— Объясни по порядку, — сказал Джулио, достав из ящика глок; он отсоединил магазин и заглянул в него.
Лоренцо, глядя на окровавленную рубашку Джулио, обливался холодным потом.
— В общем… я и сам толком не знаю. То ли она кого-то убивать ездила, то ли спасать. По её просьбе я приставил Элио к одному типу, а когда поднялся на место, там трое громил были при смерти. А пулю она, похоже, поймала в перестрелке.
— Значит… ты отпустил её одну?
— Так она сказала, что убьёт, если пойду следом, что мне было делать! Джулио, я ни в чём не виноват!
— Не та она женщина, чтобы слушаться. Ну, а те?
— Не знаю. Полицию вызвали, сами разберутся. Ха На, в смысле… One разделалась с ними, не оставив ни следа. Жуткая женщина.
Видимо, вспомнив, как это было, Лоренцо передёрнулся.
Джулио с лицом без тени улыбки впервые за долгое время надел патронташ через грудь и накинул пиджак.
Лоренцо, захлопав большими глазами, загородил ему дорогу.
— Неужели поедешь?
— Где Элио?
— Джулио!
— Веди.
У Лоренцо в голове стало пусто. И женщина, упрямо отказывавшаяся от лечения, и Джулио, собравшийся к тому, кто её до этого довёл, были ненормальными.
Ему было тревожно. Джулио всё больше становился похож на себя прежнего.
Глядя в спину Джулио, тяжело шагавшего по тёмному коридору, Лоренцо проклинал отсутствующего Романо.
Чёрт бы тебя побрал, Романо! Где тебя носит?!
* * *
От Чхве Тхэ Джуна разило лечебным пластырем. Подвернувший лодыжку Тхэ Джун, хромая, включил охранную систему во всём здании.
Это семиэтажное здание в центре Пномпеня делили несколько фирм, в том числе местное турагентство. Снаружи это место выглядело как справочное бюро для корейских медиков, приезжающих волонтёрами.
Местным незачем сюда приходить, а волонтёрским группам, у которых есть инструкции, незачем и звонить.
Из-за обилия прикрытий в офис ходили только кабинетные сотрудники, принимавшие распоряжения из Кореи.
Если Ли Ду И был полевым оперативником, то Тхэ Джун был кабинетным и до сих пор поддерживал тех, кто работал в поле.
Тхэ Джун, даже не включив свет, лёг на диван. Его трясло, и перед глазами снова и снова прокручивались последние кровавые сцены.
Он через силу замотал головой. То, что он причастен к гибели Ли Ду И, — это лишь домыслы Ли Ха На. Доказательств нет нигде, а встань он перед корейским судом — ещё и сам окажется жертвой, которой угрожала Ли Ха На.
Тхэ Джун вскочил и включил компьютер. Он лихорадочно рылся на сайтах авиакомпаний, ища способ улететь хоть сегодня ночью.
Внезапное возвращение командированного сотрудника озадачит начальство, но иначе — смерть.
Чем погибнуть здесь от рук Ли Ха На, лучше вернуться на родину и понести наказание по закону.
И тут вдруг во всём здании вспыхнул свет. Тхэ Джун в испуге посмотрел на выключатель у входа, но там никого не было. А потом свет везде погас, и мониторы всех компьютеров в офисе разом включились.
— Что за…
Тхэ Джун потёр покрывшиеся мурашками руки, будто увидел призрака.
Охрана здесь была на высшем уровне. Пусть здание и обветшало, но на крыше седьмого этажа, который они занимали, была даже вертолётная площадка. К тому же здание дополнительно перестроили так, чтобы выше шестого этажа не мог подняться кто попало. И запасной выход тоже не открывался без биометрии.
Тхэ Джун тихонько достал из ящика пистолет. Вряд ли, конечно, но похоже было, что с охраной здания что-то не так.
Он удалил историю поиска на компьютере и с пистолетом в руке поднялся. А потом медленно попятился и прижался спиной к стене. Окна тоже были пуленепробиваемые: если только не пальнуть из РПГ-7, внутрь не пробиться.
Целясь во вход, он косился в окно. Было за полночь. Снаружи, во тьме, всё было как обычно. И тут Тхэ Джун заметил странно знакомую машину.
Чёрный внедорожник, дорогая модель, какую здесь редко встретишь, — точно такой же, из которого вышел белый, заговоривший с ним, когда он сбежал из квартиры.
Тот, что говорил по-итальянски…
В тот же миг волосы у него встали дыбом.
Не может быть. Нет, конечно. Сигнализация же не сработала…
Тхэ Джун молился, чтобы поскорее рассвело. Впервые он боялся темноты. Прижавшись спиной к стене, Тхэ Джун не ослаблял хватку на пистолете, нацеленном на вход.
Он сглотнул и судорожно перевёл дыхание. И тут откуда-то потянуло табачным дымом. Тхэ Джун чутко принюхался, понял, что это не обычный табак, и стиснул зубы.
Курить здесь дорогую сигару было некому. По крайней мере, никому из коллег, кто мог бы заглянуть в офис.
Из головы не шёл итальянский того мужчины, что спросил, всё ли с ним в порядке. Может, тот мужчина и был Джулио Паренти?
Нет. Про Джулио Паренти говорят, что он дьявол с лицом ангела. На ангела тот не походил, так что это, наверное, какой-нибудь мафиози, помогающий Ха На.
Тхэ Джуну хотелось плакать, руки тряслись. Кто бы мог подумать, что каждая секунда может тянуться так долго.
Едва он с обиженным лицом зажмурился…
Бах!
Прилетевшая неизвестно откуда пуля вошла ему в левое бедро.
— А-а-а!
Тхэ Джун в ужасе закричал от чудовищной боли. Так и не поняв, откуда прилетело, он, обливаясь холодным потом, озирался по сторонам.
Страх смерти подступил вплотную. Тхэ Джун схватился за бедро, из которого текла кровь, и медленно сполз на пол. Слёзы лились ручьём. Слепых зон у камер здесь не было. Значит, противник либо ничего об этом не знает, либо ему совершенно всё равно.
В какой-то момент дверь открылась. Тхэ Джуна поразило, что вошёл один человек. Боссы мафии, которым постоянно грозит смерть, никогда не ходят в одиночку. Но мужчина, входивший сейчас, был один.
Даже сквозь боль Тхэ Джун точно понял, кто в него целится. Голос не шёл. Дрожа всем телом, Тхэ Джун в панике смотрел, как к нему приближается Джулио Паренти.
Почему не сработала сигнализация и как Джулио Паренти попал в здание?
Вблизи Паренти был ровно таким, как о нём говорили. Подавляющая, будто врождённая, аура, от которой подгибаются колени.
— За что ты меня…
Слова не выходили, сминались в невнятную кашу.
Джулио остановился перед ним, глядя на Чхве Тхэ Джуна сверху.
— Ты, я смотрю, без спросу пользовался моим именем.
— Н-не было такого!
— Сделал из меня убийцу?
— Э-это… Нет, не я! Я знаю, кто это. Я скажу, кто это сделал, только не надо…
— Считай это платой за то, что ты меня подставил. А это…
Джулио нажал на спуск.
— А-а-а!
— Это просто так. Потому что у меня мерзкое настроение.
Под жуткий крик вторая пуля прошла навылет через правое бедро Тхэ Джуна. Не выдержав шока, Тхэ Джун потерял сознание.
Видно, он ещё и обмочился: спереди штаны у него начали темнеть от влаги. Джулио презрительно посмотрел на Тхэ Джуна, закатившего глаза и повалившегося на пол, забрал пистолет и развернулся.
Лоренцо, стоявший у входа, подошёл и проверил, как там Тхэ Джун. К счастью, тот был жив.
О проделках Чхве Тхэ Джуна Лоренцо знал лишь то, что услышал по дороге, но и этого хватило: он скрипел зубами оттого, что нельзя убить того, кто торговал именем Джулио.
— Надо было каяться, когда я спрашивал, всё ли у тебя в порядке, синьор.
Все, кто ранил Ли Ха На, были мертвы. Прежде чем приехать сюда, Джулио побывал на месте и всадил по пуле в головы тем, кто был ещё жив.
Это не было ни простым срыванием злости, ни процедурой ради чистоты дела.
Может, это значило, что он не позволит им умереть от руки Ли Ха На…
— Романо сдвинул расписание вперёд. Через два часа дают разрешение на вылет, — сказал Джулио, закуривая у лифта.
Они спустились на первый этаж и сели в ждавшую машину. Мир по-прежнему был тих, и нигде не пахло смертью.
— Джулио… Лучше уж злись. А так ещё страшнее.
Лоренцо раздражённо взъерошил волосы. Джулио, стягивавший кожаные перчатки, лениво приподнял уголки губ.
— После вечеринки сразу возвращаемся домой. Надо отпраздновать день рождения старика Мило. Хотя это будет его последний день рождения.
— Сейчас до ста живут. Старик ещё долго протянет. А Ли Ха На? С ней что будешь делать? Она не как Роуз. Ли Ха На — настоящая кореянка.
Джулио откинул голову на подголовник и открыл окно. А потом выбросил в окно докуренную сигарету. Искры, отскочившие от земли, рассеялись в воздухе.
— Отправлю обратно. В Корею.
* * *
Она вздрогнула и открыла глаза, почувствовав, как кто-то сжимает ей бедро.
В голове был туман. То ли от обезболивающего, то ли от капельницы, которую ей ставили до самого взлёта. Тело было будто не своим.
Бедро сжимал Ю Ын Сон.
— Вы ранены?
Лицо у него было растерянное, будто он ничего не знал. Ха На с явной досадой снова устроилась поудобнее.
— Немного.
— Это не немного.
— Хватит мять. Больно же.
Ха На дёрнула ногой и стряхнула его руку. Но Ю Ын Сон был настойчив. Он с угрожающим видом вскочил и без лишних слов попытался стянуть с неё брюки.
— Ну правда! Ю Ын Сон!
— Что случилось? Что произошло, пока меня не было? Покажите, быстро!
— Да всё нормально, говорю. Джулио меня обработал.
— Паренти?
— Да. Пуля чуть задела, но обработали идеально, скоро заживёт.
Ха На кое-как отговорилась и обернулась к Джулио, сидевшему на диване позади. Он, в окружении Романо и двоих незнакомых мужчин, просматривал документы.
И тут их взгляды вдруг встретились. Она нарочно мило улыбнулась и не отвела глаз. В итоге первым отвёл взгляд Джулио. Отпив глоток скотча, он опустил глаза к бумагам.
Странно. Её никак не отпускало ощущение, что Джулио Паренти её избегает.
— Я только что от Логана Валентайна. Говорят, «Валентайн Дэй» взялся охранять Кан Му Джина. Поэтому он и был в Камбодже.
От слов Ын Сона Ха На поморщилась и повернула голову.
— Это правда?
— Да. Так что, Ли Ха На, Осло будет рядом с Кан Му Джином. На приёме ищите Осло. Азиат рядом с ним. Это и есть Кан Му Джин.