек.
— Батюшки? Сан-то наш, парень, — с милой, что ль? Занятой, выходит?
— Ну…
Сан, собравшийся было ответить, невзначай оглянулся на Юн Со. И встретился взглядом с ней — пунцовой до ушей.
— А к-кстати, я слышал, с сегодняшнего дня к тайфуну готовиться надо! Вот наконец-то и отработаю свой хлеб как следует. Говорите, с чего начинать.
Отведя глаза, он вскочил и выпалил это. От внезапного рывка Юн Со, застывшая с ошарашенным лицом, наконец очнулась.
Ах да. Совсем вылетело из головы.
Юн Со в отчаянии оглядела свою одежду. В такой день — юбка и блузка! Весь день таскать тяжести, глотая пыль, — а она одета совершенно не так.
Всё равно, как вспотеешь, весь старательный макияж поплывёт, — и ради кого, спрашивается, я с самого утра так суетилась?
Вспоминая, как утром, будто заворожённая, наводила красоту, она чувствовала себя полной дурой.
— Ха-а…
Юн Со тяжело-тяжело вздохнула и посмотрела на Сана.
Узнай он про длиннющий список дел — непременно упрётся, что поможет, хоть рана ещё и не зажила, так что скрыть его надо было любой ценой.
— Да ничего особенного. Просто заклеить окна скотчем, обесточить — и всё…
— Сходить на причал за припасами, снять навесы у дома культуры, разнести старикам по домам лекарства, сложить мешки с песком. А, и запереть склад на островке, пока дорогу не отрежет?
Из уст Сана посыпалось всё недельное расписание Юн Со. Она резко обернулась к бабушкам, и одна из них, бабушка Ккыт Дан, потихоньку отвела глаза и неловко улыбнулась.
— Ох ты ж! Я ить собиралась сидеть тихо, как мышь, рот на замке! Да Сан, парень, так пристал, что твоя пиявка, и так улещал — ну как тут не выложишь? Язык у меня, видать, без костей — вот и разболтала.
— Да что ж… ха-а, ничего. Вы всё правильно сделали.
Юн Со провела ладонями по лицу, будто умываясь, и тяжело вздохнула. И то верно: этот хитрюга наверняка вцепился и выпытывал — бабушкам с ним было не совладать.
Сама виновата: потратила время на сборы и опоздала.
— Вы, Сан, свой хлеб и так отрабатываете с лихвой, не беспокойтесь. Я всё это сама могу.
— Да нет, доктор, одна вы надорвётесь. Силу-то на что беречь? Нашему доктору Ко Юн Со помогать.
— Если вы, Сан, хотите мне помочь…
Юн Со поплелась к металлическому шкафу с лекарствами в углу кабинета. Взяла пакетик с лекарством, которое Сану полагалось пить после еды, подошла и прижала пакетик к его груди.
— Как следует отдыхайте. Вот, пора пить лекарство.
