1 - 76
В детстве он никак не мог понять, почему отец его не любит, что бы он ни делал.
Я буду послушным. Не буду шуметь, плакать и капризничать. Буду мало есть, не просить ни сладостей, ни игрушек, ни твоих объятий. Я смогу сам о себе позаботиться и вырасти хорошим.
Я лишь хочу, чтобы ты меня не ненавидел.
Чтобы, когда я зову тебя «папой», ты отвечал.
Но этого не случалось никогда.
В ответ его всегда ждали лишь побои и ругань. Отец называл его ублюдком, рождённым потаскухой, звал его ходячей бедой и разорением, а когда он только родился, и вовсе хотел убить.
Лишь повзрослев, Цэнь Фэн из пьяных проклятий отца и пересудов соседей смог примерно сложить историю своего появления на свет.
Он был ребёнком бездельника-хулигана и приезжей девицы из парикмахерской. Та женщина, его мать, которую он никогда не видел, забеременев, кажется, и вправду собиралась выйти замуж за отца и остепениться.
Отец, привыкший жить нахлебником, впервые задумался о нормальной жизни и занял крупную сумму на свадьбу. Но в день, когда Цэнь Фэн родился, мать бросила его в больнице и той же ночью сбежала из городка.
Перед уходом она забрала все деньги, отложенные на свадьбу, не оставив ни гроша.
Когда мужчина, всю ночь напролёт игравший в карты и даже не знавший о рождении сына, вернулся домой, там уже ничего не было.
Лишь плачущий младенец.
В тот миг он и вправду решил задушить ребёнка. Он и себя-то прокормить не мог, а женщина сбежала с деньгами, которые он занял. Этот ребёнок был для него лишь ненавистной обузой.
Но воплотить замысел в жизнь ему помешала медсестра.
Она вызвала полицию. Отца забрали в участок, где строго-настрого предупредили: если ребёнок умрёт, его осудят за умышленное убийство. Соседи, участковый и комитет жильцов следили, чтобы он не бросил и не покалечил младенца, и ему пришлось смириться с этой обузой.
Когда Цэнь Фэн начал мыслить, он часто думал: почему в тот день, в том тёмном коридоре, отец не мог действовать быстрее, не мог спрятаться получше и задушить его до того, как медсестра вызвала полицию?
Зачем ему позволили жить?
Как было бы хорошо умереть тогда.
Он ведь ещё даже не успел открыть глаза и увидеть этот мир. Умри он в тот миг, у него не осталось бы ни сожалений, ни печали.
Ему всегда казалось, что он пришёл в этот мир лишь для того, чтобы страдать.
Сперва он наивно надеялся на отцовскую любовь, потом — лишь бы не били, потому что было слишком больно. А потом он думал, что достаточно просто жить.
Но в итоге не вышло даже этого.
Никто не знал, как сильно он тянулся к свету.
Всё закончилось тем летом. Он уходил с улыбкой.
Закрывая глаза, он молил небеса: если есть следующая жизнь, пусть я стану камнем или ветром. Кем угодно, лишь бы не человеком.
Но, открыв глаза, он снова оказался собой — собой десятилетней давности. Абсурд, вызывающий смех.
Он всегда считал, что небеса издеваются над ним. Он спрятал всю свою мягкость, свою светлую сторону, и безмолвно сопротивлялся насмешкам судьбы, выставив ледяные шипы.
Даже встретив тёплый свет, он не смел поверить, что тот может принадлежать ему. Он не хотел снова испытать горечь разбитых надежд.
Но этот свет… он горел, горел и горел. Когда бы он ни обернулся, свет был на месте.
Он и сам не заметил, как в его очерствевшем сердце появилась трещина.
Когда-то он прочёл, что всё в этом мире стремится к свету. Где зажжётся один огонёк, туда устремятся и все остальные. Одна девушка зажгла свет в его сердце, и вслед за ней в его жизнь хлынуло и другое тепло этого мира.
Машина тихо ехала по ночным улицам.
Цэнь Фэн посмотрел на покрасневшие глаза Ин Сюйцзэ и расстроенное лицо Цзин Сянбая, а затем с улыбкой хлопнул обоих по плечу.
— Всё в прошлом, я уже не думаю об этом.
Парни не умели утешать.
Цзин Сянбай в ответ тоже по-дружески стукнул его по плечу:
— Бро, держись.
— Фэн-гэ, — всхлипнув, сказал Ин Сюйцзэ, — мне нечего тебе дать, но если ты не против, отныне я буду твоим отцом…
Цэнь Фэн тут же схватил его и принялся колотить.
Подавленная атмосфера в машине мигом улетучилась, сменившись шумом и смехом. Ин Сюйцзэ с воплями молил о пощаде:
— Фэн-гэ, я был неправ, правда неправ! Ты мой отец, ты мой отец!
Он не умел утешать, но, видя, что Цэнь Фэн с улыбкой его лупит, почувствовал, как на душе стало легче.
Было уже почти двенадцать, когда машина доставила их в лагерь. Попрощавшись со съёмочной группой, троица направилась к общежитию.
Проходя мимо тренировочного корпуса, они увидели, что во многих залах всё ещё горит свет.
— Чжоу Минъюй, этот слабак, наверняка ещё тренируется, — сказал Ин Сюйцзэ. — Может, заглянем?
Троица свернула к тренировочному корпусу. Войдя в зал, они увидели не только Чжоу Минъюя — почти все стажёры были там. Рассевшись на полу, они весело болтали и отдыхали. Увидев вернувшихся, все пришли в восторг.
— Фэн-гэ, вы закончили съёмки? Ну же, рассказывайте! К кому в гости ездили?!
— Мы все ставим на учителя Цзиньцзиня! Это он, да? Да?!
— Ого, от вас пахнет барбекю!!!
— Чёрт, у тебя собачий нюх, что ли?
…
После трёхдневных сборов оставшихся пятьдесят стажёров ждала очередная запись. На этот раз сольных выступлений не было. Пятьдесят человек снова разделили на десять групп по пять в каждой, которые сразятся в поединках два на два.
Число участников в группах сократилось, а значит, у каждого будет больше экранного времени и шансов запомниться зрителям. Кроме того, трое стажёров, набравших больше всего голосов на этом выступлении, получат эксклюзивный сольный сингл, созданный совместно с наставниками и съёмочной группой.
Это означало, что у них появится собственная песня ещё до официального дебюта. А кто был в съёмочной группе? Чэньсин. А кто наставники? Автор и исполнитель Ши Линь, топ-айдол Нин Сыле, вокалист с «железными лёгкими» Яо Шэн и лучший рэпер Чу Синьян.
Только представьте, насколько мощным будет продвижение и релиз песни, написанной такими людьми для тройки лучших стажёров и выпущенной Чэньсин.
Правила на этот раз были таковы: десять стажёров, занявших верхние строчки рейтинга, становились лидерами своих групп. Остальные сорок должны были выбрать, к кому присоединиться. Если в какой-то группе оказывалось больше пяти человек, лидеру предстояло сделать обратный выбор.
Ин Сюйцзэ тут же трагически взвыл:
— А-а-а, почему?! Почему я, заняв второе место, даже не могу попасть в одну группу с тем, кем восхищаюсь?! И зачем мне это второе место?!
Фу Синъянь бросил на него презрительный взгляд:
— Не нужно — отдай мне.
В этот раз все из комнаты 302, кроме Чжоу Минъюя, вошли в первую десятку, что несказанно его обрадовало. Вместе с Ин Сюйцзэ у него теперь было целых четыре варианта!
Кого ни выбери — не прогадаешь!
Но когда подошла его очередь, все трое, кроме Цэнь Фэна, хором закричали:
— Чжоу Минъюй, не подходи! Не выбирай меня, иди к ним!
Чжоу Минъюй: «?»
Ну и обидели простака! А простак к вам и не пойдёт! Он сердито встал за спину Цэнь Фэна и, ухватившись за край его одежды, скорчил остальным троим рожицу.
Однако попасть в одну группу с небожителем хотел не только он.
Особенно стажёры с последних мест рейтинга. В глубине души они понимали, что это выступление может стать для них последним на «Юном Айдоле».
А раз это последний шанс, то, конечно, нужно прикоснуться к сиянию небожителя и создать вместе с ним божественное выступление! Чтобы уйти без сожалений.
В итоге за спиной Цэнь Фэна выстроилась очередь из дюжины человек.
За Ши Жанем и Хэ Сынянем, занимавшими девятое и десятое места, тоже собралось ровно по четыре человека, а вот у стажёров со второго по шестое места за спиной было пусто.
Выступать с Цэнь Фэном — это совсем другое. Когда ты на одной сцене с небожителем, голоса и прочая мирская суета уже не имеют значения.
А вот остальные лидеры рейтинга были слишком популярны, и на их фоне было трудно выделиться. Выбрав кого-то из замыкающих десятку, можно было получить шанс блеснуть.
Настала очередь Цэнь Фэна делать обратный выбор. Чжоу Минъюй, боясь, что его не выберут, поспешно выпалил:
— Фэн-гэ, если ты меня не возьмёшь, тебе придётся сначала выучить танец моей группы, чтобы потом научить меня. Сколько времени зря потратишь!
Цэнь Фэн: «…»
В итоге, оставив Чжоу Минъюя, он выбрал ещё троих парней, чей стиль ему подходил, и сформировал команду.
Дальше их ждали репетиции.
Пока стажёры готовились к третьему выступлению, в эфир по расписанию вышел шестой выпуск «Юного Айдола». В нём показали сольные номера. Фэнчжэны, которым посчастливилось быть на съёмках, уже растрезвонили в сети, каким потрясающим было выступление их айдола. Ещё до выхода выпуска в топ вышел хештег #НевероятноеСолоЦэньФэна#.
С началом трансляции этот тег взлетел в тренды. После выхода основного контента были опубликованы и фанкамы всех десяти сольных выступлений. Официальный аккаунт «Юного Айдола» отдельно выложил фанкам Цэнь Фэна, который Фэнчжэны моментально вывели в топ.
Меньше чем за полчаса шестой выпуск взорвал интернет, а #НевероятноеСолоЦэньФэна# возглавил список горячих запросов.
Юноша поразил всю страну.
Даже профессиональные музыкальные критики, обычно с пренебрежением относящиеся к музыке айдолов, наперебой высказывались о «The Fight», утверждая, что эта песня непременно сломает предрассудки о поп-идолах и станет знаковой для индустрии.
За одну ночь общее число голосов за Цэнь Фэна выросло в разы, более чем вдвое превысив результат Ин Сюйцзэ, занимавшего второе место.
Его свет, наконец, увидел весь мир.
И пока все пользователи сети обсуждали ошеломительный талант Цэнь Фэна, его фанаты, Фэнчжэны, которые раньше больше всего беспокоились о его навыках, достигли дзена.
Ха, вы, простолюдины! Что вы понимаете в таланте? Он есть, никуда не денется. А вот наряды для сольного выступления — разве они не заслуживают пристального изучения?!
Вы только посмотрите на эту почти прозрачную белую рубашку, на этот кокетливо выглядывающий краешек, на этот воротник, расстёгнутый на две пуговицы, на этот роскошный пиджак с бахромой, на эти чёрные брюки, обтягивающие длиннющие ноги!
А этот макияж глаз! Этот оттенок губ! Эта причёска, открывающая лоб!
Что за бог этот стилист, как ему удалось так идеально подчеркнуть внешность айдола?!
Где надо — открыл, где надо — прикрыл, а где нужно лишь намекнуть — не показал ни миллиметра лишнего. Сексуально и в то же время сдержанно. О мой бог, этот стилист что, залез в головы фанатов и украл наши мысли?
Кто стилист сольного выступления?! Выйди и прими нашу хвалу!!!
Сюй Чжайсин, невозмутимо репостнувшая запись в общий поток: «Выйди и прими нашу хвалу!»
Заодно она заглянула в супер-тему, чтобы собрать идеи Фэнчжэнов для следующих образов.
Комбинезон и большие очки в чёрной оправе, а на голове две торчащие пряди? О-о-о, это же смертельно мило! От одной мысли материнские чувства зашкаливают! Можно попробовать!
Чёрный костюм с галстуком-бабочкой. Образцовый негодяй в безупречном костюме. Тоже отлично!
Толстовка с капюшоном, спортивные штаны, кроссовки с небрежно завязанными шнурками. Стиль университетского красавчика-старшекурсника. А-а-а, это же образ первой любви!
Длинный шёлковый халат, полуразвязанный пояс, V-образный вырез на груди. Ленивый и сексуальный. Ах, вы ещё изобретательнее меня, дизайнера! Так, мозг, остановись, а то у меня опять кровь носом пойдёт!
Хе-хе-хе, посмотрим, что там дальше… Хм? Нечего надеть???
Это нельзя!!! Вычёркиваем!