Командир Ён слегка постукал пальцами по губам. Поняв этот знак, Чон Дохён тут же отдёрнул руку от справки об освобождении.
— Да я вполне могу досидеть уроки... Мне вовсе не обязательно уходить прямо сейчас...
Голос Чон Дохёна звучал довольно убедительно, однако «школьный врач» лишь постучала пальцем по серому листку:
[Приказывается немедленно отстранить.]
Фраза была подчёркнута жирной красной чертой для вящей убедительности.
Затем «врач» перевела взгляд на нас и приложила указательный палец к своим губам.
«Не подстрекайте».
Эта мысль отпечаталась в наших головах так отчетливо, будто её выжгли клеймом. Всем нутром я ощутил: если продолжать упрямиться, произойдёт что-то очень дурное.
Чон Дохён, судя по всему, почувствовал то же самое, потому что лишь медленно и обреченно кивнул.
— Увидимся позже.
Неужели и правда ничего нельзя сделать? Неужели придётся вот так просто отпустить его домой?
Я взглянул на экран смартфона, но тот упорно молчал. Лишних жизней у меня в запасе не водилось, поэтому я был вынужден отвести взгляд.
А Чон Дохён, судя по всему, всё-таки взялся за справку.
Вжух.
Стоило мне моргнуть, как мы оказались прямо перед дверью медпункта. Из всей компании здесь остались только командир Ён, Мён Хэбин и я.
— Что с Дохён?
— Исчез. Похоже, оформили досрочный уход.
— Я имею в виду, что с ним СТАЛО?
На мгновение мне показалось, что лицо командира Ёна исказилось от боли, но он тут же провел ладонью по лицу и слегка толкнул меня в плечо:
— Не думай об этом. Разберёмся снаружи. Главное, сам береги себя. Понял?
Сложно сохранять хладнокровие, когда на твоих глазах исчезает товарищ.
Командир Ён изо всех сил делал вид, будто все в порядке, хотя это было далеко не так, и мне совсем не хотелось лишний раз капать ему на мозги.
Вместо того чтобы продолжать расспросы, я молча направился к лестнице. Вот-вот должен был начаться третий урок. Проклятье, всего лишь третий!
— А, держи.
Командир Ён бросил мне какой-то маленький предмет. Я чисто автоматически поймал его и только потом понял, что это такое, зелёный бейджик с надписью «3-2».
Главное отличие от нашего прежнего заключалось в том, что на нём не было имени.
— Это...
— Стянул. Хотел выбить ещё один и отдать вам с Дохёном, да вот... не вышло.
Иголка бейджика без малейшего сопротивления вошла в ткань, заняв место моего старого значка 2-го класса, и пустая строчка тут же заполнилась моим именем: «3-2, Ким Ханму».
— Старший, ну вы чего застыли? Нам пора идти. Я обязательно сделаю так, чтобы мы выбрались отсюда!
Так, стоп. Хватит гонять дурные мысли. Втроём всяко лучше, чем в одиночку. Шок не шок, выберемся, а там уже будем разбираться.
Сжав зубы, я прибавил шаг и поспешил вслед за ссутулившейся спиной командира Ёна вниз по лестнице.
Кабинет 3-го года 2-го класса принял нас так естественно, словно мы всегда были местными учениками.
«Ничем не отличается от 2-го года 3-го класса».
Всё та же комната, где просто перевесили расписание уроков. Из-за того что звонок ещё не прозвенел, внутри не было ни единой души.
Я запустил руку в парту, чтобы найти учебные принадлежности, и мои пальцы нащупали книжку. Кстати, а что стало с прежним владельцем этого места?
— Что случилось с учеником, который раньше носил мой бейджик?
— Я видела! Стоило сорвать значок, как он просто испарился!
— Просто испарился? И даже не напал?
— Ага. Ну, знаете... Будто соломенное чучело какое-то.
Если подумать, эти школьники еще ни разу не пытались причинить нам вред. Да и на переменах их не видать. Звучит, конечно, дико, но можно ли считать их безопасными аномалиями?
— Может быть, главный монстр этой городской легенды, «учительница»? Ну, в школе ведь всегда больше всего боишься учителей, да?
— В этом есть логика.
Пока я переговаривался с Мён Хэбин, сидевшей прямо за мной, командир Ён бесцеремонно вклинился в наш разговор:
— Всё, хорош. Нам надо просто продержаться до конца 7-го урока. А потом сваливаем.
— И этого будет достаточно? А как же городская легенда?
— Наша команда сама со всем разберётся, так что не бери в голову.
В обычно весёлом голосе командира Ёна сейчас звучала звенящая сталь. Оно и понятно: его подчинённый испарился без следа.
Вот только я не мог позволить себе просто так взять и уйти.
[Условие выполнения: Городская легенда, Старшая школа «Гармония». ■ ■ ■■ ■■■■йте ■■.]
[Награда: 2 вопроса]
[В случае неудачи: Смерть]
Награда наградой, но это приложение буквально держит нож у моего горла.
— Вы решили отказаться от ликвидации легенды?
— Да.
И его решение было вполне разумным. Это был самый трезвый и безопасный выбор.
Вот только если он мог сдаться, то у меня такого права не было.
— Дайте мне шанс. Я хочу попробовать зачистить эту легенду.
Командир Ён, как раз рывшийся в парте в поисках учебника, повернул голову ко мне и удивлённо изогнул бровь:
— Новичок, порыв отличный. Правда, отличный. Вот только если ты отбросишь коньки, никто тебе даже спасибо не скажет.
В его взгляде проскользнул веявший морозом холодок.
Но я, не дрогнув, посмотрел ему прямо в глаза:
— Думаете, я собственной жизнью не дорожу? Я просто прошу дать мне шанс.
Мён Хэбин, до этого молчавшая, тут же азартно вступилась за меня:
— Дядюшка, ну если старшему будет грозить опасность, вы же ему поможете, правда? А наш старший реально круто умеет зачищать!
Не знаю, откуда у нее взялась эта слепая вера в меня, но Мён Хэбин уверенно показала мне большой палец.
— Хэбин, ты... Ха-а, я же просил не влезать, когда взрослые разговаривают.
— Я вообще-то тоже взрослая! И к тому же мы тут все в равном положении, обычные ученики~. Раз уж вы все равно решили забить на ликвидацию, почему бы не попробовать?
Командир Ён перевел взгляд с хлопающей глазами Мён Хэбин на меня, выдавшей всё на одном дыхании, и досадно цокнул языком:
— Если почувствуешь, что тебя сейчас потащат в медпункт, сразу же сворачиваем лавочку. Понял?
— Понял.
Командир Ён по-прежнему смотрел на меня как на только что вылупившегося цыплёнка, но, так или иначе, разрешение было получено.
Итак, что нужно сделать для зачистки этой аномалии? Подсказки должны быть в приложении.
[3. Действия, не связанные с учебным процессом, караются дисциплинарным взысканием.]
До сих пор мы ходили только по учебным помещениям, классы, коридоры. Сколько ни обыскивай классную комнату, зацепок о нарушении правил тут не найти.
Должно быть, в этой школе есть отдельное место, где можно обойти установленные правила.
— Как думаете, где ученики могут прятаться от глаз учителей?
— С чего вдруг ты ищешь такие места?
— До сих пор мы курсировали только между классами и зоной отдыха. Если вы хотите наклеить больше маркеров ликвидации, командир, вам бы тоже не помешало сменить угол зрения.
Я заранее заготовил отмазку на случай, если он спросит, с чего это я вдруг увлекся ликвидацией, хотя собирался зачищать, но командир Ён лишь скрестил руки на груди и вальяжно откинулся на спинку стула:
— Хм. А в этом что-то есть.
— Ой, а я, кажется, видела заброшенный класс! Вроде бы это был кабинет технологии?
Кабинет технологии? В голове тут же всплыл второй пункт из приложения:
[2. Запрещено хранить в здании школы посторонние предметы. (Неприготовленные продукты питания, колюще-режущие предметы, такие как ножи или ножницы и т.д.)]
Идеальное место для того, чтобы спрятать сырую еду или какие-нибудь ножи.
— На следующей перемене сходим туда.
— Идёт.
Шансы на то, что это место связано со вторым или третьим пунктом правил, были крайне велики.
Динь-дон~ Дан-дон.
— Звонок. Следи за языком.
— Командир, а как мне к вам обращаться?
Я указал на него, мужчину средних лет, который ну никак не тянул не то что на одноклассника, но даже на переростка-переростка, отчего командир Ён издал нервный смешок:
— «Брат»? Да ну, нафиг. Просто опускай обращения. Совесть-то у меня есть.
При чём тут совесть на работе...
Впрочем, мысли об этом быстро испарились, стоит только «учительнице» и ученикам снова материализоваться в классе.
— На чём мы остановились в прошлый раз?
Повернувшись к нам спиной, учительница со скрипом принялась исписывать доску. Самая обычная картина, но от неё почему-то веяло жутью.
«Откуда это чувство неправильности... Э?»
Учебники у меня и у командира Ёна были разными.
[Математика]
Обложка была искажена и размыта, но на парте командира Ёна лежал именно этот учебник.
Впрочем, проблема была не в этом.
— Послушай, разве у нас сейчас не литература... или я путаю?
Ужасно непривычно вот так сразу переходить на неформальный тон. А вот эти двое держались невероятно естественно.
— Разные учебники? У тебя не математика?
— У меня физика. Из парты достал.
При этом на доске объявлений в расписании черным по белому значилась «Литература».
Ощутив на себе чужие взгляды, я обернулся: сидевшие за партами ученики тут же поспешно отвели глаза.
— В прошлый раз мы ведь тоже брали учебники из парты... да?
— Ага. На прошлом уроке была история. И в парте лежал именно учебник по истории. Нам бы заранее их проверить...
На прошлом уроке у них была история, а сейчас вылезли совершенно случайные предметы? Это значит, что учебники подменили.
Командир Ён осторожно потянулся к парте соседа из другого ряда, но безликий ученик ловким движением оттащил свой учебник по литературе подальше и спрятал его.
А я-то думал, они как манекены, раз уж дали так легко сорвать с себя бейджик. Оказывается, огрызаться они тоже умеют.
— Ах ты, суч...
— Что там за шум?
Из-за тихой возни в классе «учительница», до этого увлеченно писавшая на доске, повернулась в нашу сторону.
Дело дрянь. «Ученики должны сидеть на уроке и учиться».
Наплевав на навязчивый голос в голове, твердивший о правилах, я поспешно окликнул командира Ёна:
— Эй.
— Знаю, знаю. Ничего не произошло, учитель!
Если так пойдёт и дальше, двоим из нас придётся встречать вопросы учителя вообще без учебников.
Командир Ён прекрасно это понимал и от нервозности начал отбивать чечётку ногой по полу.
Почему учебник по литературе оказался только у меня?
В голове всплыли слова Чон Дохёна о том, что городские легенды невероятно коварны.
«По идее, на этом месте должен сидеть ученик-аномалия. Но я занял его место».
Но с этими двумя ситуация иная. Что, если они уже израсходовали свой лимит «учебника из парты» на прошлом уроке?
«Тогда логично, что правильный учебник достался только мне, как новоприбывшему».
Атмосфера в классе густела на глазах.
Казалось, будто мы сидим в капкане, взведенном специально для нас.
Пока холодный пот струйкой стекал по моей спине, я зацепился взглядом за спину ученика с передней парты.
— Это рискованно, но я попробую отвлечь её. Сможешь достать вон то, спереди?
Из-за того что он сидел не сбоку, а спереди от меня, он спокойненько смотрел только вперёд, и из его парты чуть-чуть выглядывал край учебника.
Если у него нет глаз на затылке, что если цапнуть его быстренько?
Не только мы играем роли учеников, эти монстры тоже подчиняются школьным правилам. А значит, он не сможет поднять шум из-за того, что у него украли учебник.
Что бы я ни задумал, это точно лучше, чем просто сидеть сложив руки.
— И как ты собрался отвлекать?
Но чтобы украсть учебник безопасно, нужно отвлечь внимание училки по-настоящему. И при этом не перегнуть палку. То есть устраивать дебош или переворачивать парты нельзя.
Я медленно поднял руку.
— Ученик Ким Ханму? У тебя есть вопрос?
Она ведь стояла ко мне спиной, но стоило мне поднять руку, как ее голова моментально повернулась на 180 градусов. В то же время ученики затаили дыхание и, словно истуканы, уткнулись носом в столы.
«Они хоть и огрызаются по мелочи, но в целом остаются послушными истуканами».
И мне нужно было выбить их из этого состояния. Вызвать хотя бы какую-то волну в этом мертвом воздухе.
Поэтому я решил стать главным раздражителем.
— Я слышал, что сегодня последний день сдачи проектных работ. Хотел уточнить, вы не будете их собирать?
Главный злодей на любом уроке, это, конечно же, тот самый выскочка, который напоминает учителю про домашку.
Однако я произнёс это максимально вежливо, словно искренне стеснялся и долго не решался спросить, робко сложив руки на парте.
Была ли это правда?
Да какая разница. Мне важно было проверить, действительно ли эта городская легенда полностью имитирует реальную школу.
В любой школе есть экзамены, а значит и домашние задания. Чёрт возьми, да те же проектные работы должны быть!
— ■■■■■■■.
— ■■■■?
— ■■■■■■...
Стоило бросить этот огромный булыжник провокации в тихий омут класса, как по кабинету пополз густой шепоток. Ученики зашептались на своём непонятном языке, начали оборачиваться на меня, а кто-то и вовсе принялся судорожно рыться в парте.
«Даже немного стыдно перед ними».
О чём они там шептались, меня не особо волновало. Были ли эти работы на самом деле, сегодня ли дедлайн, слышал ли кто-то об этом, наверняка обсуждения шли именно об этом.
— О чём ты говоришь?
Естественно, сегодня не мог быть дедлайн сдачи работ. Я же не шаман и не местный монстр. Завернутая набок голова «учительницы» недоумённо склонилась набок.
От жути её пустых глазниц без век у меня по спине пробежал мороз, но я изо всех сил постарался сохранить невозмутимый вид:
— Просто в моей прошлой школе как раз в это время сдавали проектные работы. Да и в коридоре я вроде слышал что-то такое... Я ослышался?
— Проектные работы планируются только на следующей неделе. Ты, должно быть, перепутал.
«Учительница» просто ответила мне, но эти слова послужили сигналом, и в классе мгновенно воцарилась гробовая тишина.
— Наверное, я и правда перепутал. Спасибо, что объяснили.
Глухой стук.
Я бессильно опустился на стул, пару фраз произнёс, а выжался так, будто вагоны разгружал.
В настоящей-то школе я всегда был тем, кто страдает от таких выскочек, а не тем, кто провоцирует учителя!
— Достал?
— Ну ещё бы. Ты за кого меня принимаешь?
Похоже, мне действительно удалось отвлечь общее внимание, потому что командир Ён довольный ухмыльнулся, постучав пальцем по учебнику литературы.
Сидевший впереди ученик растерянно огляделся по сторонам, но, не желая устраивать скандал, быстро успокоился.
Командир Ён, успешно промышлявший кражей учебников, протянул мне ладонь, и я, так и быть, бесшумно дал ему «пять».
Теперь оставалось найти ещё один учебник, и мы будем в безопасности.
Цок, цок.
Однако не успели мы присмотреть следующую жертву, как «учительница» направилась в нашу сторону.
«Чёрт. Если попадёт Мён Хэбин...»
Она, конечно, не умрёт. Но натерпится так, что мало не покажется. Я понимал это, но тело словно парализовало.
— Хмм.
Меня, сидевшего с открытым учебником литературы, она проигнорировала. Значит...
Цок.
Стук каблуков смолк.
— На этот вопрос ответишь ты.
Её мишенью стал командир Ён.
Я уже хотел было перевести дух, но на парте командира Ёна лежал только один-единственный учебник, по математике.
Куда ты, чёрт возьми, дел только что добытую литературу?!
