1 - 46
Улыбаясь, как кошка, тайком слизавшая все сливки, Ми Хо юркнула в свою комнату и принялась рыться в шкафу.
Со стуком выдвинув ящик, она достала комплект нижнего белья с весьма смелым дизайном, который когда-то купила просто для коллекции и с тех пор ни разу не надевала.
Белоснежные атласные ленты, какими обычно перевязывают подарки, заменяли бретельки бюстгальтера и лямки трусиков, а всё, что следовало скрыть, прикрывали лишь крошечные, прозрачные кусочки кружева, которые скорее имитировали белье, чем были им на самом деле. Эти лоскутки ткани не имели никакой практической пользы, но сама мысль о том, что под обычной одеждой на ней будет такое откровенное белье, будоражила.
«Интересно, как отреагирует братан, если увидит это на мне…»
Представив его реакцию, Ми Хо сглотнула и повела плечами. Низ живота свело сладостной судорогой, колени непроизвольно сжались.
«Ха. Прямо условный рефлекс».
Поддавшись импульсу, она открыла шкатулку с драгоценностями. Окинув взглядом ряды пирсингов для сосков, она тщательно выбрала два из них. Один — колечко с маленькой жемчужиной, второй — штанга, на конце которой покачивалась жемчужина в форме капли.
Её грудь и раньше была чувствительной. Но с тех пор, как она сделала пирсинг меньше года назад, она еще ни с кем не спала. Поэтому Ми Хо и представить не могла, что тело станет настолько остро реагировать на прикосновения.
Прошлой ночью, когда Джун Хи зафиксировал её руки и ласкал грудь губами, каждый раз от стимуляции сосков её промежность отзывалась такой резкой пульсацией, словно её било током. Соски стали настолько гиперчувствительными, что прикосновения его рук и языка граничили с болью.
«Кто бы мог подумать, что я смогу кончить только от того, что мне мнут грудь».
Это был её первый подобный опыт, и тогда она не на шутку испугалась. Но стимуляция продолжалась, и в какой-то момент низ живота втянулся так, что, казалось, прилип к позвоночнику, а по телу ослепительной вспышкой прокатился оргазм.
«Я думала, у меня грудь отвалится».
При воспоминании об этом Ми Хо снова бросило в дрожь. Они еще ничего не делали, а у неё между ног уже стало влажно.
«Ын Ми Хо, у тебя течка. Самая настоящая течка. А что, если Джун Хи просто тихо-мирно уснет и утром уйдет?»
Она посмотрела на лежащие на ладони украшения и кружевное белье, затем вздернула подбородок.
«…Значит, надо соблазнить. Не захочет — ну и ладно».
Сделав этот невозмутимый вывод, Ми Хо отправилась в ванную «прихорашиваться».
Правда, она не хотела, чтобы это выглядело так, будто она слишком старалась, поэтому поверх вызывающего белья надела широкие кашемировые брюки, укороченный топ, открывающий пупок, и длинный кардиган цвета слоновой кости.
Выйдя в гостиную, она окинула комнату взглядом и быстро запихнула разбросанные вещи в корзину для белья. В этот момент вместо звонка в дверь раздался шутливый стук: «Тук-ту-ту-тук, тук-тук». Постучать так мог только Ким Джун Хи.
Ми Хо распахнула дверь. Джун Хи, всё в той же одежде, в которой они расстались, стоял на пороге с чемоданом.
— Проходите.
Несмотря на всю суету с переодеванием, встретившись с ним лицом к лицу, Ми Хо отступила назад и впустила его с нарочито равнодушным видом.
— Извиняюсь за беспокойство.
Джун Хи посмотрел на неё и ярко улыбнулся. В отличие от того серьезного тона, каким он сообщал по телефону о потопе, сейчас он выглядел вполне жизнерадостно, и Ми Хо мысленно выдохнула с облегчением.
— Какое еще беспокойство. Я с вас сдеру огромную плату за проживание. Обдеру как липку, так что готовьтесь!
Ми Хо потерла большой и указательный пальцы, изображая алчного арендодателя. Джун Хи, не успев даже занести чемодан до конца, расхохотался.
— Заинтриговала. И сколько же ты планируешь с меня содрать?
— Я еще подумаю.
Оказавшись в центре гостиной, Джун Хи неспешно огляделся и, расстегивая пальто, приподнял брови:
— Ми Хо, тебе не жарко? Тут духота, как в Сахаре.
Он бросил пальто на диван, расстегнул темно-синий блейзер и, словно стряхивая его с плеч, снял и положил поверх пальто.
Немного постояв, он потянул шею из стороны в сторону, разминая мышцы, и шумно выдохнул. Видимо, ему всё еще было жарко: он закатал рукава, обнажив предплечья, и расстегнул пару верхних пуговиц на рубашке, открыв вид на упругую грудь.
На лбу Ми Хо внезапно выступила испарина.
Еще несколько минут назад она дрожала от холода. Но когда здоровенный мужчина, от которого так и пыхало горячей энергией, встал посреди её маленькой гостиной и пожаловался на жару, её собственная температура тоже подскочила. Воздух в квартире вдруг показался таким душным, что ей стало не хватать кислорода.
— Мне тоже жарко.
Она выключила обогреватель, сняла кардиган и перекинула его через руку.
Поверх короткого шелкового топа, открывающего талию, стали видны белоснежные бретельки бюстгальтера и край лифа, образующий пустой треугольник.
Взгляд Джун Хи лихорадочно скользнул по её открытым плечам, ложбинке на груди, основанию бюстгальтера, заставляющему гадать, что же скрывается под ним, по очертаниям пирсинга и, наконец, по обнаженному пупку.
Упрямый огонь в глазах из-под полуопущенных век, нервно дернувшийся кадык, рука, небрежно вытирающая пот со лба.
Ми Хо мысленно усмехнулась.
«А ты оказался куда проще, чем я думала, Ким Джун Хи».
Когда Джун Хи, не в силах оторвать от неё взгляд, сделал шаг навстречу, Ми Хо резко развернулась, обрубая зрительный контакт, открыла дверь в спальню и включила свет.
— Жить будете здесь, братан.
Джун Хи вошел следом за ней, и маленькая комната, казалось, тут же уменьшилась вдвое. Оглядевшись, он тихо рассмеялся:
— Ха… Что же я натворил.
— Не нравится — можете прямо сейчас отправиться на поиски отеля.
Ми Хо скрестила руки на груди и с непроницаемым лицом приподняла бровь.
— Мне кажется, даже в университетской общаге кровать была больше.
Посмеиваясь, Джун Хи сел на кровать и откинулся на спину. Как и ожидалось, его длинные ноги от середины икр свесились за край.
Он расслабленно заложил руки за голову и посмотрел на неё снизу вверх. Что его так веселило — непонятно, но глаза даже в этой ситуации светились живостью.
— Ну так и сколько ты с меня сдерёшь за проживание?
Вообще-то Ми Хо об этом еще не думала, поэтому ляпнула первое, что пришло в голову, назвав совершенно абсурдную сумму:
— Эм… Тысяча пятьсот долларов в неделю. Это рыночная цена за краткосрочную аренду в этом районе.
Она врала. Она никогда не сдавала жилье посуточно и понятия не имела о ценах. С Мин Хи она брала лишь половину рыночной стоимости и ни разу не повышала аренду. Она сдала ей комнату, потому что Мин Хи ей понравилась, а не ради заработка.
Сумма, которую она назвала Джун Хи за неделю, была гораздо больше того, что Мин Хи платила за целый месяц. Никто в здравом уме за такие деньги здесь жить не стал бы.
Но, вопреки её ожиданиям, Джун Хи равнодушно пожал плечами:
— Неплохо.
Не вставая, он протянул ей руку.
— По рукам.
Ми Хо растерялась и машинально пожала его руку.
«Он что, идиот? А вдруг я его развожу, почему он так легко соглашается?»
И тут он резко дернул её на себя. Ми Хо не успела опомниться, как оказалась на узкой односпальной кровати, наполовину лежа на Джун Хи.
— Что это за фокусы? Думаете, соблазните меня, и я сделаю скидку? Не выйдет.
Пытаясь вырваться из его крепких объятий, Ми Хо замолотила руками и уперлась ладонями ему в лицо. Её отчаянные попытки освободиться вызвали у него лишь приступ смеха. Его грудная клетка и пресс, прижатые к её телу, задрожали.
— Попался. Что ж поделать.
В голосе Джун Хи звучал искренний смех, и Ми Хо прекратила сопротивляться, мягко проведя ладонью по его груди. Под приятным на ощупь, дорогим хлопковым сатином рубашки отчетливо чувствовались твердые мускулы. Он резко втянул воздух. Ми Хо решила зайти немного дальше: рука, гладившая грудь, скользнула ниже, к прессу, и тут…
— Ах!
Голова пошла кругом. Джун Хи перевернул её, прижал к кровати и навис сверху.
— Давай скрепим договор. Seal with a kiss? (Скрепим поцелуем?)
С едва заметной улыбкой Джун Хи облизнул губы, словно предвкушая лакомство, приподнял её подбородок и склонил голову.
— Как перевалит за тридцать, так эти пошлые фразочки сами собой слетают с… м-м…
Губы Джун Хи накрыли её рот, прервав болтовню. Не дав ей даже вздохнуть, его язык проник внутрь так глубоко, будто он хотел достать до самого горла, и принялся жадно исследовать её рот.
Поцелуй становился всё глубже. Ми Хо, затуманенно моргая, обвила руками его шею и тяжело задышала. Если так пойдет и дальше, они точно займутся этим прямо на этой тесной кровати.
И тут тишину разорвала задорная мелодия трота. Оба мгновенно замерли.
«Мистер Ким, Длинноногий Мистер Ким…»
Заливистая песня, которую Ми Хо установила специально для звонков от дедушки, продолжала играть.
Ми Хо оттолкнула Джун Хи, с грохотом свалилась с кровати и вытащила телефон из кармана кардигана. Приложив палец к губам, она шикнула на него: «Тш-ш!».
— Алло? Кхм, кхм.
Откашлявшись, она попыталась выровнять сорванный голос и, слегка задыхаясь, ответила:
— Дедушка?? В такое время, что стряс…
Ми Хо поморщилась и слегка отодвинула телефон от уха.
— …Нет. Не получала. Я же была в самолете…
Из динамика донесся грубый мужской голос, распекающий её на чем свет стоит. Звук был таким громким, что его было слышно на всю комнату. Джун Хи моргнул и сел на кровати.
Они чувствовали себя как парочка подростков, которых застукали за тайными поцелуями и теперь отчитывают родители.
