Онлайн чтение книги Хроники тёмного рассвета Record of a Deep Dawn
1 - 22

Бутылки из-под алкоголя, валяющиеся на полу, несколько чёрных полиэтиленовых пакетов, полотенце, небрежно повешенное на вешалку. Всё было точно так же, как перед уходом, за исключением одного: стеклянной банки, которая была на обувной полке.

– Если есть, одолжи одну порцию лапши быстрого приготовления. Завтра верну.

– Эм, извини, можно одолжить зажигалку? Моя кончилась.

– Ты, похоже, не учишься? Кажется, всегда дома…

Внезапно вспомнилось лицо студента из соседней комнаты, который стучал в дверь и постоянно о чём-то заводил разговор. Подозрительно выглядывающий в последнее время у моей двери мужчина, сломанный замок за то короткое время, пока меня не было, исчезнувшая банка. Это была ситуация, в которой невольно заподозришь соседа.

Натянув кроссовки, я выбежал и начал стучать в дверь соседней комнаты. Сердце тревожно билось.

– Эй, откройте дверь. Эй…!

Я несколько раз нажал на звонок, потряс плотно закрытую ручку, но никто не вышел. С возрастающим нетерпением голос становился громче. Область руки у сжатого кулака начала краснеть, но я даже не думал о боли. Нужно было как можно скорее найти деньги.

– Я из соседней комнаты, выйдите на минуту! А?

– Чёрт, что ты делаешь в такое время…

Похоже, внезапный шум потревожил обитателей гошивона, они начали по одному открывать двери и смотреть в мою сторону. Увидев меня, сумасшедше стучащего в дверь, кто-то громко крикнул:

– Эй! Что происходит?

– Вы не видели человека, который здесь живёт? Кажется, полчаса назад ещё был в комнате…

– Тот студент в очках? Не знаю. Что случилось?

– В моей комнате пропала важная вещь… кроме него, некому было взять…

Смятение и растерянность полностью захватили мозг. Я пытался казаться спокойным, но не мог скрыть дрожащий голос. Я несколько раз прикусил невинную губу, затем повернулся, чтобы снова постучать в дверь. Как только я это сделал, человек из соседней комнаты вышел и грубо схватил меня за руку.

– Ты хорошо поискал? Может, ошибся? Тот парень не из таких. Он несколько лет здесь усердно только и делал, что учился.

Как бы ни плоха была моя память, я не мог забыть, что переставил банку. Судя по тому, что не было следов обыска, это был кто-то, кто знал, что на обувной полке стоит стеклянная банка с чеками.

За время проживания здесь, кроме соседа и педагога, никто не переступал порог. Педагог - вряд ли, тогда остаётся только один человек. Если подумать, сосед начал заговаривать со дня после того, как приходил жаловаться на шум воды.

– Эй, выйдите. Давайте поговорим.

Я слабо вырвал схваченную руку и снова постучал в дверь. Голос, в котором смешивалась смесь досады и беспокойства, слабо дрожал. Я в отчаянии потряс дверную ручку, но плотно закрытая дверь не собиралась открываться.

Я, почти плача, ударился головой об дверь.

С каким чувством я копил?… с каким чувством приносил эти деньги, пахнущие спермой…

– А? Что вы все здесь делаете?

Схватившись обеими руками за ручку, я сидел на корточках, умоляя, как вдруг сбоку послышался знакомый голос. Подняв голову, я увидел стоящего мужчину с полиэтиленовым пакетом на запястье, потирающего затылок. Я поспешно встал и подошёл к нему, отчего мужчина, евший мороженое, широко раскрыл глаза.

– Студент, ты случайно не брал что-то из комнаты этого парня?

– Что?

– Нет, он говорит, что пропала важная вещь, и постоянно твердит, что ты её взял.

На слова кого-то в майке с коротким рукавом, произнесённые с раздражением, студент из соседней комнаты прищурил глаза.

– Сейчас вы спрашиваете, не украл ли я? - мужчина переспросил с неприятным выражением лица, но явно притворялся. Как ни думай, кроме него, некому было взять это. Я схватил мужчину за куртку и слабо потряс.

– Отдайте, это моё. Верните то, что украли.

Услышав мои слова, мужчина округлил глаза и оглядел окружающих. Он встретил взгляды всех с выражением полного недоверия, издал глухой смешок и оттолкнул мою руку.

– Что ты сейчас несёшь?

– Стеклянная банка на обувной полке… пока меня не было, вы сломали замок и взяли её. Это вы.

– Ха, вот это да! Как же нелепо. Сам что-то потерял и пытаешься свалить на меня?

– Если вернёте сейчас, то не буду сообщать в полицию и мы забудем об этом. Это важно. Отдайте мне.

Злость и слёзы готовы были вырваться, я стиснул зубы, но голос жалко дрожал. В этот момент я бросил на мужчину гневный взгляд, он недоверчиво фыркнул и подошёл ко мне.

– Ха-ха-ха, сумасшедший ублюдок. Просто свихнуться можно. Эй, я не знаю, что ты там себе выдумал, но у тебя есть доказательства, что это я украл? Я спрашиваю, есть ли у тебя доказательства?!

– …

– Нет. Да и я скоро стану полицейским? Ради какой такой вещи я буду специально взламывать замок? А?

– Чон У, подожди, подожди. Успокойся немного, ладно?

Когда мужчина, глядя на меня, сверкнул глазами, остальные соседи, наблюдавшие неподалёку, решили вмешаться, чтобы успокоить его.

– Что ты потерял? А? Из-за чего ты сеешь здесь этот хаос?

– Из-за стеклянной банки, чуть больше ладони, там были чеки…

Заикаясь, я начал говорить, но не закончил предложение, закусив нижнюю губу. Если сказать, что это стеклянная банка, наполовину заполненная чеками на миллион вон, поверят ли эти люди? Даже мне это кажется нелепым.

Пока я только шевелил губами, мужчина фыркнул и оглядел людей. Они хмурились и искоса поглядывали внутрь моей открытой комнаты. Перед подозрительными взглядами я мгновенно почувствовал себя бессильным. Студент выпятил грудь и повысил голос.

– Только взгляните на это. Ты даже сказать нормально не можешь.

– …

– Эй, из-за жалости к тебе, пока ты сидел в одиночестве в комнате, я несколько раз пытался заговорить с тобой. А ты в знак благодарности видимо решил повесить на меня обвинения? Сколько людей тебе удалось обмануть таким образом? А? Думаешь, я попадусь на подобные уловки?

Он угрожающе приблизился, тыча пальцем в грудь. От его пронзительного взгляда перехватило горло. Привычный страх начал медленно подниматься по ногам. Я едва переводил дыхание, ловя ртом воздух, что колыхался под подбородком.

– Что тут происходит?!

– О, хозяин, хорошо, что вы пришли! У вас нет камер? Камеры видеонаблюдения? Вау, меня сейчас так несправедливо обвиняет, что я даже походу спать сегодня не смогу.

– Который час, а вы тут такой скандал устраиваете?

Похоже, непрекращающаяся перепалка донеслась и до верхнего этажа. В конце концов появился хозяин гошивона, тот самый пожилой мужчина. Соседи, которые до этого наблюдали за происходящим, незаметно закрыли двери и разошлись по своим комнатам. Старик, сверкая глазами, подошёл к нам.

– Послушайте, хозяин, я больше не могу здесь жить. Останусь только до конца этого месяца и съеду.

– Что?

– Я несколько лет готовился здесь к экзаменам, успел привязаться к этому месту, и цена меня устраивала, поэтому я хотел остаться подольше, но так больше продолжаться не может.

От слов кипящего от возмущения студента глаза старика стали острыми. Тот мужчина уставился на меня и, как будто ища сочувствия, открыл рот:

– Я живу здесь шесть лет и повидал всяких людей, но такого встречаю впервые. Ладно, ещё можно смириться с тем, что он каждый день шастает на рассвете и по несколько часов торчит в душе. Но врать, когда потерял вещи, и при этом подставлять невиновного человека - это уже перебор, не находите?

– Я не вру…

– То, что он приводил девушку, я, понимая, что он молодой, пытался не замечать. Но откуда мне знать, что этот человек ещё что-нибудь придумает и снова всё на меня повесит? Разве нет? С таким соседом страшно жить рядом, вы так не считаете?

После этих слов студента острый взгляд старика упёрся в меня. Мне было обидно и тоскливо, но, похоже, старик полностью доверял словам мужчины. Казалось, между мной и ними стояла прочная стена, при этом не было ни малейшей щели, чтобы пробиться.

– Ладно, понял. Чон У, иди к себе. Я сам поговорю с ним.

При этих словах, которые прозвучали как попытка поскорее замять дело, я резко поднял голову, но взгляды обоих были недобрыми. Такой явной враждебности я не чувствовал давно. Всё тело онемело и окаменело.

Старик, словно утешая, похлопал мужчину по плечу и собственноручно открыл ему дверь, чтобы проводить в комнату. Через закрывающуюся дверь наши взгляды со студентом встретились.

– Ты. Что ты потерял?

– Деньги…

– Если это были большие деньги, надо было положить их на счёт. Кто же в здравом уме хранит их в комнате?

От этих упрёков меня охватила апатия. Старик смотрел на меня с таким видом, будто я был жалок. Я приоткрыл рот, чтобы попытаться оправдаться, но подходящих слов не находилось. Ведь старик был не совсем неправ.

Это действительно было глупо. Я выставлял свои раны напоказ, коллекционируя их в маленькой баночке, пережёвывая их снова и снова, пока они не истлевали. Глядя на белую, как саван, стопку бумажных купюр, которая аккуратно росла, я часто испытывал к себе отвращение, а иногда - жалость. Я мечтал использовать эти деньги как залог за жильё, но в то же время презирал их как деньги, заработанные продажей собственного тела. Это было своего рода самоповреждением.

Знал бы, что так получится, хоть потратил бы их в своё удовольствие. На что я надеялся, так упорно их копя? Неужели думал, что, получив комнату и съехав отсюда, моя жизнь станет хоть немного счастливее?

– Это всё моё состояние.

– Ничего не поделаешь. Это твоя собственная ответственность. Ты разве не знал, что в правилах написано: «Администрация не несёт ответственности за кражу ценностей, храните их бережно»? Надо было быть осторожнее.

Старик спешно отгораживался, боясь, что вина ляжет на его плечи. В его решительном и холодном голосе мне вдруг вспомнилось лицо директора приюта.

– Ким Сэ Вон, это всё твоя вина.

– Вот и поговорили. Заодно собирай свои вещи. До конца срока аренды осталось всего несколько дней.

– …

– Есть много желающих переехать в эту комнату, так что я не могу больше закрывать глаза. С тех пор как ты заселился, счета за воду и жалобы уже снятся мне в кошмарах. И, кстати, я только что услышал, что ты кого-то приводил? Я ведь предупреждал, что за этим следует выселение.

– …

– Освободи комнату до конца этой недели. Оставшиеся дни я компенсирую деньгами, так что имей в виду.

Старик сказал это тоном, не терпящим возражений, развернулся и ушёл. Я стоял, глядя ему вслед. Меня оглушил пронзительный звон в ушах.

Я постоял немного в пустом коридоре, затем медленно вернулся в свою комнату. Запер дверь, сел на кровать и уткнулся лицом в ладони.

Сердце глухо стучало, отдаваясь в ушах. Холодные ладони постепенно нагрелись от горячего лица.

В темноте перед глазами то появлялись, то исчезали странные узоры. Слёз не было.

Я опустил руки, подобрал валявшуюся под ногами пачку сигарет, достал одну и закурил. Едкий дым разлился по венам, проник во всё тело, и мысли в голове улеглись, как гладь спокойной воды.

И вдруг, совершенно внезапно, мне пришла в голову мысль: наверное, уже можно и умереть. Как только я подумал об этом, звон в ушах стих, словно по волшебству.