Онлайн чтение книги В ловушке на отдаленном острове с главными героями Trapped on a remote island with protagonists
2 - 190

Иннис жестом указала в сторону, где в толпе, словно тень, стояла рыжеволосая женщина.

Это была Эмили — журналистка из «Бернетонской газеты». Я запомнила её по портрету в колонке «Героиня Эмили».

— Я пригласила её… тайно, — шепнула мне Иннис, и всё сразу встало на свои места. Теперь понятно, откуда в газете были такие подробные описания проникновения в поместье.

— Она заинтересовалась мной и этим делом, так что всё в порядке, — ответила я и тепло улыбнулась.

Эмили идеально подходила, чтобы зафиксировать сегодняшние события и распространить информацию.

— Тогда удачи сегодня.

Иннис похлопала меня по плечу и исчезла так же стремительно, как и появилась.

Ынджи попыталась высунуть голову из кармана моего платья, но, поскольку я была главной героиней вечера, на нас смотрели слишком многие. В итоге она недовольно зарылась обратно.

Хоть она и не может говорить, кажется, будто она ноет. Я часто называю её «подростком», но неужели она и правда ведёт себя как капризная дочь-подросток?

Первым ко мне подошёл Папа Бенатрис.

Длинная седая борода, белоснежные одеяния, алый плащ на плечах и золотой пояс — он выглядел именно так, как и должен был выглядеть понтифик.

— Приветствую, Ваше Святейшество.

— Я узнал вас сразу. Вы так же прекрасны, как и в слухах. Поздравляю с днём рождения, юная леди.

Его улыбка излучала доброту, и от этого становилось ещё страшнее. За этим выражением лица скрывалась кровь стольких людей…

Кейден, только что споривший с Рузефом, напрягся при виде Папы. Его лицо исказилось от отвращения, взгляд стал ледяным.

Он рассказывал, как в детстве над ним экспериментировали в Святом Престоле… И Папа руководил этим.

Я шагнула вперёд, закрыв Кейдена собой. Папа заметил это и улыбнулся многозначительно. Его взгляд скользнул за мою спину, но тут же отвлёкся на Юанну.

Кейден понял мой намёк. Он смотрел на меня с сложным выражением, губы дрожали.

— Ты действительно…

Казалось, он хотел сказать многое, но в итоге замолчал.

Он слишком важен для меня, чтобы позволить ему снова страдать.

Мне хотелось утешить его, но сейчас было не время — к нам приближалась Императрица.

— С днём рождения, юная леди.

Она поздравила меня, но тут же была уведена моей матерью. Та подмигнула мне, когда наши взгляды встретились.

Юанна тем временем подошла к Папе с сияющей улыбкой, будто ждала этого момента.

— Как удивительно, что человек с такой тяжёлой задницей удостоил нас своим присутствием. Раз уж вы проделали такой путь, будьте осторожны — в вашем возрасте это опасно.

Она насмешливо смахнула несуществующую пыль с его плеча. В её глазах читалось презрение.

Но Папа не упрекнул её. Он смотрел на неё, как на капризную внучку.

— Как ты смеешь так разговаривать со Святейшим Отцом? Тебе явно не хватает воспитания!

Критику высказал не Папа, а другой человек — священник в одеяниях, похожих на облачение Рузефа.

— Риннехаон.

Рузеф произнёс это имя, будто выплюнул что-то грязное. Значит, это архиепископ.

— О, вы не понимаете моих чувств к Его Святейшеству. Говорите так, будто я никогда не заботилась о его здоровье, архиепископ Риннехаон.

Юанна приложила руку к щеке и сделала вид, что вытирает слёзы, которых не было.

Её манера речи на острове казалась высокомерной, но теперь, когда мы на одной стороне, я не могу не восхищаться её дерзостью. Видимо, Папу и Риннехаона лучше оставить на неё и Рузефа.

Риннехаон нахмурился, огляделся и шепнул Папе:

— Всё готово. Я подкупил одну из горничных дома Флоне и передал ей то самое. По вашему сигналу мы начнём.

План был прост: вызвать монстров, воспользоваться хаосом и устранить выживших.

Причина, по которой они подкупили горничную, заключалась в Тентатионеме — пыльце, которая погружала людей в бессознательное состояние для удобства транспортировки.

— О чём это вы шепчетесь? У вас есть приказы, которые исключают меня, святую? — Юанна вклинилась между ними с широкой улыбкой.

Риннехаон скривился:

— Разумеется. Ваша роль и моя — разные, не так ли?

— Если ваша роль схожа с моей, то я должна быть в курсе, — тут же парировал Рузеф.

Папа благодушно улыбнулся и шепнул Риннехаону:

— Я оставляю это вам. Мне пора заняться работой.

Кейден вышел из бального зала, чтобы проверить барьер.

Даже если «Пионы» используют магические камни, внутри защитного поля замка Флоне ничего не произойдёт.

Но если они активируют их, камни засветятся — и тогда можно будет схватить предателей.

Пока он осматривал барьер, к нему подошёл неожиданный гость.

— Вот вы где, лорд.

Кейден резко обернулся и сузил глаза.

Папа Бенатрис.

— …Что вам нужно?

— Хм. Я не жду от вас вежливости, но это уже слишком. Хотя наши отношения, конечно, далеки от дружеских.

— Вы пришли не для этого бреда, надеюсь? Мы не в тех отношениях, чтобы обмениваться любезностями. Если не хотите получить по лицу — исчезайте. Я сдерживаюсь ради Маргарет.

Папа усмехнулся, глядя на него с отвращением.

В смутных воспоминаниях Кейдена о детских экспериментах лицо Папы всегда было рядом. Его мёртвый взгляд до сих пор вызывал дрожь.

— Вы выросли таким сильным…

Он окинул Кейдена оценивающим взглядом, будто рассматривал скот, и добавил:

— Как поживает Дженас?

— …Что?

Кейден внимательно изучил выражение лица Папы.

Ты только что спросил: «Как Дженас»?

[Неужели этот тип всё ещё жив? Он был ребёнком, когда я видел его… Люди так быстро стареют.]

Дженас равнодушно прокомментировал у него в голове.

Когда это «когда я видел его»?

— Что вы хотите сказать? — нервно спросил Кейден.

Папа погладил бороду и рассмеялся.

— Маркиз Рохад сообщил мне, что вы… с Дженасом.

Теперь было ясно — Папа знал, что Дженас запечатан в теле Кейдена.