Онлайн чтение книги
Хроники тёмного рассвета
Record of a Deep Dawn
2 - 30
Место, куда меня привёз председатель, оказалось банком. На центральных диванах сидели люди, каждый с каким-нибудь документом в руках. Судя по тому, как они смотрели на табло с номерами окон, все, похоже, ждали своей очереди.
Я думал, что он высадит меня у здания и поедет в офис, но он припарковался и, шагая впереди, вошёл внутрь. Он уверенно прошёл мимо аппарата для выдачи талончиков и направился вглубь.
Местом его назначения оказалось тихое, роскошное пространство с табличкой «VIP- лаунж». Желтоватое освещение и изысканный интерьер создавали атмосферу, разительно отличавшуюся от той, что была снаружи.
Я оглядывался по сторонам, как вдруг встретился взглядом с мужчиной средних лет, который с кем-то разговаривал за столиком. Узнав лицо председателя, стоящего передо мной, его глаза удивлённо расширились.
Он быстро закончил разговор и подошёл к нам, с преувеличенным радушием заговорив:
– О, господин Со! Какими судьбами вы у нас? Даже не предупредили.
– Да вот, заглянул по одному делу.
– Нужно было позвонить, я бы сам встретил. Не стойте здесь, поднимитесь в кабинет управляющего.
– Всё в порядке. Мне скоро нужно уйти.
– Тогда пройдёмте внутрь, там поговорим. Сегодня в этом зале многовато народу.
Мужчина, поставив на столик напитки, с почтением протянул мне визитку. На дорогой бумаге рядом с логотипом банка было написано «Управляющий филиалом».
Он с радостью засыпал словами вроде «инвестиции», «поздравления» и «авторские права», но председатель отвечал лишь формально. Похоже, моё впечатление, что он с самого выхода из дома был не в духе, не было ошибкой.
– Итак, по какому делу вы сегодня…?
– А, хочу оформить этому парню дебетовую карту.
– И приставьте к нему какого-нибудь молодого сотрудника, чтобы объяснил, как управлять счётом через приложение на смартфоне, и всё в целом. Чтобы было понятно.
Голос, когда он сказал «чтобы было понятно», почему-то показался мне мягким. Я поднял голову и мельком взглянул на его лицо, но оно по-прежнему было бесстрастным. Управляющий, поначалу смутившись от неожиданной просьбы, быстро взял себя в руки и любезно улыбнулся мне.
– А, как раз недавно у нас прошёл соответствующий тренинг. Я прослежу, чтобы всё объяснили доходчиво.
– Дайте подумать… Думаю, минут тридцать.
Я молча слушал их разговор, затем опустил глаза, избегая доброжелательного взгляда управляющего. Внезапный поворот событий смутил меня. Я вертел в руках сберкнижку и поднял взгляд на председателя, но он с безучастным видом лишь посмотрел на свои наручные часы.
– Вы услышали, да? Я пока займусь другими делами, так что, когда закончите, подходите к машине.
– Спрашивайте, если что-то будет непонятно.
Когда мужчина поднялся с места, управляющий, сидевший напротив, тоже быстро встал. Мужчина один раз взглянул на меня и, не оглядываясь, развернулся в сторону выхода.
– Насчёт того инвестиционного проекта, о котором мы говорили в прошлый раз, давайте встретимся ещё раз и обсудим.
– Да-да. Назовите удобное для вас время, я свяжусь с вами и заеду.
Приглушённые голоса и звук шагов управляющего быстро удалились.
Вопреки моим опасениям, банковские дела, которыми я занимался впервые в жизни, оказались не такими сложными, как я думал. Сотрудник, представившийся начальником отдела, любезно объяснил мне всё - от разницы между дебетовой и кредитной картой до того, как пользоваться приложением. А когда я выходил, он вручил мне визитку и, сказав, что это подарок, протянул небольшой пакет.
Я просунул палец и заглянул внутрь роскошной упаковки - там оказалось несколько штук, похожих на пирожные из бобовой пасты. Я не особо любил сладкое, но улыбка сама появилась на лице. Я с усилием сжал расплывающиеся уголки губ и медленно направился к машине.
Председатель сидел на водительском сиденье, скрестив руки на груди и закрыв глаза.
Перед моими глазами вдруг возник офис его компании, где множество людей усердно работали. Если подумать, человек, который стоит во главе целой фирмы, вряд ли может быть настолько свободен. Кажется, он спит… Можно ли его будить?
Я немного помедлил, затем тихонько постучал в окно водительской двери. Медленно открыв глаза, он, словно его ослепил проникающий внутрь солнечный свет, слегка поморщился. Его чёрные зрачки, поймав свет, стали тёмно-карими. Заметив меня, он прищурился и опустил стекло.
– Что вы стоите? Почему не садитесь?
– Председатель, вы, наверное, устали и заняты… Спасибо вам большое. До дома я доберусь сам.
– Не говорите ерунды, садитесь.
Низким, хрипловатым голосом он поднёс руку к глазам и надавил на веки. Я украдкой взглянул на него, закусил нижнюю губу и, обойдя машину спереди, быстро сел на пассажирское сиденье. Всё-таки он, видимо, устал… Что же делать?
Как только я пристегнулся, я, косясь на мужчину, положил на колени пакет с пирожными. На самом деле, подарок в банке предназначался, скорее всего, для председателя, так что было бы правильно передать ему, но мне хотелось открыть коробку дома и попробовать кусочек.
Я украдкой взглянул на его лицо, но он, казалось, совершенно не интересовался тем, что я получил. Я поспешно положил сверху листок с подробными объяснениями от сотрудника и тонкую папку.
Каждый раз, когда машина останавливалась на светофоре, председатель постукивал указательным пальцем по рулю. Другой свободной рукой он постоянно поглаживал уголок рта. Казалось, он о чём-то сосредоточенно думал.
Разговор прервался ещё в начале поездки, после замечания о ремне безопасности. Я хотел поблагодарить его, но он выглядел ещё более подавленным, чем когда мы выходили из дома.
– Если хотите что-то сказать, говорите, а не коситесь на меня всё время.
От неожиданности, когда директор вдруг заговорил, я дёрнулся так, что это было заметно. Собираясь с мыслями, я посмотрел на карту в своей руке. В углу чёрными буквами было выгравировано моё имя. Я медленно провёл пальцем по этой надписи и открыл рот.
– На самом деле, когда я учился в школе, мне было завидно, что другие ребята пользуются картами, и я однажды поискал про это в интернете…
Пальцы мужчины, которые легонько постукивали по рулю, замерли. Я едва слышно продолжил:
– Сколько ни читал, я всё равно не мог толком понять, о чём там говорится. Наверное, потому что это были слишком базовые вещи, и внятных объяснений там не было.
– Другие картами родителей пользуются, и вообще, кажется, все всё знают… Но мне казалось, что я единственный, кто вообще в этом ничего не понимал. Спрашивать у кого-то другого было немного неловко.
На карте был изображён розовый персонаж в форме персика, с блестящими, как капельки воды, глазами и ртом, сложенным в форме сердечка, он широко улыбался. Вспомнив лицо У Джу, который улыбался так же невинно, я попытался улыбнуться, но улыбка тут же вышла кривой и неестественной. Я перестал пытаться улыбаться, опустил голову и тихо пробормотал:
Мужчина ничего не ответил. В машине было так тихо, что, казалось, можно было услышать, как перекатываются глазные яблоки. Я забеспокоился, не обиделся ли он из-за того, что я неуклюже спрятал пирожные, и украдкой взглянул на него, и встретился взглядом с его глазами, которые смотрели на меня. На его лице появилось едва заметное выражение, после чего он снова посмотрел прямо перед собой.
– В следующий раз, если чего-то не будете знать, спрашивайте. И больше не делайте странных вещей в одиночку.
– Я впервые встречаю такого ребёнка, как вы, так что я совершенно не могу вас понять.
Он это из-за того, что я вместо ужина съел лапшу?… Для меня это привычное дело, так что ничего страшного.
С соседнего сиденья донеслось бормотание, похожее на разговор с самим собой: «Все современное дети такие, что ли?». Вместо ответа я опустил глаза и молча уставился на вещи, лежавшие у меня на коленях. Это были пустяки, но его низкий, гулкий голос почему-то было приятно слушать. В атмосфере, которая стала немного легче, я украдкой взглянул на него и открыл рот.
– Вы… с писателем Со Чжоном, похоже, очень близки.
Он один раз взглянул в мою сторону, а затем снова повернул голову вперёд. После этого он поднёс пальцы к подбородку и уставился перед собой. После короткой паузы его красиво очерченные губы раскрылись.
– Можно ли нас вообще назвать близкими?
– Мы знаем друг друга давно. Я знаю его с такого же возраста, сколько сейчас Ким Сэ Вону.
Голос мужчины, который молча смотрел сквозь лобовое стекло, казалось, почему-то понизился. Я поднял голову и взглянул на его профиль, но его привычное бесстрастное выражение лица ничем не отличалось от обычного.
– Я сделал что-то не так перед писателем Со Чжоном.
– Он сам говорит, что я не виноват, но… кто знает.
– Думаю, если бы я с самого начала не предложил этого, всё не зашло бы так далеко.
Я ждал, что он продолжит, но он больше не раскрывал рта. Я тоже замолчал и только теребил ленточку на пакете, зажатом в руке.
Он совсем не выглядел как человек, который мог бы перед кем-то провиниться…
Мужчина, который долго молча ехал, потянулся к заднему сиденью, когда мы приближались к дому. От неожиданно протянутой руки я испугался и сам не заметил, как прижался к окну.
Он с удивлением посмотрел на меня, а затем протянул мне прозрачный пакет, в котором что-то лежало.
Внутри прозрачного пакета оказался небольшой горшочек коричневого цвета. Крошечные, меньше ногтя, круглые листочки росли парами, напоминая листья акации. Я не мог скрыть своего замешательства и просто смотрел на мужчину, а он тем временем опустил горшок мне на колени.
Я поспешно отодвинул в сторону пакет с пирожными и принял горшок, который протянул он.
Я переводил взгляд то на горшок, то на профиль мужчины, а затем потянулся пальцем к маленькому листочку. Я легонько коснулся круглого листка, расположенного в определённом порядке, и листок, словно сжавшись, сложился пополам.
От неожиданности я быстро отдёрнул руку. Сидевший рядом председатель слегка наклонил голову и посмотрел на меня. Он на мгновение задержал взгляд на моей руке, сжатой в кулак в воздухе, и, дёрнув уголком губ, тихо усмехнулся.
– Т-только что листок пошевелился…
– Это мимоза*. Растение, которое двигается, когда до него дотрагиваешься.
*Речь идёт о мимозе стыдливой.
– В начале лета цветёт фиолетовыми цветами, так что постарайтесь за ней хорошо ухаживать. Только на этот раз не разбейте горшок.
Я вспомнил, что всякий раз, когда мужчина видел меня, он заговаривал о цветочном горшке. Похоже, тот горшок, который я случайно уронил из окна гошивона, произвёл на него сильное впечатление. Может, он любитель растений?… Но ведь тогда в горшке были лишь сухие мёртвые ветки.
Было удивительно, что растение, едва к нему прикоснувшись, сжимало стебли и съёживалось, но мне показалось, что и растение может получать стресс. То, как оно складывало все листья целиком, казалось какой-то защитной реакцией, поэтому я постарался как можно осторожнее поддерживать горшок снизу.
Раз он внезапно подарил мне горшок и велел выращивать его, это, должно быть, как-то связано с работой писателя. Я пришёл сюда как работник, но толком ничего не делал, и так уже чувствовал себя неловко, но раз появилось дело…
– Он будет хорошо расти, если поставить его на обеденном столе? Поливать-то его надо, но в студию писателя не поставишь…
Солнечный свет лучше попадает у окна в гостиной, но боюсь, что тогда писатель не сможет его видеть. Я спросил из беспокойства, так как никогда раньше не выращивал подобные растения, но председатель лишь поднял одну бровь и посмотрел прямо перед собой. Я быстро прокрутил в голове свои действия: не сделал ли я ошибку, но ничего такого не припоминал.
Я крепко сжал горшок и покосился на него, а он слегка нахмурился.
– На днях у тебя был день рождения.
Я растерянно ответил на внезапно брошенную фразу. Мужчина молча потёр переносицу. Я никак не мог привыкнуть к повисшей следом тишине, опустил голову и только нервно оглядывался. Вдруг меня кое-что осенило, и я резко поднял голову.
Я встретился взглядом с председателем, который молча на меня смотрел. На мгновение меня охватило чувство, которое трудно было описать словами, казалось, оно переполняет всё тело. Неожиданно вспотели ладони, сердце начало тревожно биться. Почувствовав жжение в горле, я поспешно опустил голову.
– А, извините, нет, спа-спасибо…
– Я никогда не получал подарков на день рождения так… то есть я никогда не получал подарков для себя… в одичночку…
Я бормотал что-то несвязное, теребя шею и уши, а мой взгляд не мог ни на чём остановиться и метался по сторонам.
От осознания того, что маленький горшок оказался подарком на день рождения, меня переполняла радость, и в то же время в груди поднялось волнение.
– Но сегодня вы и в банк меня свозили, и помогли оформить дебетовую карту… Я ведь ничего не могу вам дать взамен, а вы ещё и подарок дарите…
Мужчина усмехнулся, глядя на моё замешательство, и пробормотал:
– Можно подумать, я тебе ключи от квартиры вручил.
Голос был спокойным, но мои щёки вспыхнули. Я опустил голову, поджал губы и крепко прикусил их.
– То, что я свозил тебя сегодня в банк, - это вместо государственного образования, которое не учит даже элементарным финансовым знаниям.
– Защита таких детей, как ты, - это то, что должно делать общество. А ещё долг взрослого, как я его понимаю.
Мужчина безучастно произнёс это, постукивая пальцами по рулю. Я посмотрел на горшок с мимозой, которая свернула листья и съёжилась, и невнятно ответил:
Мужчина, издав смешок, похожий на свист ветра, поднёс палец к своим губам. Затем, улыбнувшись уголками губ, он молча повернул руль. В атмосфере, ставшей более расслабленной, чем раньше, моё тревожно колотившееся сердце немного успокоилось. Я сам не заметил, как расслабил напряжённое тело, и опустил взгляд на колени.
– Тот сотрудник банка, который меня консультировал, дал мне вот это…
Я хотел открыть их дома, но нужно было хоть так выразить свою благодарность. Одной рукой я крепко сжимал подаренный горшок, а другой теребил пакет с пирожными, который спрятал под файлом.
Мужчина, лишь слегка приподняв уголки губ, коротко рассмеялся и вздохнул.
Я подумал, что они слишком сладкие, чтобы есть самому, но не стал произносить это вслух.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления