— Я думала, вы не пойдёте туда, раз магазинчик показался подозрительным.
— Вечно ходить без глотка воды я не смогу. Надо хотя бы попробовать.
Холодильник не работал, поэтому напитки были чуть тёплыми. Но бутылки воды и газировка на первый взгляд казались обычными. Снеки и хлеб тоже.
Помимо еды, в магазинчике продавались мелочи вроде зажигалок, скотча и газет. Похоже, их брали редко: товары покрывал толстый слой пыли.
«Цены нужно узнавать у продавца?»
Для начала я взял бутылку воды и булочку с шоколадной начинкой, а затем постучал ими по стеклу за решёткой. Интересно, что хозяин магазинчика потребует взамен.
— …
С грохотом отворилось окно. Из темноты на меня молча уставился ярко-красный глаз. Где-то под сердцем медленно закипал страх: казалось, что вот-вот нечто из этой тьмы схватит меня и утащит внутрь.
— Я хотел бы купить вот это.
Картой ведь не расплатишься. Чего он потребует?
— ■■■■■■■■■■■■■■■■■?
Прозвучало что-то непонятное, даже на язык не похожее. Я обернулся к Мён Хэбин. Та растерянно убрала волосы за ухо.
— Простите, не могли бы вы повторить?
— ■■■■■■■■■■■■■■■■■?
— А? Да?..
Что же он такое сказал, что она так отреагировала?
— Что он говорит?
— Э… Что-то вроде «ксвогаш… ежл… етапук…» Не понимаю. Правда, я не притворяюсь!
Мён Хэбин с трудом выговорила несколько неразборчивых слогов, затем жалобно взглянула на меня, насупив брови.
— Не получается разобрать?
— Да! Какой-то инопланетный язык…
Я ненадолго встретился взглядом с алым глазом, а потом выложил товары на прилавок перед решёткой.
— Ладно. Тогда не буду покупать.
— Простите. Я бы хотела помочь с переводом, но чем дольше слушаю, тем меньше понимаю…
— Ты тут ни при чём. Всё нормально. Пойдём.
Раз магазинчик открыл окно, значит, ему от нас что-то нужно. И он вот так с нами разговаривает?
Ладно. Жаждущий сам роет колодец.
Отойдя немного от магазинчика, я ещё раз взглянул на контейнер и остановился.
— Хэбин, погоди.
Я расстегнул комбинезон и вытащил из-за поясницы маленькую бутылочку изотоника. Она едва держалась там.
— А? Старший! Неужели вы…
— Что? Я похож на человека, который не способен нарушить закон?
— Да!
— Ты меня ещё плохо знаешь.
Да, я её украл.
Сердце колотилось как бешеное. Не заметил ли хозяин? А может, заметил, но просто не стал вмешиваться? Хотелось верить, что дело было во втором.
Я повернул крышку. Раздался хруст, и знакомая тугость подсказала: бутылка открывалась впервые.
«Пока всё хорошо».
Я поднёс её ко рту и наклонил. В рот потекла мутная, чуть тёплая жидкость. Она казалась грязью, отдающей застоявшейся водой.
— Чёрт. Опять не вышло.
Последняя надежда разбилась вдребезги. Вот почему он не попытался меня остановить. Наверное, понял, что от украденного товара всё равно не будет толку.
Я поколебался, не выплюнуть ли всё, но в конце концов заставил себя проглотить вязкую, влажную грязь. Оставалось надеяться, что мой окрепший желудок хоть немного её переварит.
— Зачем вы это проглотили?!
— Прости. Сам не заметил.
Я пропустил упрёк Мён Хэбин мимо ушей и вытер рот. Лучше мне не стало.
Если бы украденный товар можно было употреблять, всё было бы слишком просто.
— Давай вернёмся в магазинчик. Послушаем ещё раз, что он там говорит…
Я осёкся. Мой взгляд застыл на том, что постепенно приближалось.
Перед нами неторопливо пробежали двое в спортивной одежде.
— …Это ведь аномалия?
— Ага, бегуны-аномалии. Я же говорила. Одна из классических парковых легенд.
— А, точно.
После всех здешних странностей я решил, что мне мерещится, когда увидел бегущих людей. Я провёл по лицу ещё не до конца промокшим рукавом.
— Ладно. Сначала вернёмся в магазинчик.
Я уже собрался повернуть назад, когда до ушей донёсся удаляющийся голос:
— Это ведь только что были люди?
— Вот видишь. Я же говорил, что просто сделаю ещё один круг.
— Да-да, ты во всём прав…
Мы с Мён Хэбин одновременно переглянулись.
— Они же правда люди!
— И правда люди!
Сейчас было не до магазинчика. В городскую легенду попали обычные люди!
— Эй, вы впереди!
Я напряг голос и крикнул, но эти двое шли так быстро, словно у них оставалось полно сил. Они скрылись за густой растительностью и не вернулись.
— Хэбин, быстрее. Надо их догнать.
Мы находились перед магазинчиком. Стоило пройти немного дальше и появится развилка между Западными воротами и другим проходом.
Для обычных людей, которые ничего не знали об аномалиях, беда могла случиться в любом случае. Беда!
Адреналин заставил мои тяжёлые ноги двигаться быстрее. Но когда мы с трудом добрались до развилки, там уже никого не было.
— Да любой бы задумался! Тут внезапно появилась развилка, которой раньше не было, а они просто прошли мимо?
— Ненавижу обычных людей. Правда. Просто ненавижу!
Нам всё равно следовало идти к другому проходу.
Мы собирались хотя бы сами как следует отметить аномалии в ящике голосов горожан, но скворечника, который должен был там стоять, нигде не оказалось. Вместо этого мы снова вернулись…
[Другой проход парка Чходам]
— Ну вот. Мы уже были здесь. Кажется, всё стало ещё страннее.
— Вот видишь? Я же говорил, что тут что-то не так! Чёрт!
— Не ругайся на улице. Я первая сказала, что что-то не так!
[Уровень воды в нашем пруду сейчас]
[Пересохший] … [Маловодный] … [Средний уровень] … [Высокий] … [Полноводный] … [Идеальный]
Перед картой, залепленной объявлениями, ругались двое. Они даже не замечали, что мы стоим рядом.
Уровень воды поднялся не только в пруду. У меня тоже подскочило давление.
Я столько сил потратил, чтобы не дать воде подняться… Чёрт, аж затылок ломит.
— С-старший, не волнуйтесь. Вдохните медленно… и выдохните.
— Я не настолько зол.
— Нет, вы очень злитесь.
Пока Мён Хэбин пыталась заставить меня дышать ровно, один из этих двоих, парень с повязкой на голове, наконец подошёл к нам. Ну и тормозы.
— Простите, вы тоже здесь застряли? Я У Минхён, а это Пак Хёнхо.
Он стянул с лица балаклаву. Перед нами оказалось самое обычное лицо мужчины лет двадцати-тридцати, какое можно встретить где угодно.
«Как поступить?»
«Это городская легенда, здесь есть правила, и теперь вы тоже должны им следовать. Не знаю, почему. Просто делайте, что говорят». Вот так им всё и объяснить?
И как они отреагируют?
«А, понятно. Мы не знали. Будем соблюдать правила!» — скажут они?
Нет. Уже хорошо, если не решат, что мы несем чушь, и не начнут делать что попало.
У меня заныла голова.
У-у-ум…
Будто уловив, что происходит, телефон подал сигнал: открыто новое достижение.
[Уведомление]
! Разлучить двух гражданских. (Не выполнено)
«Вот же ублюдок».
И ты туда же?
Прочитав новое задание, я проглотил ругательство, уже готовое сорваться с языка.
«Значит, предлагаешь бросить их и уйти».
Но пока эти двое оставались здесь, неважно, обычные они люди или нет: если они ошибутся, последствия заденут и нас. Об этом говорили исчезнувший ящик голосов горожан и пруд.
Уровень воды в пруду поднялся ещё на одну отметку. Мусорных рыб стало так много, что они, словно стая, бродили под поверхностью, оставляя чёрные тени. Их было видно даже отсюда, хотя мы находились далеко от воды. А деревья в парке разрослись, будто напитались влагой из пруда. Ветви и листья свисали всё гуще.
Что, если эти двое, ничего не зная, продолжат бродить по городской легенде, а уровень воды, до максимума которому оставалось всего две отметки, поднимется до конца?
Зачем приложение вообще показало мне это задание?
Неужели я обрадуюсь: «Как удачно!» — и брошу их?
— Простите!
Кажется, мужчине, представившемуся У Минхёном, стало невыносимо от нашей неестественной тишины. Я молчал и смотрел в телефон, поэтому он окликнул меня.
— Старший, старший? Вас зовут.
— Уши у меня на месте.
— Хе-хе. Просто показалось, будто вы не услышали.
Не заметил? Не хотел замечать? Или заметил, но делал вид, что нет? Как бы то ни было, решение я уже принял.
— Нет. Я просто собирался с мыслями.
Я посмотрел на мужчину, который недовольно косился на меня.
— В общем…
У меня было два варианта.
▷ Сделать вид, что мы случайно встретились.
▷ Сказать, что мы из организации «Покорись судьбе».
Вспомним, как меня завербовали. Когда Хэбин без стеснения предложила мне работу, я был при смерти. Значит, возможно, об организации можно рассказывать посторонним.
Но было кое-что важнее всего остального.
«Я не знаю, как выбраться из этой городской легенды».
Если притвориться, что я всё знаю, будет проще заставить их следовать указаниям. Но стоит им понять, что мои знания поверхностны, и даже то шаткое доверие, которое у них появилось, рухнет.
Ладно.
— Мы тоже здесь застряли.
Притворюсь таким же потерявшимся.
Мён Хэбин удивлённо посмотрела на меня, но, увидев, что я спокойно жду реакции мужчин, тут же подыграла:
— Да. Мы… э-э… работаем в клининговой компании неподалёку. Ненадолго вышли, а потом всё это случилось.
— И сколько вы уже…
— Десять…
— Чуть меньше десяти кругов.
Я перебил Мён Хэбин, которая уже собралась ответить честно.
Им незачем было знать, сколько мы прошли. От такой новости легко запаниковать.
— Ничего себе, так много? А почему? Здесь ведь и правда что-то странное, да?
— Мы тоже так решили и кое-что узнали о правилах.
Хорошо. Они внимательно слушали, пока я притворялся обычным потерявшимся человеком.
Я спокойно поделился сведениями: нужно отыскать аномалии и выйти через Восточные или Западные ворота. Сами аномалии не причиняли нам смертельного вреда.
Но мужчина в ветровке скрестил руки на груди и недовольно посмотрел на меня сверху вниз.
— То есть эта ваша штука, которая показывает уровень воды, что делает, когда он поднимается?
— Вряд ли случится что-то хорошее, разве нет?
— Подумаешь, застряли в парке. Чего вы так переживаете? Это скрытая камера, что ли? Вы тоже актёры? Где камеры? Не знаю, как вы это устроили, но…
«Ох… Похоже, с ним будет хлопотно».
Да. Было слишком наивно рассчитывать, что люди, внезапно оказавшиеся в таком месте, сразу всему поверят.
— А если просто выйти на дорогу? Похоже, мы ходим кругами только внутри парка. Можно же просто уйти.
— Точно! Так и сделаем!
Интересно, если ударить человека в городской легенде, он подаст на меня в суд?
Я даже не знаю, Корея ли это. Может, просто врезать им и дело с концом?
— Эх…
— А что? Просто скажите им выйти отсюда.
Мён Хэбин, в которой, похоже, совсем не осталось любви к человечеству, лишь выпятила губы.
— Ну и ладно. Выходите. Проваливайте отсюда к чёрту.
С этими словами я швырнул наружу бутылку изотоника, полную грязи.
Хрясь!
Ударившись о границу, бутылка разлетелась, будто попала в невидимый измельчитель. Грязь брызнула во все стороны, а саму ёмкость словно перемололо и унесло прочь.
Такое нельзя было изобразить ни трюком, ни скрытой камерой.
— А? Погодите… Чёрт, что?..
Пак Хёнхо, который до этого держался скептически, растерялся. Но я не отступил.
— Ну же. Выходите.
— Давайте, сюда. Вот сюда, идите!
Я буду только рад, если они уйдут. Очень рад! Достижение сразу откроется, а недовольная Мён Хэбин уже даже засучила рукава, собираясь выпроводить их.
Увидев что-то вроде безумного блеска в моих глазах, мужчины забегали глазами.
— Да ну… Не выйдем. Не выйдем, понятно?
— А… Я вам верю. Простите.
Похоже, они как следует испугались. Вот бы сразу так. В этот момент что-то упёрлось в пятку У Минхёна, который попятился.
— Кря.
Раздался странный приглушённый, влажный звук, словно в горле застрял ржавый кусок железа.
— Кря-кря.
Я перевёл взгляд с У Минхёна, который до смерти перепугал Пак Хёнхо, и увидел приближавшуюся к нам утку. Она переваливалась с боку на бок. Её глаза, словно стеклянные шарики, сверкали неестественным блеском.
— …Утка?
Она скорее походила не на живое существо, а на кусок слепленных нечистот.
Под перьями, будто изрезанными ножницами, виднелась красная, воспалённая плоть. На концах ног, словно собранных из труб, вместо перепонок натянулись чёрные пластиковые пакеты.
— Чудовище… Чудовище…
— М-м…
Двое мужчин, впервые увидевшие аномалию, побледнели.
«Почему она добралась сюда?»
Я уже видел эту тварь. Раньше она плавала только в пруду. Иногда ныряла, будто кормилась, и что-то причмокивала, но на берег не выходила.
Утка наклонила голову то в одну сторону, то в другую, словно изучала нас.
У Минхён, явно желая поскорее отойти от этой твари, дёрнулся и начал пятиться боком к краю дорожки.
— Это просто украшение. Просто украшение…
И тут утка широко расправила крылья.
Птица с расправленными крыльями?
Табличка у пруда: [Не кормить диких птиц].
Что на самом деле означало слово «корм» на этой табличке?
— У Минхён, осторожно…
Она оказалась быстрее меня.
Хрусть.
Утка вцепилась в левую голень У Минхёна и откусила полный клюв мяса.
Кровь хлынула так обильно, что невозможно было поверить, будто его укусила птица. Брызги долетели до наших лиц и окропили щёки.
Щёлк.
[Уровень воды в нашем пруду сейчас]
[Пересохший] … [Маловодный] … [Средний уровень] … [Высокий] … [Полноводный] … [Идеальный]
За жуткой уткой, у ржавого уровнемера, сдвинулась стрелка.
Она остановилась на отметке [Полноводный].
— Чёрт.
Выходит, уровень воды мог подняться, даже если мы не ошибались, отмечая аномалии.
