Контент удален!

— Я не могу сейчас включить свой «телевизор»! Выключила свет и уже сплю. Дедушка, давай завтра поговорим, когда рассветет, а?

Ми Хо украдкой взглянула на Джун Хи и снова прижала указательный палец к губам. Он кивнул, показывая, что понял.

Какое-то время она машинально отвечала: «Да, да», а затем, прикрыв динамик ладонью, зашептала Джун Хи:

— Дедушка хочет встретиться с тобой в эту субботу…

Джун Хи сложил большой и указательный пальцы в знак «ОК». Ми Хо коротко кивнула и убрала руку от микрофона.

— Думаю, в эту субботу получится.

Когда дедушка что-то ответил, на лице Ми Хо появилась теплая, ласковая улыбка. Джун Хи смотрел на неё как завороженный, забыв даже как дышать. Такого выражения лица он у неё еще не видел.

— Угу. И я по тебе соскучилась, дедуля. Приезжай скорее.

Положив трубку, Ми Хо подняла голову — её лицо оставалось мягким и расслабленным. Заметив Джун Хи, который сидел на кровати, упершись локтями в колени и подперев подбородок, и неотрывно смотрел на нее, она вздрогнула.

— …Теперь мне действительно стало интересно, что за человек твой дедушка.

Джун Хи смотрел на неё странным взглядом. Его пристальные, изучающие глаза, словно пытавшиеся прочесть её мысли, почему-то смутили девушку, и Ми Хо вскочила на ноги.

В любом случае, им нужно было обсудить этот телефонный звонок.

— Я всё расскажу, так что приводи себя в порядок и выходи в гостиную. Ах да, ванная у нас общая.

Ми Хо оставила Джун Хи на кровати и вышла из спальни. Он лениво потянулся и последовал за ней.

Она достала из винного шкафа бутылку красного вина, поставила на стол два бокала и кивком указала на дверь напротив.

— Ванная там.

Приняв душ в комнате, где едва уловимо витал аромат Ми Хо, Джун Хи обернул бедра полотенцем и вернулся к себе. Достав из чемодана футболку с коротким рукавом и домашние штаны, он переоделся и вышел в гостиную.

Это была крошечная квартирка, по площади не превышающая одну лишь гостиную в его апартаментах. В ней уместились две спальни, ванная и вытянутая вдоль стены гостиной мини-кухня.

Сначала это пространство показалось ему тесным, но, привыкнув, он понял, что в таких габаритах есть своя прелесть. Стоило лишь открыть дверь, и можно было видеть, чем занимается Ми Хо, не бегая по всему дому.

Перед маленьким диваном, на котором троим было бы тесно, стоял низкий журнальный столик. На нём уже ждали вино и легкие закуски. Джун Хи плюхнулся рядом с Ми Хо, которая сидела, глядя в телефон.

Она положила смартфон на стол экраном вниз, налила вина и протянула ему бокал.

— Дедушка прилетает в четверг, а в следующую среду возвращается в Корею. Я только что получила на почту его расписание.

Приняв бокал, Джун Хи кивнул.

— Освобожу субботу. Какую еду он предпочитает?

— …Ну, в силу возраста любит корейскую или японскую кухню, что-то в этом роде. Западную тоже ест, но без особого восторга.

— Я знаю отличное место, где подают изысканные блюда японской кухни в отдельных кабинетах, прямо как в Корее. Если у дедушки нет особых предпочтений, я забронирую столик там. Узнай у него, что ему удобнее — обед или ужин, — и скажи мне.

Ми Хо взяла телефон, быстро набрала сообщение и отправила.

— Пишет, что обед — это отлично. И японская кухня тоже.

— Окей. Место — Core Club, на пятьдесят пятой улице у Мэдисон-авеню. Как только определитесь со временем, я забронирую.

Ми Хо быстро печатала под диктовку Джун Хи.

— Говорит, в час дня ему будет удобно.

— Час дня. Понял.

Ми Хо нахмурилась и склонила голову набок.

— Вот только не пойму, к чему такая спешка. Когда я сказала, что у меня есть парень, чтобы отвертеться от свиданий вслепую, он, конечно, грозился тут же прилететь, но я не думала, что он и вправду заявится так быстро.

— …Расскажи мне, как я должен вести себя с дедушкой и что нужно подготовить.

Ми Хо легкомысленно отмахнулась:

— Да бросьте, зачем что-то готовить. Просто представлю вас как своего парня. Если спросит про свадьбу, я сама отвечу. Скажу, что еще слишком молода, чтобы думать о браке, и мы серьезно обсудим это года через два-три. В конце концов, отношения могут распасться и через несколько месяцев, да что там — через несколько недель. А месяцев через шесть я объявлю, что мы расстались. И если он снова заикнется про свидания вслепую, я закачу истерику и скажу, что пойду на встречу только с парнем, который будет таким же красивым и с такими же идеальными характеристиками, как вы.

Слушая её неуклюжий план, Джун Хи мысленно вздохнул. То, что он согласился участвовать в этой ребяческой затее, было совсем на него не похоже. К тому же… сейчас их отношения слегка усложнились по сравнению с тем, что было вначале. В каком направлении он сам хочет развивать эту связь, он пока не понимал.

Ясно было лишь одно: хотя эта детская игра и была нелепой, у него не возникало ни малейшего чувства, что это может обернуться против него. Джун Хи привык доверять своей интуиции и, раз уж пообещал, был готов подыграть ей.

— Понял. Постараюсь сыграть роль твоего парня на все сто.

— Я специально не называла вашего имени. Очевидно же, что он начнет наводить справки. А это может всё усложнить… В общем, братан, вам ничего готовить не надо. Одного обеда будет достаточно.

Небрежно бросив это, Ми Хо залпом допила остатки вина. Когда она запрокинула бокал, капля стекла по её подбородку. Джун Хи естественным, привычным жестом стер её большим пальцем.

— И всё же в любом деле полезно провести дью-дилидженс (due diligence — комплексная проверка). Возможно, это профдеформация банкира с Уолл-стрит, но если подготовиться заранее, вероятность ошибки снижается. Что за человек твой дедушка? Его биография, бизнес, воспитание, характер, вкусы и антипатии. Подойдет всё. Если считаешь, что «парень» должен знать о нём что-то конкретное, обязательно скажи. Это точно не будет лишним.

В словах Джун Хи была своя убедительная логика. Ми Хо повернулась к нему и протянула пустой бокал.

— Наливайте до краев.

Джун Хи усмехнулся и наполнил её бокал вином.

— Про моего дедушку можно снять целую мыльную оперу. Икона селф-мейда! Легендарный из легендарных Пак Ча Си!

Сама же говорила, что ничего знать не нужно, а как только он дал ей повод, воодушевленно повысила голос. Это было так мило, что Джун Хи рассмеялся в голос. Ми Хо смерила его взглядом из-под длинных ресниц, и он тут же сделал серьезное лицо.

— Звучит интригующе.

Ми Хо кашлянула, прочищая горло.

— Говорят, дедушка родился в богатой семье мансоккунов в Токчоне, провинция Пхёнан-Намдо. Правда, проверить это теперь никак нельзя…

Её привычный ленивый, слегка безразличный тон и гладкий голос наполняли тесное пространство уютом.

Ми Хо нравилось, как дедушка Ча Си, рассказывая истории из прошлого, невольно смешивал кёнсанский, сеульский и северокорейский диалекты, превращая свою речь в совершенно уникальный коктейль.

— «В те времена мансоккуны — это как нынешние чеболи! Земли на тысячу двести чонбо, а каменный забор вокруг дома с девяноста девятью комнатами тянулся на два с половиной ли. Во всем Токчоне я был единственным, кто ходил в начальную школу в кожаных ботинках».

Это был дежурный репертуар дедушки Ча Си.

Когда началась война и в декабре 1950 года поползли слухи, что китайские войска перешли границу, отец Ча Си через свои связи решил отправить жену и троих детей на американском военном корабле, чтобы они первыми спаслись.

Но в порту Хыннам творился кромешный ад из беженцев.

— Дедушка говорил, что именно там, в порту Хыннам, он потерял мать и старших сестер.

Но горевать ему было некогда. В том возрасте, когда он еще даже не окончил начальную школу, ему пришлось выживать в одиночку.

— А на том самом корабле он впервые встретил мою бабушку. Она тоже потеряла родителей во время бегства, но среди детей на палубе именно она была заводилой. Круто, да?

Джун Хи, молча слушавший рассказ Ми Хо, с улыбкой кивнул, и она с энтузиазмом продолжила:

— Бабушка умерла сразу после того, как родила маму, так что я её ни разу не видела. Но мне говорят, что я просто копия нашей бабушки, госпожи Ким Бу Ок. И характером, и внешностью. Я видела старые фотографии — мы и правда чем-то похожи.

— Наверное, она была красавицей.

Ми Хо посмотрела на Джун Хи и покачала головой:

— …Братан, вы бы точно не умерли с голоду даже во время эвакуации. Дедушка говорил, что в молодости умел заговаривать зубы так же виртуозно, как вы сейчас.

Оставшись совершенно один, Ча Си прибыл на остров Кодже на американском корабле. Вооружившись парой фраз на английском, которые он выучил у солдат, он вызвался быть переводчиком и быстро стал их любимцем. Продавая вещи, которые американцы собирались выбросить, и недоеденные пайки, он скопил денег и открыл небольшую уличную лавку.

Лавка со временем переросла в маленький магазинчик «Токчон Санхве», а когда Ча Си исполнилось восемнадцать, он женился на Бу Ок прямо в лапшичной на рынке.

— А потом он где-то услышал, что экспорт тканей приносит сумасшедшие деньги. Он продал магазинчик, взял кредит и купил текстильную фабрику в Тэгу. Так появилась компания «Токчон Текстиль».

Ввязаться во что-то совершенно незнакомое, погнавшись лишь за обещанием больших денег, было нелегко. Однако благодаря природному красноречию, трудолюбию и невероятной удаче бизнес пошел в гору, и Ча Си ухватился за еще один шанс.

— Посредник, который закупал у них ткани, познакомил его с иностранным клиентом. Этот байер проникся огромной симпатией к дедушке. Тогда дедушка решил работать с ним напрямую и сам открыл торговую компанию. Так родилась «Токчон Янхэн».

В глазах Ми Хо читались нескрываемая любовь и гордость за дедушку.