Онлайн чтение книги Ложное признание A False Confession
Глава 58

Вечеринка продолжалась до поздней ночи. Начавшись примерно на закате, она длилась до тех пор, пока тьма окончательно не опустилась на небо.

Хотя к тому моменту уже не так много людей танцевало, большинство всё же оставалось и беседовало. Слуги сновали повсюду с бокалами вина.

Я выпила несколько бокалов такого вина, и Кейбел несколько раз говорил мне, чтобы я не пила слишком много. Наверное, из-за лёгкого опьянения, хотя мы с Кейбелом особо и не разговаривали, мне просто стало весело.

Приятное, лёгкое состояние. Не до такой степени, чтобы начинать буянить или хихикать без причины, но по крайней мере я перестала чувствовать себя некомфортно на вечеринке и просто расслабилась.

Кейбел всё предлагал мне вернуться, но каждый раз я отвечала, что не хочу уходить.

На самом деле причина была простой. В будущем мне всё равно придётся бывать на некоторых приёмах, и каждый раз уходить рано не получится, так что я решила потихоньку привыкать, пока есть возможность.

Просто Кейбелу, похоже, немного жаль, что я отказываюсь. Видимо, ему самому уже хотелось уйти, но он не может, потому что я ещё не хочу.

Это показалось мне забавным, и я тихо усмехнулась. Тогда Кейбел снова сказал, что, похоже, я уже пьяна, и не пора ли мне отдохнуть. Конечно, я снова отказалась. Но Кейбел выглядел немного уставшим, и мне тоже начинало казаться, что оставаться на приёме становится немного тяжело.

Я немного устала, поэтому вышла на балкон.

— Вау, луна такая яркая.

— Ветер холодный.

— Нет, я же сказала, посмотрите на луну.

Стоило только отодвинуть занавес и выйти на балкон, как я восхитилась яркой луной, которую сразу же было видно. Но, похоже, Кейбел сначала почувствовал дующий ветер и сразу снял с себя верхнюю одежду.

На этот раз я даже не успела его остановить. Его плащ мгновенно оказался у меня на плечах. Я смотрела на него молча… а потом всё же немного улыбнулась. Невозможно было не почувствовать, как настроение улучшается.

Внутри зала я всё время видела только магические артефакты, похожие на осветительные приборы, и роскошную люстру. А теперь, оказавшись снаружи и глядя на природу, я словно почувствовала, как вся тяжесть с души спала.

Небо смешивалось с темнотой и густой синевой, а луна с облаками складывались в картину, похожую на живописный пейзаж. Вид, как луна окружалась всё более насыщенным синим, или как облака медленно проходили, слегка её заслоняя — всё это было красиво.

— Вау… сейчас такое хорошее состояние.

— Что ты имеешь в виду?

— Из-за приёма я немного устала, а после вина чувствую лёгкую сонливость… Но вот вышла на балкон, подышала воздухом, и будто приятно протрезвела. К тому же, луна красивая…

Вялость и лёгкая затуманенность, скорее, делали этот момент ещё приятнее. Я облокотилась на перила балкона. Руки, касавшиеся перил, немного зябли, но и это было не неприятно.

Мы с Кейбелом немного перекинулись бессмысленными, лёгкими словами. Сейчас в зале почти никто не танцевал, и разговоры уже не были такими шумными, как в начале, поэтому стало прохладнее. Но в разгаре вечеринки, честно говоря, хотелось обмахиваться веером.

Мы говорили о том, что стоило наложить не согревающую магию, а такую, что поддерживает постоянную температуру — просто совершенно обыденные, ни к чему не обязывающие разговоры.

Прохладный ветерок касался щеки. Я почувствовала, как понемногу проясняется сознание, и тогда задала вопрос.

— Вы что-нибудь слышали об Илькнуре? Говорят, скоро начнётся зачистка.

На самом деле, с того момента, как я впервые услышала об этом от Элвина, меня это не отпускало. Несколько дней назад он сказал, что Илькнур может рухнуть, и это заставило меня волноваться.

То ли чудовища вырываются наружу и разрушают здания, то ли земля трясётся? В голову лезли всякие мысли. А теперь говорят, что вскоре начнётся зачистка, и я тоже приму участие в ней как целитель… Но всё ещё нет чёткой информации, и от этого становится тревожно.

Илькнур — место с наибольшим количеством культурного наследия в Империи, но до сих пор не было официального уведомления о происходящем… Возможно, они намеренно стараются говорить как можно меньше, чтобы не вызывать панику среди граждан Империи.

— Слышал. Похоже, и Никильские Рыцари тоже будут участвовать.

Обычно зачищей чудовищ занимается орден святых рыцарей, но если приказы о других вылазках не пересекаются, то и Никильские Рыцари тоже иногда присоединяются к операциям.

С чудовищами в Империи давно немало хлопот. Хотя Никильские Рыцари не могут использовать священную силу, губительную для чудовищ, они всё равно никогда не уступали и до сих пор не понесли серьёзных потерь.

— Раз даже Никильские Рыцари идут, значит, ситуация и правда серьёзная.

— Говорят, разрушенный храм внезапно оказался под водой, а на следующий день вода исчезла. А потом поползли слухи, что в этой воде отразился целый, невредимый храм. Рыцари его обыскали, но не нашли ничего стоящего.

— Ах, вот почему они говорили, что поручили что-то исследовательскому институту Люсиль?

— Значит, результаты этого поручения оказались серьёзными.

Говорят, чудовища вырываются наружу сразу толпой, потом внезапно исчезают… Храм уходит под воду, а потом чудовища ни с того ни с сего появляются на улицах. Несмотря на то, что всё это — очень крупные события, Кейбел оставался безучастным.

Может, я просто не разбираюсь в чудовищах, и поэтому воспринимаю это как нечто страшное, хотя на самом деле это обычное дело? Нет… похоже, всё-таки не обычное.

Но как ни думай — кажется, просто Кейбел настолько невероятно силён, что для него большинство вещей и правда не кажутся чем-то значительным.

Я взглянула на него с немного задумчивым выражением. Видеть, как он использует ауру меча, мне довелось всего один раз… это было во время внезапной атаки Виоса, когда лагерь загорелся, а строй был нарушен, началась суматоха.

Тирак тогда получил ранение вместо меня и был при смерти… И вот тогда Кейбел появился, шагая с мечом, покрытым сияющей аурой… Вспоминая этот момент, я подумала, насколько это всё тогда казалось нереальным.

— Ты точно должна идти?

— Ну, поскольку я кое-что натворила в прошлый раз… Похоже, отмазаться не получится.

Я горько усмехнулась, и Кейбел слегка нахмурился. Но заметив тревогу, промелькнувшую в его мрачном лице, я не смогла удержаться от улыбки. Он сказал, что в этой вылазке будет участвовать Глория, так что мне не обязательно проявлять себя — можно всё оставить на неё. И если вдруг случится что-то опасное, то я должна немедленно укрыться под щитом и не высовываться, а всё остальное Глория сделает сама.

Слушая, как Кейбел говорит мне просто ехать "зайцем", я почувствовала, будто он совершенно естественно предлагает мне сесть в "автобус Глории"… И от этого мне внезапно расхотелось ехать с ней. Я ведь прекрасно видела, насколько тяжело ей приходится на таких зачистках.

Хотя ветер был холодный, он не был резким, и я продолжала облокачиваться на перила, ведя разговор с Кейбелом. Наверное, потому что обстановка была спокойной, я даже немного наклонилась в его сторону.

Вдруг подул длинный порыв ветра. Я попыталась рукой прикрыть развевающиеся волосы, а Кейбел тем временем сделал шаг влево.

Он встал с той стороны, откуда дул ветер. Пока я поворачивала голову и поправляла волосы, он оказался там, как будто само собой……стоял там. В животе вдруг все перевернулось.

— Холодно сегодня, да?

— Тогда, может, вернёмся внутрь?

— Нет, в зале душно… И вообще, возвращаться пока тоже не хочется.

Стоило мне сказать, что стало холодно, как Кейбел сразу же будто собрался уводить меня внутрь — и это показалось забавным. А когда я добавила, что в зале мне не нравится, он и вовсе принял вид человека, который был бы рад уже уйти, — и я не сдержалась, тихо рассмеявшись.

В этот момент я вдруг вспомнила, что на мне до сих пор его плащ. Длинный — почти до колен — он уютно окутал меня, и я даже не заметила, как привыкла к нему. Кейбелу, похоже, не было холодно, но всё же стоять на ветру без верхней одежды — это как-то… волновало меня.

Мне на миг захотелось предложить вернуться внутрь, но… не хотелось упускать этот момент — быть с ним вдвоём на балконе.

Вместо этого я протянула Кейбелу руку и, игриво улыбаясь, сказала:

— Может, использовать святую силу?

Да, звучит странно — использовать святую силу как обогреватель, но Кейбел не отказался. Видимо, дело было не в том, что ему холодно — скорее, ему просто нравилось, что я хочу позаботиться о нём. Он привычным жестом склонил голову вперёд.

В тот момент у меня дрогнули пальцы. Я вспомнила кое-что. В день, когда выпал первый снег… Кейбел тогда пришёл к храму и просто стоял, молча ожидая меня.

Я вспомнила его щёки, побелевшие от холода, и то, как он волновался обо мне… как радовался, когда я тоже проявляла беспокойство о нём.

В тот раз, охваченная чувствами, я использовала святую силу, надеясь согреть его замёрзшие щёки. Он тогда тихо опустил взгляд и склонил голову — так же, как сейчас.

Всё было похоже… Только теперь это была тёмная ночь, а за правым краем шторы мягко мерцал свет из зала, слегка подсвечивая его лицо. Кейбел, такой тёмный, словно растворяющийся в ночи — и в то же время чётко различимый в ней…

Сердце сильно колотилось. Кейбел склонил голову так, чтобы моя рука легко могла дотронуться до него, а когда я не сделала никаких действий, с удивлением посмотрел на меня. Когда наши слегка опущенные глаза встретились, на мгновение у меня закружилась голова. Густой пурпур полностью отражал меня одну.

Воцарилась странная тишина. Взгляд, встретившийся в воздухе, создал совершенно иное, новое молчание и непривычную атмосферу, отличающуюся от всех молчаний между нами до этого. Звуки с вечеринки за занавеской стали отдалёнными и глухими.

Кейбел стоял слева от меня, одной рукой опираясь на перила. Но когда я собиралась использовать святую силу, он сделал шаг навстречу, слегка наклонив голову... Взгляд, встретившийся в воздухе, создавал необычную атмосферу.

Из-за того, что я пошутила, собираясь применить святую силу, я уже была словно наполовину в его объятиях. Моя рука, едва касавшаяся его щеки, дрожала. Луна, словно картина в ночном небе, мягко изливала свет, который, словно водопад, стекал вниз и задерживался на перилах балкона. Наши руки, едва соприкоснувшись на перилах, казались одновременно реальными и манящими. Просто прикосновение заставляло меня кружиться и испытывать головокружение.

Ощущения стали обостряться, и даже то, как Кейбел немного склонял голову, было отчётливо видно.

Отблески луны и огней с вечеринки танцевали в глазах, а звуки музыки и смеха с той вечеринки тихо звучали в ушах.

Лицо Кейбела приблизилось.

Он наклонился, слегка повернув голову — нос его едва коснулся моего, дыхание смешалось в воздухе.

Вдруг дунул холодный ветер. Это был зимний ночной ветер, который обычно дует, когда выходишь на балкон. Но в этот момент, когда все чувства обострились, ветер показался таким холодным, что я невольно слегка дрогнула плечами.

— …А.

И одновременно с этим Кейбел приблизился...

Он прекратил приближаться. Его выдох коротко задержался в воздухе. Ситуация, когда казалось, что губы вот-вот коснутся, и странная атмосфера внезапно дала трещину. Пока я растерялась, Кейбел поспешно отступил на шаг назад.

－...Извини.

Э-э? Я не понимала ни извинений Кейбела, ни всей этой ситуации, поэтому широко раскрыла глаза, а он на мгновение крепко сжал губы, потом резко провёл по лицу рукой.

Черные волосы мелко взъерошились.

Он действительно выглядел растерянным и извиняющимся.

－Что...?

－Я... опять... самовольно...

Произнося слова с неуверенностью, Кейбел снова провёл рукой по лицу и резко отвернулся.

－...Похоже, я пьян. Пойду... воды попью.

－Что? Нет, подожди...

Прежде чем я успела его удержать, он вышел с балкона. Занавес, развеваясь, прикрыл его спину, а я в растерянности смотрела на это, охваченная мучительным вопросом.

Но разве рыцарь не пил вино...?

Я осталась на балконе, простужаясь от холодного ветра. Что же это было? Ведь... ведь губы были так близко, но вдруг я вздрогнула, и Кейбел извинился и ушёл.

Причём его лицо было немного страдальческим, словно он собрался с терпением до предела...

...Нет, не может быть. Он испугался, потому что я вздрогнула и отпрянула? А потом подумал, что он сам слишком самонадеянно приблизился, поэтому извинился? Теперь он даже не пил вино, а оправдывается, что пьян, и уходит?

Я не знала, смеяться или плакать. И в то же время я задала себе вопрос:

«...Почему?»

Почему я сейчас чувствую сожаление?