Онлайн чтение книги В ловушке на отдаленном острове с главными героями Trapped on a remote island with protagonists
2 - 161

Я задумалась, куда подевался Энох, но он, должно быть, был у меня за спиной, потому что неожиданно подхватил меня сзади и усадил на другое место.

Мы сидели за круглым столом, и в итоге я оказалась между Артдалом и Энохом. Кайден хмуро ворчал, его лицо выражало явное недовольство.

— Маргарет, с тобой всё в порядке? — спросил меня Энох.

Только после его вопроса я задумалась о своём состоянии.

Всё ли… со мной в порядке?

Его слова заставили мой разум замереть. Ни одной мысли не приходило в голову.

— Вообще-то, я не думаю, что мы все в порядке. И это нормально, поэтому не буду притворяться, что всё хорошо.

Энох молча посмотрел на меня, затем кивнул, а Кайден уставился на меня сбоку.

Артдал, до этого молча наблюдавший за нами, наконец разрядил обстановку более мягким тоном:

— Ты права, юная леди. Если заставлять себя притворяться, будет только хуже. Нам всем повезло остаться в живых. Я, честно говоря, горжусь нами. Подумайте — мы спасли мир, и никто об этом ещё не знает.

Хоть Артдал и подозрительный тип, в целом, он жизнерадостный и позитивный человек.

Хотя, возможно, он как раз больше всех старается казаться «нормальным» — ведь он потерял глаз.

Тут я вдруг заметила, что Кайден и я всё ещё в той же одежде, а Энох и Артдал уже переоделись.

— Здесь нет платьев, так что мне не во что переодеться. А вы где взяли свою одежду? — поинтересовалась я.

Артдал пожал плечами, будто это ерунда:

— Мужской запасной одежды здесь предостаточно.

— Платье уже везут, так что придётся потерпеть. Если что, в этом пехотном отряде нет женщин-рыцарей, поэтому и женскую униформу достать нелегко. В таком случае, разве не лучше просто подождать платье?

После своих объяснений Энох встал, достал с полки чай, налил воду в чайник и поставил его нагреваться. Артдал сел рядом и начал расставлять чашки.

— Мне удобнее в брюках, чем в платье… Хотя… нет, нет. Ладно, надену платье. Привыкну. Всё-таки я — Маргарет.

На этот раз трое мужчин уставились на меня в молчании. В их взглядах читалось что-то вроде… жалости.

— Ваше Высочество, чай, о котором вы говорили. Я войду?

Я обернулась к Артдалу и Эноху, удивлённая неожиданным голосом за пределами барака. Энох тоже выглядел озадаченным.

Рыцарь вошёл, неся набор чайных чашек, и явно удивился, увидев Эноха и Артдала, занятых приготовлением чая.

— Я… прошу прощения. Я не слышал, чтобы вы отказывались от чая. Я унесу набор обратно.

Рыцарь поклонился, запинаясь и бледнея, в то время как лица Эноха и Артдала застыли.

Оба мужчины провели на отдалённом острове достаточно времени, чтобы привыкнуть делать всё своими руками. Артдал всего лишь расставил чашки, но чай разливал именно Энох.

Кайден цыкнул, наблюдая за этим:

— Просто оставь и уходи. Уверен, твой чай вкуснее их.

Услышав слова Кайдена, рыцарь замер и вопросительно посмотрел на Эноха.

Энох смущённо вздохнул и кивнул:

— Оставь.

Рыцарь, похожий на юного пажа, поставил чайный сервиз перед нами, нервно теребя руки — он явно осознал, что допустил оплошность.

Затем он выпрямился по-военному, отдал Эноху салют и быстрым шагом вышел из барака.

— Пфффф…

Как только рыцарь скрылся, я расхохоталась. Не помню, когда в последний раз смеялась так искренне, но ситуация была до смешного нелепой. Между нами возникла какая-то связь, понятная только нам.

— Похоже, мне придётся перестраиваться, — усмехнулся Артдал, отхлёбывая горячий чай.

Я смеялась так сильно, что вытирала слёзы, а затем повернулась к Артдалу и Эноху:

— Ладно, что вы хотели сказать? У меня тоже есть к вам вопросы.

Все взгляды устремились на меня.

Первым заговорил Артдал:

— Вопросы?

— Что мы скажем, если нас спросят, где мы были всё это время?

Снова ответил Артдал:

— Думаю, лучше сказать правду — что нас похитили.

— То есть ты предлагаешь открытое расследование?

— Открытое расследование? Не слышал такого термина, но звучит логично. Дело дошло до континентальной войны, понимаете? Вся страна за этим следит. Если мы начнём открытое расследование, те, кто стоит за экспериментами, попытаются действовать.

— Или затаятся, как мыши.

Артдал и Энох кивнули в согласии.

Артдал добавил:

— Тем лучше — тогда мы сможем беспрепятственно найти остров Алеа.

— Остров Алеа? — переспросила я.

Энох пояснил:

— Как сказал Артдал, мы проведём открытое расследование, сосредоточившись на поиске заказчиков. Но сначала нам нужно найти разрушенный остров Алеа.

— Что? Погодите, разве Алеа не был островом в другом времени и пространстве? То есть… я думала, он существовал в другом измерении? — я немного запуталась в его словах.

К тому же, разве остров Алеа не был полностью уничтожен?

— Юная леди, ты помнишь портал, через который мы сбежали? — спросил Артдал.

Он имел в виду врата, через которые мы ушли с Ынчжи.

Я кивнула, и Кайден, сидевший рядом, сказал:

— Это был не портал в другое измерение или время. Он вёл к южному побережью Империи Лэнгридж.

— Значит…

— Они построили остров Алеа где-то на южном побережье и исказили пространство-время.

Энох подтвердил слова Кайдена:

— Остров разрушен, но должны остаться следы. Мы должны найти Алеа раньше, чем это сделают заказчики экспериментов, и собрать доказательства.

— Вас всех предали те, кому вы доверяли… ну, или не очень доверяли.

— Когда будете покидать остров, найдите пион, запутавшийся в паутине. Это доказательство их причастности.

Аната говорила что-то подобное. Я кивнула, слушая Эноха.

— Значит, за экспериментами стоят не только Святой Престол и дом Рохаде, как говорила Аната?

Артдал подтвердил:

— Да. Их больше, и они связаны с этой войной. Кажется, Билтерхаймы что-то знают об этом.

Мои глаза округлились от неожиданности при упоминании семьи Диего.

— Билтерхаймы?

Я оглянулась, но Диего нигде не было. Неужели здесь есть люди из его семьи?

Энок продолжил объяснение:

— Похоже, изначально Билтерхаймы были среди заказчиков экспериментов, но при нынешнем герцоге и герцогине — то есть в поколении сэра Диего — они восстали…

— Боже мой. Поэтому Диего включили в список подопытных?

— Именно. Это их месть.

Только тогда я вспомнила, что духи-мстители говорили Диего:

[Плохие люди—]

[Те, кто убил нас—]

[У этого ублюдка—!! Грязная кровь—!!!]

Очевидно, это было обращено к нему.

— Младший брат Диего состоит в Имперских рыцарях и вызван на войну, но он не в этом лагере, а в западном. Сэр Диего отправился туда.

Я медленно кивнула:

— Хорошо, поговорим с ним, когда он вернётся.

И подумала про себя: «Ну, хоть до его возвращения будет спокойно» и «Просто полежу в бараке».

По крайней мере, так я думала — до следующего дня, когда увидела редкое зрелище: всю пехоту, наказанную Энохом за нарушение воинской дисциплины.

[Я думал, ты расскажешь им обо мне. Почему скрываешь?]

Голос Дженаса раздался в голове Кайдена, как только он вернулся в свой барак. Кайден не ответил, просто лёг на кровать.

[Эй, потомок. Ты игнорируешь меня?]

Продолжая смотреть в потолок, Кайден тихо произнёс:

— Бальхён. [1]

[Ааааргх—!]

Дженас застонал от боли.

[1] Заклинание, буквально означающее «проявление духа, скрытого внутри».

— Ты что, собираешься бунтовать при каждом удобном случае, будучи связанным контрактом душ? Похвальная стойкость.

[Дерзкий…! А-аргх.]

Кайден цыкнул, слушая высокомерный голос Дженаса, который никак не мог смириться с поражением.

— Тебе там удобно? Но не должно быть. Мерзавец, ты должен чувствовать эту боль постоянно — это своего рода наказание.

Как выяснилось, молнии, ударявшие в Дженаса, были духами-мстителями. Благодаря этому Кайден смог подавить Дженаса и заключить с ним контракт душ.

Во-первых, Дженас навеки запечатан в теле Кайдена. Он не может причинить ему вред или пойти против его воли.

Во-вторых, он поможет найти заказчиков экспериментов. За каждого убитого одного из них, душа Дженаса будет разрываться на части.

В-третьих, он не может лгать Кайдену.

Поскольку извлечь всю душу Дженаса, рассыпанную, как зерно, было невозможно, контракт душ стал лучшим решением.

В таком контракте есть понятие «печати» — наказания для тех, кто идёт против воли хозяина. Это гигантская печать, раскалённая в огне, которая прожигает душу, причиняя невыносимую боль.