Низкие, грубые слова, сорвавшиеся с его губ, резанули слух Мо Ын.

— Ты... то, что ты сейчас сказал... Разве нормальный человек может такое сказать?

Женщина дрожащими руками вцепилась в ворот рубашки Кан Ро Вана. Безупречный дорогой костюм, на котором до этого не было ни единой складки, мгновенно смялся.

— Хочешь ударить еще раз? — спросил он, медленно приподняв бровь, словно давно привык к подобному.

Клубничный леденец, перекатывающийся во рту Мо Ын, потерял всякий вкус. Все ее чувства сосредоточились на зрении и слухе, которые оказались куда более сильными раздражителями.

— Ты просто...

Лицо женщины исказилось, словно она вот-вот разрыдается. Кан Ро Ван равнодушно отцепил ее руки и слегка отряхнул помятый пиджак.

— Иди по своим делам. И не устраивай здесь сцен.

Хлесь.

Раздался звонкий звук очередной пощечины. Голова мужчины дернулась влево — на этот раз прилетело по той же стороне.

«…Должно быть, больно».

Кан Ро Ван криво усмехнулся, словно находил ситуацию весьма забавной. В его улыбке не было ни капли уязвимости от удара, и от этого зрелища Мо Ын, наблюдавшая за ними из укрытия, сама едва ли не почувствовала себя задетой.

— Теперь всё?

— Ублюдок. Чтоб ты сдох.

И снова — хлесь.

Женщина залепила Кан Ро Вану по правой щеке еще три раза, а затем быстро покинула крышу. Цок-цок — стук ее каблуков по бетону стремительно отдалялся.

«Судя по тому, что они познакомились в лаунже, она вряд ли из нашей компании. Связь, которая привела к разовому сексу в отеле... Иными словами, это был просто секс на одну ночь», — предположила Мо Ын.

«Впервые вижу человека, который реально практикует связи на одну ночь. Удивительно и как-то мерзко... У-у...»

— Фу-ух.

Мо Ын, до этого затаившая дыхание, с шумом выдохнула лишь тогда, когда женщина окончательно скрылась из виду.

«Занимательное выдалось зрелище. Идеальный альфа-самец, объект всеобщего восхищения, на деле оказался моральным уродом с распутной личной жизнью».

Мо Ын снова покрутила леденец во рту, издав характерный влажный хруст. Она выпрямилась и продолжила своё маленькое хулиганство — посасывать конфету так, словно курит сигарету.

Раньше она думала, что если пройдет в «Докман», это принесет лишь проблемы. Но теперь у нее появилась еще одна причина хотеть эту работу.

«Всё из-за этого любопытного экземпляра по имени Кан Ро Ван!»

В этот момент ее носа коснулся едкий запах. «Я же только делаю вид, что курю, откуда взялся запах настоящих сигарет?..»

— Было весело?

Низкий голос разрезал тишину. Сердце Мо Ын ухнуло куда-то в пятки.

От неожиданности тело девушки оцепенело. Ей с трудом удалось скосить глаза, чтобы убедиться в реальности происходящего.

Первым, что бросилось в глаза, были длинные, тонкие пальцы. Между указательным и средним была зажата настоящая сигарета, совершенно иная по текстуре, нежели пластиковая палочка от леденца Мо Ын. Ярко-красный тлеющий огонек, от которого поднимался сизый дымок, казалось, угрожающе мерцал в ее сторону.

Взгляд Мо Ын скользнул по пальцам выше, к широким плечам, затем к красноватой, припухшей щеке и, наконец, остановился на ледяных глазах Кан Ро Вана.

— Я устроил тебе такое отличное зрелище. Разве не стоит за него заплатить?

Он слегка присел на бортик клумбы и снова затянулся. На его губах играла та же непринужденная улыбка, что и в переговорной, но казалось, будто воздух вокруг него заледенел.

Мо Ын, не в силах ни выплюнуть, ни проглотить зажатый во рту леденец, лишь беззвучно открывала и закрывала рот.

— А... я, это... я не специально смотрела... и ничего не слышала... ой, нет, то есть...

Кан Ро Ван, зажав фильтр сигареты зубами, усмехнулся, слегка нахмурив брови.

— Врешь.

— ...Как вас били... я не видела...

— Левая.

— То есть, не левая, а правая...

— Значит, видела.

— ...

Профессиональная деформация, не позволяющая игнорировать ошибки в данных, взяла верх над рассудком Мо Ын.

Кан Ро Ван отвернулся и медленно выдохнул дым. Девушка аккуратно свела колени и положила на них руки. Приподнимаясь на мысках и опускаясь обратно, она отчаянно искала лазейку, чтобы сбежать, но, как всегда в стрессовых ситуациях, из-за медленной реакции в голову не приходило ни единой путной мысли.

Последней надеждой оставалась вероятность того, что он её не запомнил.

«Сегодня Кан Ро Ван встретил множество кандидатов, а я обычно не бросаюсь в глаза, мое присутствие легко не заметить. К тому же на собеседовании мне даже толком не дали времени ответить, так что, наверное...»

— Ну как, думаешь, хорошо сегодня прошла собеседование?

«Черт». Единственная надежда вдребезги разбилась, и Мо Ын мысленно выругалась. Она судорожно бегала глазами, не зная, что ответить, когда мужчина снова заговорил.

— Вкусный леденец?

— ...Просто вкус леденца...

— Интересно просто, если «курить» леденец, как сигарету, у него появляется вкус табака?

— ...

«Он и это увидел». От осознания того, что её постыдная привычка раскрыта, шея Мо Ын полыхнула жаром.

Кан Ро Ван, словно наблюдая за забавным шоу, пристально следил за её реакцией, не вынимая изо рта тлеющую сигарету.

Теперь желание сбежать было не вопросом работы мозга, а чистым инстинктом. Не в силах больше выносить этот давящий взгляд, Мо Ын вскочила и низко поклонилась.

— Д-до свидания...

Но в тот момент, когда она уже собиралась прошмыгнуть мимо клумбы, раздался скрежет подошвы по бетону: Кан Ро Ван небрежно закинул ногу на противоположное ограждение. Путь был прегражден, а пути к отступлению отрезаны.

— ...

Он слегка подался вперед, словно рассматривая попавшую в ловушку добычу.

— Уже уходишь? Даже не заплатив?

— Д-деньги... сколько... вам нужно заплатить?..

Она суетливо начала рыться в сумке, чтобы достать кошелек. Наблюдая за этим, Кан Ро Ван облизнул губы и ухмыльнулся.

— Дай столько, насколько тебе было весело.

— У меня сейчас нет с собой такой суммы наличными...

— Значит, было очень весело?

Мо Ын крепко прикусила нижнюю губу. Она сказала чистую правду, но её охватило дурное предчувствие: кажется, она снова навлекла на себя беду.

— ...

Пока девушка стояла, часто моргая и не в силах вымолвить ни слова, преграждавшая ей путь мужская нога неспешно опустилась вниз.

Мо Ын проследила взглядом за носком дорогой туфли. Звук, с которым подошва коснулась бетона, прозвучал неожиданно глухо.

— Раз так хочешь уйти, я тебя отпущу.

Он откинулся назад, освобождая ей дорогу.

— С-спасиб...

— Всё равно мы еще будем видеться до тошноты.

Мо Ын, собиравшаяся попрощаться и проскользнуть мимо клумбы, резко остановилась.

«Что это значит?»

Она непонимающе уставилась на его лицо. Кан Ро Ван, словно окончательно потеряв к ней интерес, уже доставал новую сигарету.

«Не время сейчас на него пялиться. Надо валить».

Мо Ын поспешно зашагала прочь и толкнула тяжелую дверь. Скрип, бах! Звук захлопнувшейся за спиной двери, казалось, подтолкнул её в спину.

***

Ровно три дня спустя.

[Web-уведомление]

Уважаемая Ян Мо Ын, искренне поздравляем: по результатам собеседования вы приняты в компанию «Докман».

Еще раз благодарим вас за отклик на нашу вакансию.

Письмо с информацией о предварительном медосмотре и процессе трудоустройства отправлено на вашу электронную почту. Просим обязательно с ним ознакомиться.

— HR-отдел «Докман»

Когда она смотрела на сообщение об успешном трудоустройстве, в её памяти чётко всплыло одно лицо.

На первый взгляд — типичное лицо холеного сынка из богатой семьи, но, как ни странно, совершенно не казавшееся безобидным. В его чертах сквозила какая-то хищная острота, и каждый раз, когда мужчина улыбался, Мо Ын становилось жутковато.

Сначала он показался ей просто банальным красавчиком. Но чем больше она о нем думала, тем сильнее в памяти врезалось это лицо, источавшее странную, щекочущую нервы ауру.

Красная, распухшая щека, виднеющаяся сквозь сизый сигаретный дым, и ледяные глаза, пристально рассматривающие её, стоящую с леденцом во рту.

Волоски на затылке встали дыбом, а сердце бешено заколотилось. Помимо растерянности и желания поскорее сбежать, от самых кончиков пальцев начало медленно подниматься странное чувство предвкушения.

Мо Ын быстро достала ноутбук и открыла браузер. Затем торопливо вбила в строку поиска три слога:

Кан Ро Ван

Стоило нажать Enter, как поисковик за долю секунды выдал тысячи результатов. Ведь Кан Ро Ван был генеральным директором «Докман» — стартапа-единорога, который уже бесчисленное количество раз мелькал в прессе.

Однако Мо Ын искала не банальные статьи, доступные каждому. Их она уже прочла.

Сегодня она решила расширить радиус. Учитывая, что детство босс провел за границей, Мо Ын собиралась прочесать зарубежные форумы, а также раскопать аккаунты в соцсетях, на которые он был подписан, и профили тех, кто отмечал его на фото.

По телу пробежала будоражащая дрожь.

«Всё равно мы еще будем видеться до тошноты».

«Верно. Мне всё равно придется видеть его до тошноты, так что, если я заранее кое-что разузнаю... что в этом такого!»

Это был всего лишь предварительный сбор данных о человеке, с которым ей предстояло работать, исключительно в целях управления рисками. Мо Ын с решительным видом поправила сползшие на нос очки.