Контент удален!

Едва рассвело, как Чон Бэ начал прихорашиваться.

Он надел привезённый из Сеула отутюженный костюм, гладко зачесал волосы воском. Не забыл нацепить на запястье и дорогие часы.

Только что вышедший из душа Хёк подошёл к нему со спины и заглянул в несессер, который Чон Бэ привёз специально для него. Зрелище было так себе.

— И что это… за тряпки?

— Твоя одежда.

Хёк начал вытаскивать вещи одну за другой.

Рубашки ещё куда ни шло. Но футболки, испещрённые геометрическими узорами, надевать было решительно невозможно.

Покачав головой, Хёк выбрал самую неприметную — белую футболку с V-образным вырезом.

Увидев это, Чон Бэ удивлённо обернулся.

— Док Го!

Чёрные джинсы и белая футболка.

Чон Бэ с довольным видом медленно захлопал в ладоши.

— Ну просто картинка. Картинка!

Чон Бэ купил эту футболку из новой коллекции, но на нём она сидела как мешок, поэтому он её не носил. А вот Хёку вещь подошла идеально.

Чон Бэ запел, словно декламировал стихи:

— Одежда люксовая, фигура люксовая. Мой друг Док Го Хёк — настоящий счастливчик!

А потом вдруг посмотрел на Хёка так, будто его осенила гениальная мысль.

— А ты, собственно… куда собрался?

— А.

— Куда?

— Контейнеры из-под обеда вернуть.

— О! Я так и знал!

Чон Бэ посмотрел на него с таким видом, будто раскрыл великую тайну.

— Я же говорил! Сразу понял, что между тобой и госпожой Хэ Дрим что-то есть. Ещё вчера заметил — смотритесь вместе идеально. Просто идеально!

Красивый парень и симпатичная девушка.

— Я от всего сердца болею за твою любовь.

Чон Бэ нёс этот бред не первый день. Стоило на горизонте появиться более-менее симпатичной девушке, он тут же сватал её Хёку.

Согласно предсказаниям Чхон Мён, сам Чон Бэ не мог ни с кем встречаться из-за подавляющей энергетики друга. Мол, стоит энергии Хёка найти выход, как и энергия Чон Бэ расправит крылья и взлетит.

— В этот раз у меня хорошее предчувствие, — бормоча это себе под нос, Чон Бэ радостно напевал.

Видимо, предвкушение встречи с прославленным шаманом Ёнвандо поднимало ему настроение с самого утра.

Поэтому он и не заметил, что привычных язвительных комментариев Хёка в ответ на его болтовню сегодня не последовало. И того факта, что Хёк впервые в жизни сам взял его воск и уложил волосы, Чон Бэ тоже не уловил.

Пшик, пшик.

— Я пошёл.

— Возвращайся поскорее! Я тебе во всех красках расскажу, как мне погадают!

Провожая Хёка, Чон Бэ крикнул ему в спину напутствие. И только когда за другом закрылась дверь, он кое-что понял.

Он шумно втянул воздух носом.

— А я сегодня душился?

Комнату заполнял густой, но ненавязчивый аромат мужского парфюма.

* * *

С пустыми контейнерами в руках Хёк направился к дому Бо Дам.

Серые тучи плыли по небу, словно сопровождая его в пути.

Гул мотора.

По склону спускалась машина.

Агентство «Хэ Дрим».

Фургон Бо Дам.

Хёк поднял руку с контейнерами.

Дорога здесь не делилась на проезжую часть и тротуар. Хёк встал прямо посередине, всем своим видом показывая, что проехать мимо не получится.

Как он и ожидал, фургон остановился.

Широким шагом подойдя к машине, Хёк постучал в стекло водительской двери.

Тук-тук.

Стекло опустилось. Бо Дам, глядя строго прямо перед собой, протянула руку.

— Давайте.

Её тон ясно говорил: «И зачем было тащиться сюда?». Но Хёк, проигнорировав жест, спросил:

— Хорошо спали?

— …

— Куда это вы с утра пораньше? Дорогу уже открыли?

Хёк вытянул шею, заглядывая в сторону моста.

— Если не отдаёте — оставьте на земле. Их всё равно никто не возьмёт.

Бо Дам нажала кнопку стеклоподъёмника. Хёк поспешно придержал стекло рукой.

— Отдаю, отдаю. Вот.

Контейнеры перекочевали в кабину. Хёк крепко вцепился в край стекла, не давая ему подняться, и спросил:

— Агентство «Хэ Дрим». Вы правда его закрываете?

— А вам-то что?

— Подумал, вдруг из-за меня.

— С чего бы это?

Только сейчас Бо Дам перевела взгляд на Хёка. И невольно замерла.

Он выглядел как обычно, но в то же время как-то иначе. Волосы были зачёсаны назад, полностью открывая высокий лоб.

— …С какой стати мне закрывать бизнес из-за вас, Док Го Хёк?

Губы слушались её с трудом, но она всё-таки выдавила:

— Много чести.

Услышав это, Хёк заметно расслабился.

— Рад это слышать.

На самом деле её ответ был не так уж важен.

Даже если она не бросила работу, сам факт её реакции говорил о том, что она нервничает.

Раз работу она не бросила, то отказываться от щедрых заказов Чон Бэ причин не было. А значит, дело всё-таки в нём, в Док Го Хёке.

— Что делаете вечером?

Убедившись в своих догадках, Хёк решил действовать в своём стиле — идти напролом.

— Если свободны, давайте поужинаем вместе.

Бо Дам посмотрела на него как на сумасшедшего. Хёк вёл себя так, будто напрочь забыл всё, что она наговорила ему вчера. Пришлось напомнить:

— Я же сказала вам: выключите свой интерес.

— Если бы интерес можно было просто взять и выключить, разве ж это был бы интерес?

Что бы там ни говорили другие, Хёк чувствовал именно так.

Его никогда никто так не интриговал, и он никогда не бегал за девушкой после отказа.

Не зная всего этого, Бо Дам ответила колкостью:

— Я просила не принимать меня за лёгкую добычу, помните?

— Я и не думаю, что вы лёгкая добыча. Я думаю, что вы милая.

Опешившая Бо Дам замялась, подбирая слова. Хёк воспользовался паузой:

— Для меня вы милая. И потому мне интересна.

— Ха…

Выдавив горький смешок, Бо Дам брезгливо стряхнула руку Хёка со стекла, словно назойливое насекомое, и нажала на кнопку. Стекло поползло вверх.

С ним бесполезно разговаривать. И вообще, с ним лучше не связываться.

Бо Дам резко ударила по газам. Как только машина тронулась, Хёк крикнул ей вслед:

— Погода портится! Будьте осторожны!

В зеркале заднего вида отражался Хёк, энергично машущий ей рукой.

Точно сумасшедший.

Это было так абсурдно, что даже не смешно.

Но, вопреки её мыслям, уголки губ предательски поползли вверх.

* * *

В глубоко вырытую яму опустили деревянный столб сотэ.

Рабочие действовали слаженно и чётко.

Можно смело сказать, что именно они несколько лет назад обновили все сотэ на Ёнвандо. И немалая заслуга в этом принадлежала Гон Хо.

— Я сам всё выровняю, вы только закрепите покрепче.

— Сделаем.

Яму засыпали землёй и плотно утрамбовали. Не забыли и про распорки, чтобы столб не шатался.

Гон Хо лично контролировал каждый этап установки.

Именно шаман когда-то представил простого банковского служащего местным жителям, позволив ему выполнить план по вкладам.

В знак благодарности Гон Хо заменил все старые сотэ на острове на новые. Это было своего рода материальное подношение.

Процесс установки всегда проходил одинаково.

Рабочие вкапывали и закрепляли заранее подготовленные столбы, а Гон Хо проводил финальную проверку.

Хотя «проверкой» это назвать было сложно. Он просто направлял головы драконов так, чтобы они «смотрели» на деревню. В этом и заключалась его работа. Ну и, конечно, он всё это оплачивал.

— Деньги за работу переведу сегодня в течение дня.

— Отлично. Благодарим за заказ.

Рабочие почтительно поклонились Гон Хо. Он ответил им таким же поклоном.

Провожая взглядом отъезжающий грузовик, Гон Хо достал телефон. И нажал кнопку быстрого набора. На том конце сразу же раздался голос шамана:

[Слушаю вас.]

— Сотэ установили.

[Вы всегда так стараетесь. Заходите на чашку чая.]

Гон Хо медленно потёр затылок, изображая сожаление.

— Ох, я бы с радостью, но мне срочно нужно вернуться в банк.

[Тогда увидимся на материке.]

Шаман тяжело вздохнул и добавил напутствие:

[Погода портится. Поезжайте осторожно, пока не начался шторм.]

— Спасибо вам.

Закончив короткий разговор, Гон Хо посмотрел на установленный сотэ.

Это всегда выглядело внушительно. Вблизи — сурово и величественно, а издали казалось, будто дракон действительно взмывает в небеса.

— Прошу, оберегайте это место.

Почтительно поклонившись высокому столбу, Гон Хо развернулся.

Его взгляд сфокусировался на человеке.

Под нависшими грозовыми тучами стоял Док Го Хёк.

— Снова видимся?

Поздоровавшись, Хёк скептически окинул взглядом сотэ.

— И зачем перед пансионатом такая штуковина?

— Это не перед пансионатом, это для всего острова. Сотэ стоят тут везде. Какие-то проблемы?

— Проблем нет. Просто как-то не вяжется: современный пансионат и деревянный идол. Выглядит так, будто он тут лишний.

— Ну, вас, как человека, который скоро уедет, это волновать не должно.

В воздухе повисло напряжение.

Для открытой конфронтации они общались слишком вежливо, а для взаимной враждебности не было явных причин.

По крайней мере, так казалось Гон Хо.

Хёку же было всё равно. Ему просто стало любопытно.

— А банковские служащие теперь и такими делами занимаются?

— Вы же городской житель. У вас там все заняты только собой, до чужих дел никому нет дела, верно?

Он чётко обозначал границы: мои дела — это мои дела. Ты здесь чужой, а я — свой.

— Здесь принято помогать друг другу. Если я помогу, то и мне помогут в ответ.

— Надо же. А по лицу и не скажешь, что вы такой человечный.

Тонкие губы, опущенные уголки глаз. Физиогномика так себе.

Заметив недовольное лицо Гон Хо, Хёк пояснил:

— А, я просто немного увлекаюсь чтением по лицам. Хобби такое.

— Звучит так, будто с моим лицом что-то не так.

— Трактуйте как вам угодно.

Ни да, ни нет. И это бесило Гон Хо ещё сильнее.

— Говорят, поверхностные знания до добра не доводят.

— Это проклятие?

— Трактуйте как вам угодно, пользуясь вашими же словами.

— Значит, проклятие.

Услышав такой вывод, Гон Хо с усилием подавил кривую ухмылку.

В подобных ситуациях проигрывает тот, кто первым выходит из себя. Хёк сам назвал его слова проклятием — значит, он и проиграл. Гон Хо с превосходством улыбнулся и добавил:

— Я тоже просто слышал это где-то, так что не берите в голову.

— О, не беспокойтесь.

Хёк усмехнулся.

— Я вообще не привык слушать то, что мне говорят другие.

Бросив это, Хёк прошёл мимо него.

Гон Хо крепко сжал кулаки.

Тем, кто вышел из себя, оказался не Док Го Хёк, а Пак Гон Хо.

Грозовые тучи, гонимые ветром, стремительно затягивали небо.