Контент удален!

— Вот если он сейчас успешно завершит проект на Янгидо и сядет на это место — как хорошо всё смотреться будет. А он, сколько я его ни умоляю — мол, последнее желание перед смертью, — и глазом не моргнёт.

Но и притворяться бесконечно нельзя. Пора, похоже, понемногу готовить почву для известия о смерти Чан Тхэ Сана.

Слегка ослабив галстук, он осторожно начал:

— А, кстати, Тхэ Сан…

— Ты что-то знаешь?

Взгляд председателя Чана, утративший было интерес к Хи Чже, снова впился в него. Незаметно переведя дыхание, он сохранил спокойное выражение лица.

— Вообще-то я тоже ему осторожно намекал. Сказал, что пора уже прийти в компанию… и, боюсь, это его так напрягло, что он спрятался ещё глубже.

— Ты, Хи Чже, ему говорил? И даже после такого намёка этот паршивец Тхэ Сан ничего не делает?

— Видно, ещё не готов.

— Ведь раз я скажу — он, бывало, хоть и нехотя, а слушался… Видать, очень уж ему не хочется лезть в управление.

— Он же такой вольный.

— Но это ключевое направление, которое группа продвигает целиком, — вечно откладывать тоже нельзя.

Глядя, как цокает языком председатель Чан, Хи Чже лихорадочно соображал.

Сейчас был подходящий момент. Если взять проект на Янгидо под предлогом того, что он заменяет Чан Тхэ Сана, не будет похоже, что он слишком рвётся к власти.

— Тогда… может, пока Тхэ Сан не передумает, я сам поведу проект?

— Ты, Хи Чже?

На осторожное предложение председатель Чан слегка нахмурился.

— Говорят, островитяне там упёртые до крайности — даже «Тонъён» никак не может собрать согласия на застройку, бьётся впустую. Я хотел поручить это Тхэ Сану, потому что думал: этот паршивец, хоть характером и не гибкий, а пока мотался по стройкам, наверняка набрался и житейской хватки, и смелости. А ты справишься? Работа нелёгкая.

— Об этом не беспокойтесь. Чжун Ён говорил, всё идёт лучше, чем ожидали. Думаю, скоро смогу порадовать вас хорошими новостями.

— Да?

Председатель Чан потёр подбородок и оживился. А потом, внимательно оглядев Хи Чже, согласно кивнул.

— А ведь у тебя, Хи Чже, и амбиции есть, и способностями ты Тхэ Сану не уступаешь.

Опять этот Чан Тхэ Сан, Чан Тхэ Сан! Старик будто и разговора без Чан Тхэ Сана поддержать не может.

Проглотив про себя ругательства, Хи Чже невозмутимо улыбнулся.

— Если доверите — я всё как следует проведу.

— Ладно, пока бери ты.

— Председателю не придётся ни о чём беспокоиться. Больше ничего не скажете?

— Найди этого паршивца Тхэ Сана и притащи ко мне. Носились мы с ним как с писаной торбой, раз старший внук, — вот он и своевольничает. Я на этот раз и правда ноги ему переломаю, а на место посажу.

— Скоро обязательно сообщу вам новости о Тхэ Сане. Ну, я пойду.

Живуч же старик — и на что ему такой век. Выйдя из кабинета председателя, Хи Чже сразу направился на подземную парковку.

Нервно распахнув дверь машины, он мельком глянул в зеркало заднего вида на секретаря, ждавшего за рулём.

— То, что я говорил, готово?

— Да, всё подготовлено без накладок.

Захлопнув дверь, Хи Чже откинул голову на сиденье. Потолок чёрного седана сегодня казался ниже обычного.

— Хорошо. Действуй как договорились. Будут изменения — сразу докладывай.

Фигуры для большой игры в целом расставлены. Нашли даже тело, которое сыграет роль Чан Тхэ Сана, — оставалось решить, когда это обнародовать.

Председатель Чан, конечно, попытается выяснить, кто стоит за этим, но этот тип всё равно мотался по стройкам по всей стране. Несчастный случай мог в любой момент настигнуть его на каком-нибудь безлюдном объекте.

А ДНК-экспертиза изуродованного тела… да что угодно — нет ничего, что не решалось бы деньгами.

Прежде чем довести дело до конца, оставалось проверить лишь одно. Хи Чже вытащил телефон из внутреннего кармана и пролистал недавние вызовы.

Он нажал вызов, гудок прозвучал всего раз — и тут же раздался почтительный голос:

— Да, хён.

— Да, Чжун Ён. Как там дела на Янгидо?

— А, тут такое дело… по-хорошему, похоже, не выйдет, хён. Я сам съезжу и разок проучу…

— Кого ты там проучишь? Сейчас тебе не восьмидесятые, Чжун Ён. Не показывай, какой ты дремучий.

Хи Чже резко поморщился и цокнул языком.

Ни одного толкового человека. А этот ублюдок Ким Чжун Ён и вовсе помешался на бабе и, похоже, толком не работает.

— Решай деньгами. И щёлкни мне хоть одну фотку того ублюдка.

— А? Фотку? Это вы про кого…

— Про того ублюдка, который появился на Янгидо. Пациента.

Время от времени ему вспоминались слова Ким Чжун Ёна в тот день. Не может это быть Чан Тхэ Сан, но мало ли.

Говорок может быть и дешёвой маскировкой, чтоб глаза отвести. Как раз вскоре после того, как он отправил Чан Тхэ Сана на дно, на Янгидо объявился какой-то незнакомец — от этого было как-то не по себе.

— Хотя нет, может, я сам с тобой поеду?

— О, правда поедете? Если вы, хён, приедете — для меня лучше не придумаешь. Тогда, раз тайфун обещают, на этой неделе не выйдет, а где-нибудь на следующей…

— Это сам решай. Свяжись с секретариатом, согласуй.

— Понял, хён. Как только определимся с датой, снова позвоню.

Положив трубку, Хи Чже уставился в окно на тёмную парковку.

Сейчас главное — своими глазами убедиться, что этот ублюдок не Чан Тхэ Сан.

04. Товар с дефектом

— Доктор.

— …

— Доктор Ко Юн Со.

— …

— Ко Юн Со.

В полусне Юн Со приподняла тяжёлые веки. Медленно повернула голову и посмотрела вверх — всё поле зрения заполнило лицо мужчины, смотревшего на неё сверху вниз.

Длинные, остро приподнятые к вискам глаза, прямой нос, аккуратные красные губы.

— Красивый…

Сон к удаче, что ли?

Блаженно улыбнувшись внезапно явившемуся красавцу, Юн Со снова медленно закрыла глаза. И тут…

— Это вы мне сейчас говорите?

Неподъёмные веки вмиг распахнулись. Сознание прояснилось разом, будто окатили холодной водой.

— Ах!

Юн Со испуганно выпрямилась и огляделась. Только тогда до неё дошло, что всё это время она спала, привалившись к Сану.

— А я давно…

— Что, так удобно со мной? Как вместе — так глаза сами и закрываются.

— Э-э…

Юн Со оглянулась на настенные часы в гостиной, и глаза у неё округлились.

Она думала, прошло минут десять от силы, а пролетело целых три часа. Привалившись к чужому плечу, она, ничего не замечая, проспала сладко, как никогда.

Пару раз она была на грани.

Первым испытанием стал просмотр документалок, продолжившийся и после еды. Характерный сухой голос за кадром вкупе со скучными кусками — лучшего снотворного и не придумаешь.

Решающим, вторым испытанием стал скачок сахара в крови. Не устояв перед навалившейся послеобеденной сонливостью, она в конце концов отключилась.

Тихо вздохнув, Юн Со вдруг перевела взгляд на плечо Сана. Глаза у неё в тот же миг расширились. Серая футболка у него на плече густо пропиталась пятном непонятного происхождения.

То есть, как ни посмотри, — её слюной.

— Ой, что же делать. Простите!..

В ужасе Юн Со скомкала рукав своей кофты и принялась усердно оттирать мокрое плечо. Суетливо исправляя оплошность, она глянула на него — выражение лица у Сана было нехорошее.

— Что с вами? Рана? Я во сне задела рану?

— Да не то. Плечо у меня сейчас — прямо онемело всё.

Сан, поморщившись, взялся за плечо. Юн Со, старательно его осматривавшая, тоже перевела взгляд на его руку.

Похоже, оттого что он три часа неподвижно держал её голову, рука совсем затекла и кровь в неё не поступала. Крепкое предплечье было бледным, без кровинки.

— Что же делать, простите… разбудили бы…

— Сладко ж спали. С утра по деревне бегали, почту собирали — устали, поди. Не так уж и затекло.

Вопреки словам, вид у Сана тоже был хуже некуда. Юн Со, не зная, что делать, повела было руками в воздухе, а потом решительно схватила его руку.

— Давайте я разомну!..

— Не надо.

— Нет, мне спокойнее будет, если я разомну.

Тело оказалось ещё твёрже, чем она думала, но, собравшись, она усердно разминала мощную руку, надавливая снова и снова. К счастью, понемногу кожа порозовела.

— Всё, нормально уже. Ручки-то махонькие, а пальцы — ловкие какие.

Сан стряхнул руку и, будто с любопытством, взял руку Юн Со. Привычно переплёл с ней пальцы, поднял их сцепленными и повертел так и этак.

— Вы, доктор, и правда вся маленькая.