Онлайн чтение книги
Хроники тёмного рассвета
Record of a Deep Dawn
1 - 27
Когда я вышел из автобуса, передо мной предстало огромное стеклянное здание. Спешащие мимо люди и яркие украшения торговых центров заставили меня невольно съёжиться. Немного поблуждав внутри здания, я наконец зашёл в лифт. Сжимая в руке конверт с документами, о котором говорил председатель, я не отрывал взгляда от панели с этажами. Вскоре двери снова открылись.
Интерьер, выполненный преимущественно в светлых тонах с использованием натурального дерева, напоминал дом, где останавился Со Чжон. Людей оказалось больше, чем я ожидал, и это смутило меня. Я стоял в нерешительности, сжимая в руке телефон, который разрядился по дороге, а проходящие мимо люди бросали на меня быстрые
Видимо, моё нерешительное топтание на месте показалось подозрительным. Сотрудница, сидевшая за стойкой информации, подошла ко мне первой.
– Я к председателю Со Джи Хёку…
Женщина с недоумением оглядела меня с головы до ног. В её взгляде читалось: «Почему кто-то в мешковатой толстовке и старых кроссовках ищет нашего председатель?»
Я сжался и плотнее запахнул свою бейсбольную куртку. Надо было не ехать, а позвонить. Почему именно сейчас сел телефон?
Сотрудница, всё ещё с подозрением глядя на меня, взяла телефон и спросила. Я молча кивнул, и она, чуть нахмурившись, нажала на кнопки.
Я стоял посреди вестибюля, неловко переминаясь с ноги на ногу, опустив глаза и теребя пальцы. Хотелось поскорее передать документы и вернуться в тихий дом. Мне было неуютно от невольных взглядов проходящих мимо людей, и напряжённая атмосфера офиса казалась мне чуждой.
Женщина за стойкой быстро положила трубку и встала. Проследив за её взглядом, я обернулся и увидел того самого мужчину, который когда-то вручил мне свою визитку.
Как только я заметил его тёмно-серый костюм в клетку и туго затянутый галстук, у меня перехватило дыхание. Глядя на таких солидных людей, я всякий раз вспоминал исполнительного директора Хана.
От приблизившегося мужчины исходил знакомый запах парфюма, который я чувствовал уже несколько раз. Наверное, это только казалось, но этот тягучий и мягкий аромат словно сдавил меня со всех сторон. В груди поднялась тошнота, стало тесно, и я невольно сжал пальцы и протянул конверт с документами.
Та часть, которую я держал, помялась и покрылась складками. Мужчина на мгновение задержал на этом взгляд, но затем, как ни в чём не бывало, принял конверт.
Я сделал шаг назад, словно только этого и ждал, но он тут же устремил взгляд на моё лицо. Я прикусил губу и опустил глаза.
– Раз уж пришли, давайте вместе пообедаем.
Мягкий, но твёрдый голос заставил слова замереть на языке. Мне совсем не хотелось сидеть с этим мужчиной за одним столом, но я был не в том положении, чтобы отказать. Как ребёнок, получающий выговор, я прикусил нижнюю губу и слабо сжал край одежды.
– Я выйду ненадолго, так что можете уйти на обед пораньше.
Передав конверт с документами сотруднику, он взглянул на часы и развернулся. И тут же зашёл в только что прибывший лифт. Уже стоя внутри, он посмотрел на меня, всё ещё стоявшего столбом, и ослабил узел галстука. Я слегка потянул за шнурок капюшона, а затем медленно подошёл и встал рядом с ним.
– Из-за послеобеденного совещания далеко уехать не смогу. Тут неподалёку есть приличный суши-ресторан. Пойдёмте туда.
В моей голове лихорадочно завертелись мысли: о чём же он хочет поговорить? Это можно было бы обсудить и по телефону или в сообщении. Если он решил пригласить меня на обед, значит, разговор не из приятных.
Может, он за ночь решил, что я бесполезен? Что, если сейчас он скажет, чтобы я убирался?
Если председатель скажет, что он наймёт кого-то другого, мне останется только взять свой чемодан и уйти на улицу. Просить о помощи педагога Ким я больше не мог. Единственными вариантами оставались либо вернуться в приют, либо первому связаться с исполнительным директором Ханом.
В любом случае, все варианты были ужасными и безысходными. Сердце тревожно билось. Настолько сильно, что даже руки начинали дрожать.
Работник суши-ресторана в белом колпаке проводил нас к столику в глубине зала, но я чувствовал себя так, будто меня вели на эшафот. Только когда мы сели за столик с видом на окно, его взгляд наконец остановился на мне.
– Блюда я закажу на свой вкус. Есть то, чего вы не едите? Аллергий?
Пока он делал заказ официанту, у меня пересохло во рту. Я украдкой поглядывал на выражение лица председателя Со Джи Хёка, но, как всегда, его бесстрастное лицо не давало ни малейшего намёка на то, что у него на уме. Я теребил салфетку, стоящую передо мной, затем взял стакан и сделал глоток.
Сколько там осталось на счету? Если бы я знал, что так будет, даже не стал бы распаковывать вещи…
После того как официант ушёл, за столом повисла тишина. Мужчина молча постукивал указательным пальцем по столу. Кажется, он делал так же, когда разговаривал с Со Чжоном в прошлый раз. Это привычка, которая проявляется, когда он не в духе?
Кончики его длинных, ровных пальцев издавали стук в равномерном ритме. Лёгкий гул голосов со стороны плавал вокруг, словно пыль. Я посмотрел на его идеально ухоженные, без единой заусеницы ногти, затем тихо заговорил:
– Простите… я не знаю, в чём дело, но мне жаль…
Было неважно, в чём именно я провинился. Если собеседник казался недовольным, лучше было извиниться не откладывая - этому я научился на собственном опыте. В односторонних отношениях пытаться сохранять лицо или тянуть время, гадая, что не так, значит только разжигать гнев, который обрушится на тебя. Я, к счастью, знал способ сделать так, чтобы было хоть немного менее больно.
– Если вы скажете, что именно я сделал не так, я впредь буду осторожнее.
Пальцы мужчины резко остановились. Тут же раздался низкий, сухой голос.
– То, что я не сказал вам, до скольких работает писатель… это потому что я случайно уснул, сам того не заметив…
– …Не могли бы вы в этот раз меня простить?
Голос у меня был жалким. Боясь, что он разозлится, я опустил взгляд и изо всех сил сжал салфетку, которую держал в руках. Он не выглядел как человек, который станет кричать в таком месте… но по лицу ведь не скажешь.
Мужчина молчал. Он хранил молчание до тех пор, пока официант не поставил на стол маленькие тарелочки, не закрыл дверь и не ушёл.
Затянувшаяся тишина словно сдавила горло, медленно затягивая петлю. Когда мои вспотевшие от напряжения пальцы совсем смяли салфетку, я украдкой поднял взгляд на его лицо.
– Трудно было поймать твой взгляд*.
*Если что Со Джи Хёк намеренно перешёл на более нейтральную речь.
От неожиданного ответа я замер, широко распахнув глаза. Я даже не успел отвести взгляд, так и уставившись на него, а он, криво усмехнувшись, взял палочки.
Выражение его лица, когда он ковырялся в салате в маленькой синей миске, было странным. Он походил то ли на взрослого, погружённого в глубокие размышления, то ли на ребёнка, который впервые держит в руках новую игрушку.
Я разжал кулак под столом и, неуклюже подражая ему, начал орудовать палочками. Тут же его взгляд упал на моё лицо. Делая вид, что не замечаю, я запихнул в рот хрустящий зелёный овощ.
– Сколько ни думаю, не припоминаю, чтобы я тебя пугал или говорил резко.
– А у тебя такое лицо, будто ты до смерти напуган.
От надкушенного салата по языку разлился горьковатый привкус. Я рефлекторно сглотнул скопившуюся слюну и поднял голову.
– Неужели я действительно выгляжу настолько холодным?
Судя по тому, как он, приподняв уголок губ, беззвучно усмехнулся, это была шутка. Он с минуту смотрел на меня, потом выдохнул и снова коротко хохотнул. Рука, снова взявшая палочки, мягко разбила напряжённую атмосферу. Мне было трудно уследить за его манерой речи, перескакивающей с фамильярного тона на почтительный.
– Ким Со Чжон с самого утра звонил и устроил настоящий переполох. Ругался, откуда я достал такого человека, похожего на тень.
– Кажется, я выразился не совсем удачно. Я не имел в виду, что вы должны сидеть на корточках перед его дверью и караулить, пока не погаснет свет.
– Уж тем более я не просил докладывать о каждом его шаге.
Стоило мне заметить его тонкие губы, приподнятые уголки рта и чуть сощуренные, смеющиеся глаза - моё лицо вспыхнуло краской. Перед глазами словно воочию возник тот разговор, который они вели обо мне.
Я поспешно опустил голову, избегая его взгляда, и схватил палочки.
Наугад подцепил один из лежащих передо мной суши и засунул в рот. Как только рисинки коснулись языка, они мягко растаяли, а жирный вкус рыбы разбудил аппетит. Пока я, низко опустив голову, жевал, с противоположной стороны донёсся короткий смешок. Он обжёг мои пылающие щёки.
Когда официант снова принёс маленькую тарелку с несколькими суши, а я начал теребить ворот водолазки, сидящий напротив мужчина заговорил. Как раз в тот момент, когда горло начало першить, видимо, от съеденной креветки, я бессознательно хмурился.
– Похоже на то, как ребёнок пишет наблюдения в дневнике за хомячком в качестве задания на каникулах.
Хотя эти слова прозвучали посреди тихой трапезы совершенно неожиданно, я невольно вспомнил вчерашние сообщения. Отправляя их, я и сам чувствовал, что они вышли неловкими, но навязчивая потребность доказать свою полезность взяла верх.
К счастью, он не сказал, что я не нужен и чтобы я убирался, но почему-то было стыдно. Решив поскорее уйти, я молча расправился с тем, что лежало передо мной. Мужчина смотрел на меня и неторопливо вертел в руках чашку.
После этого председатель больше не заговаривал, а я быстро орудовал палочками. Вкус был несравним с тем дешёвым суши-буфетом, куда мы в школе ходили, собирая карманные деньги с ребятами из приюта. Возможно, потому что я давно не ел как следует, где-то в области солнечного сплетения поднялась едва уловимая тошнота, но я, сдерживаясь, проглотил то, что было во рту.
Мужчина, похоже, и не собирался есть. Тарелка с несколькими кусочками суши выглядела почти так же, как когда её только принесли. Мой взгляд то и дело падал на аккуратные квадратики яичного рулета на его тарелке. Хотя я съел свою порцию, во рту всё равно стоял мягкий, сладковатый вкус, напоминающий кастеллу*.
*Кастелла – исключительно нежный и воздушный бисквит. В отличие от классического бисквита кастелла получается мелкопористой и влажной.
Заметил ли он мои украдчивые взгляды, но мужчина, который всё это время сидел, не притронувшись к палочкам, переложил кастеллу в мою тарелку. Я молча наклонил голову в знак благодарности и отправил кусочек в рот. Нежная сладость приятно разлилась по языку, и моё тревожное, напряжённое сердце немного успокоилось.
От внезапного голоса я резво поднял голову. Между гладкими бровями мужчины пролегла складка.
– Я думал, ты просто легко краснеешь из-за светлой кожи, но у тебя случайно нет аллергии?
Он, слегка нахмурившись, смотрел на мою шею. Я поднёс руку к открытой коже и кончиками пальцев ощутил бугорки, напоминающие сыпь.
Ещё в прошлом, стоило мне съесть креветку, тело начинало чесаться, а горло - опухать. Я старался избегать блюд с креветками, но те, что лежали передо мной, выглядели так аппетитно, что я не удержался. Это была моя ошибка.
Чтобы скрыть неприглядный вид, я схватился за ворот водолазки и натянул её до самого подбородка. Проводя рукой по губам, чтобы проверить, не перекинулась ли сыпь на лицо, я встретился взглядом со всё ещё хмурым мужчиной. Зуд расползался всё глубже, уже внутри горла.
Мужчина взглянул на часы и нахмурился. Помедлив мгновение, он произнёс:
Тошнота, которая мучила меня с самого начала, тоже, видимо, была из-за аллергии. Дышать стало тяжеловато, в груди немного сдавило, но если я быстро вернусь домой, всё пройдёт.
В приюте, когда такое случалось, меня просто рвало всем съеденным, и я терпел, забившись под одеяло. Это было обычным делом, и не стоило отнимать время у занятого человека.
Когда я осознал, что на теле образовалась сыпь, жжение на лице и шее начало усиливаться. Когда это началось? Может, мужчина не ел потому, что его воротило от моего вида?
– Я пойду. Извините, что доставил беспокойство.
Мысль, что, похоже, это из-за меня, разнеслась в голове мгновенно, словно огонь по сухому лесу. Я накинул бейсбольную куртку, которую снял и положил рядом, и поспешно встал из-за стола. Его красивое лицо, которое на мгновение показалось мне мягким, снова застыло непроницаемой маской.
Аккуратно зачёсанные назад волосы, лишённый тепла взгляд, плотно сжатые губы - всё это снова напомнило мне пейзаж одного зимнего дня. Мужчина, словно его что-то раздражало, шевельнул губами, а затем до конца затянул ослабленный было галстук.
– Я всё думал, что мне кажется странным. А у вас, Ким Сэ Вон, действительно много поводов для извинений.
Он сидел неподвижно, уставившись в угол стола. Я тихо поклонился ему и быстро зашагал к выходу. Натянул водолазку до самого подбородка и накинул капюшон толстовки. Сладкий привкус исчез бесследно, и во рту снова осталась только тот горький салат, что я ел вначале.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления