В слепой зоне под лестницей, в темноте, стояла горничная. Свеча в её руке освещала лицо снизу вверх. Из-за неравномерного света глазницы казались чёрными провалами, а скулы и линия челюсти — ярко высвеченными. На миг это напомнило череп.
Взгляд горничной беззвучно скользнул. Она словно оглядела направление, откуда пришла Роксана.
— Учительницы обычно сюда не заходят.
От этого ровного голоса волосы встали дыбом. Роксана разлепила пересохшие губы и ответила как ни в чём не бывало:
— А. Я искала общую купальню. Слышала, что она здесь есть, но не запомнила, где именно. Если не заняты, не проводите меня?
Если бы она стала что-то добавлять, это прозвучало бы как оправдание. Горничная, не мигая, смотрела на неё. Роксана, не позволяя тишине затянуться, сделала озадаченное лицо.
— Это затруднительно?
— Нет. Провожу.
— Спасибо.
Когда горничная отвернулась, улыбка исчезла с лица Роксаны. Одежда в руках никогда ещё не казалась ей такой надёжной. Даже если та что-то заподозрит, она не видела её на месте — не сможет ничего сказать. И главное, Роксана не входила в запретную комнату. Наверное.
То, что лестница была не прямой, а с поворотом, тоже оказалось удачей. До площадки второй этаж не просматривался.
Горничная провела её мимо кухни по заднему коридору. Судя по маршруту, купальню разместили там, где прислуге удобно носить нагретую воду.
— Справа женская, слева мужская. Воду меняют с шести утра до полуночи каждые три часа. Если не успеете, вода может остыть.
— Понятно.
Горничная открыла дверь. Купальня была довольно просторной. На полу — плитка, серые стены на удивление чистые. В центре — большая глубокая медная ванна. В ней могли бы вытянуться три-четыре взрослых человека.
Вдоль стены — две раковины, полка с полотенцами, вешалки, а в углу — несколько баков для нагретой воды. Она не ожидала многого от общей купальни, но эта казалась лучше, чем в её прежнем доме.
— Я подожду снаружи. Если что-то понадобится, позовите.
— Хм, да. Спасибо, что проводили.
Она хотела сказать, чтобы та шла, но оставаться одной было неловко. К тому же план — только узнать место и сразу вернуться — пришлось изменить. Если выскочить сухой, это покажется подозрительным.
Да и вообще было неприятно. С тех пор как она приехала, она ни разу нормально не мылась. Даже если не мыться основательно, хотелось хотя бы облить себя водой. К тому же усталость, накопившаяся с рассвета, требовала смыть её. Пар, поднимавшийся над водой, только подстёгивал это желание.
В итоге Роксана решила быстро помыться — отчасти по своей воле, отчасти по принуждению. Холодный воздух, проникавший через высокое окно, поднимал мурашки, но зато прояснял голову. Роксана погрузилась в воду и медленно перебрала в уме недавние события.
Похоже, дальняя комната в западном конце — та самая, куда заходил Уэйн. И ещё.
«Зачем Уэйн туда ходил — меня не касается».
Сначала она испугалась и стала искать причину, но в этом не было нужды. Наоборот, раз она видела, как он туда входил, можно просто понаблюдать, что будет дальше. Конечно, вряд ли сразу последуют меры. Ведь, кроме неё, никто не видел, как он входил.
И даже если мер не будет — всё равно. Роксана ходила только для того, чтобы узнать место. Теперь она знала, где это, и убедилась, что от её комнаты далеко. Копать глубже смысла не было.
«Если подумать, чего ещё остерегаться: не заводить личных отношений с обитателями поместья, не лечить болезни насильно, не отлучаться больше чем на день».
Остальное она уже испытала или проверила. Отлучаться больше чем на день вряд ли придётся, так что особое внимание стоит уделить только болезни. Что бы ни случилось, это, по крайней мере, лучше сердечного приступа…
Немного придя в себя, Роксана в одиночестве насладилась горячей водой и в сопровождении горничной вернулась в комнату. Не зная, что случится завтра.
**
Роксана проснулась в обычное время. Сквозь щель в шторах пробивался утренний свет. За окном пели птицы. Утро было настолько тихим, что вчерашнее напряжение казалось нереальным.
Она умылась и как раз собиралась переодеться.
Снаружи раздался крик.
Рука Роксаны замерла. После мгновенной тишины поднялась суматоха. Роксана быстро застегнула оставшиеся пуговицы. Как назло, платье было с множеством пуговиц. Приведя себя в порядок и накинув халат, она поспешила выйти. Снаружи уже царило волнение. В поместье, всегда погружённом в тишину, такое увидишь нечасто.
Спустившись на первый этаж, она увидела Джулиана и Марту. Оба были бледны, как полотно. Роксана быстро присоединилась к ним.
— Что случилось?
Взгляд сам собой обратился к Джулиану. Тот смотрел на приоткрытую дверь, потом наклонился и быстро зашептал:
— Кажется, кто-то умер.
— Что?
Роксана повысила голос, и Джулиан шикнул, приложив палец к губам.
— Кто?..
Он говорил тихо, и Роксана тоже понизила голос.
— Пока не знаю. Слышал только, как мисс Лэнгли закричала, что есть мёртвый…
Лэнгли — это Клара. Джулиан, говоря, продолжал коситься наружу. Судя по его поведению, происшествие случилось на улице. И то, что он смотрел, но не выходил, означало, что кто-то уже запретил выходить. Право на это было только у одного человека.
— А граф?
— Пошёл проверить. Сказал, что до прихода шерифа нужно охранять тело, и попросил всех оставаться в поместье.
Вот как.
— Значит, снаружи только граф?
— Нет. Он взял с собой несколько слуг. На случай, если, м-м, кто-то остался.
Он избегал слова «убийца». Он не сказал этого прямо, но, судя по тому, что и Клары не видно, она тоже была снаружи. Роксана огляделась.
Там и тут виднелись горничные и слуги. Но Уэйна нигде не было. Возможно, он просто спал. Или ему было безразлично. Но почему же это так царапало? Из-за того, что она видела его ночью?
— Мистера Уэйна не видно.
Роксана упомянула единственного из посторонних, кого не было на месте. Марта тут же фыркнула.
— Спит, наверное. Я ни разу не видела, чтобы он вставал утром.
— Марта.
— Разве я не права? Он же бездельник, который только к графу подлизывается.
Джулиан неловко улыбнулся, но возражать не стал. Похоже, Уэйн действительно редко показывался по утрам. Тогда, может, это пустая тревога? Чужая смерть — не мелочь, но, к сожалению, смерть своего и чужого она воспринимала по-разному.
Наступило время завтрака, но никто не сдвинулся с места. Тиканье часов, казалось, отражало их нетерпение.
Сколько они так ждали? Снаружи раздался стук копыт. Звук приближался. Ритмичный стук по твёрдой земле доносился до самого пола. Все, кто был в поместье, подняли головы.
Вскоре у входа лошадь остановилась. Послышалось тяжёлое дыхание и глухой стук копыт.
— Тело здесь.
Смутно донёсся голос слуги. Шаги шерифа удалились. Ждать было мучительно, но выйти они не могли. Из-за прибытия шерифа в поместье стало ещё тише. Воздух словно замерзал. Даже вздохнуть было неловко.
Когда казалось, что уже нечем дышать, дверь распахнулась. Сначала вошёл Адриан, за ним — человек в форме.
— Сначала осмотрю второй этаж.
— Хорошо. Прошу всех оставаться здесь до возвращения шерифа. Понимаю, что тревожно, но прошу о сотрудничестве.
Пока шериф поднимался на второй этаж, Клара вошла, опираясь на горничную. Глаза у неё покраснели, губы побледнели. Роксана подошла к ней, готовой вот-вот упасть, и накинула на неё халат.
— Вы в порядке?
— Ах… Мисс Морри, спасибо.
Она судорожно прижала к себе халат. Роксана погладила её по спине и повернулась к Адриану.
— Граф, могу я узнать, что случилось?
— Я не успел объяснить учителям. Мистер Уэйн найден мёртвым.
Тревога, которая никак не желала уходить, оправдалась.
Больше глав в нашем телеграм канале t.me/insomnianovells
Спасибо, что читаете с нами!
