Онлайн чтение книги Возрождение злополучной супруги The Rebirth of an Ill-Fated Consort
Глава 163 - Она соблазнила меня

Линь Лан повела Сяо Шао ко входу. Улыбаясь, она сказала:

– Это чайный павильон. Эта служанка сейчас приготовит чай и закуски, так что Ванъе может пойти и отдохнуть; скоро прибудет старшая госпожа.

Сяо Шао хранила молчание, когда Линь Лан поклонилась и удалилась по собственному желанию. Но прежде чем уйти, она остановилась и бросила ещё один взгляд на украшенную цветами дверь, затем подняла юбку и ушла. После того, как Линь Лан ушла, Сяо Шао на мгновение задумался, прежде чем протянуть руку, чтобы открыть дверь.

Войдя, он почувствовал слабый сладкий аромат, пропитавший комнату. Этот особый аромат был вовсе не пьянящим, а скорее нежным. С первого же дуновения можно было почувствовать, что это аромат, исходящий от женского тела. Он был нежным и утончённым, но в нём чувствовалась лёгкая сладость, вызывающая у мужчины непреодолимое и неописуемое чувство опьянения.

Это был не совсем ладан, а скорее аромат тела. Сяо Шоу поднял брови, когда подошёл к столу и сел. На столе был изысканный нефритовый кувшин для вина и три маленьких нефритовых кубка. В центре стола стояло блюдо с нежными, похожими на кристаллы, полупрозрачными фиолетовыми виноградинами, каждая из которых была пухлой и сочной, почти как отдельные хрустальные бусины.

Место уже было хорошо подготовлено к приёму гостей, так зачем было Линь Лан говорить, что она собиралась приготовить чай и закуски»?

Мало того, комната была разделена жадеитовой ширмой (1). Ширма была довольно большой, в то время как зелёный цвет жадеита блестел от влаги. На самом верху были четыре красивых рисунка танцующих женщин, каждый великолепно реалистичный, и немного каллиграфии. И, хотя никто не мог видеть, что было за ширмой, был слышен тонкий звук плещущейся воды.

Звук был почти не слышен, и если бы не тот факт, что Сяо Шао был человеком, который обучался боевым искусствам и обладал внутренней силой, вполне вероятно, что он бы его не услышал. Звук плещущейся воды производил очаровательное и нежное впечатление, вызывая в сердце мужчины необузданные дикие и причудливые мысли.

Сяо Шао оставался невозмутимым, и никто не знал, о чём он думал, когда молодой человек опустил взгляд на чистый белый нефритовый свисток на кончиках его пальцев. Естественно, он не сдвинулся ни на йоту, но время, казалось, тихо пролетело в комнате, не осталось никаких признаков прибытия Цзян Жуань. Однако, прямо в этот момент звук воды из-за ширмы стал громче, а затем раздался шорох. Глаза Сяо Шао расширились, и сразу же после этого тонкий силуэт исчез из-за ширмы, а затем появился перед ним.

Это была исключительно красивая женщина.

Глядя вверх, там действительно было исключительно изысканное и элегантное лицо. Черты её лица были поразительными, с густыми бровями, почти как у белоснежной феи с Небесного Нефритового озера. Такое бессмертное лицо, как будто от природы неиспорченное и незапятнанное, но с очаровательным и соблазнительным поведением, как у женщины из борделя, фатально для каждого мужчины

Это была Цзян Су Су.

Как только Цзян Су Су заметила Сяо Шао, она на мгновение испугалась, и на её лице отразились паника и трепет, прежде чем она смогла успокоиться. Затем она сказала:

– Сяо Ванъе.

Сяо Шао бросил на неё быстрый взгляд, прежде чем опустить взгляд, отказываясь смотреть на неё или говорить. Тело Цзян Су Су напряглось. С тех пор, как она практиковала искусство обольщения, мужские взгляды всегда были прикованы к её телу, и никогда ещё её не игнорировали и не отвергали так. Мгновенно её сердце возмутилось. С лёгкой улыбкой девушка повернулась и села на стул рядом с Сяо Шао. С каждым её движением распространялся тот знакомый сладкий аромат, который комфортно доносился до носа молодого человека. Это был точно такой же аромат, который витал по всей комнате, и на самом деле, это был аромат, исходящий от её тела.

Цзян Су Су наклонила голову, чтобы рассмотреть человека рядом с ней. Хотя этот молодой человек был одет во всё чёрное, даже его рукава создавали ощущение великолепия, заставляя его казаться блистательным. Его профиль был исключительно красивым, но в нём не было ничего женственного. Тонкие губы и звёздные глаза, отчуждённый и сдержанный, Сяо Шао обладал изящной осанкой, которая, казалось, естественным и непростительным образом запечатлелась в его костном мозге.

_______________________________

1. Выглядят подобные ширмы примерно так:

2. 一的握 (bù yíng yī wò) – дословный перевод – не полный хват – относится к тонкой талии женщины. Обычно используется для описания женской талии. Это меньше, чем захват (размер указательного и большого пальцев относительно окружности), и он также используется для описания красивых и лёгких вещей. В древние времена ин» здесь интерпретировалось как полный», а один захват» означает удержание рукой.



***

Это был действительно красивый, но героический и мужественный молодой человек. Даже без престижа Цзинь Ин Ван фу, с его привлекательной внешностью и уравновешенностью, этого было более чем достаточно, чтобы тронуть сердце молодой леди.

Например, в этот момент Цзян Су Су очень завидовала и ревновала Цзян Жуань за то, что ей посчастливилось выйти замуж за этого молодого человека до неё.

– Только что Су Су принимала ванну и не думала, что кто-то внезапно войдёт, но оказалось, что это на самом деле был Сяо Ванъе, – в голосе Цзян Су Су слышалось едва различимое чувство возбуждения, царапающее сердце молодого человека. – Поскольку это так случилось, тогда я могу предложить разделить и выпить чашу вина с Ванъе.

Одинокий мужчина и одинокая женщина в уединённом месте; пьяные в чайном павильоне; одна из них только что закончила мыться и была одета в свободный халат. Более того, этот человек был исключительно потрясающей леди, и каждый её момент был очень стремительным. Если бы какой-либо мужчина под небесами столкнулся с такой ситуацией, даже если бы он хотел оставаться невозмутимым, это было бы нелёгким делом.

На протяжении всего этого Сяо Шао хранил молчание, его холодное поведение, казалось, стало ещё более мрачным. Цзян Су Су заметила это, поэтому она встала и подошла к нему. Она протянула руку и лично налила ему чашу вина, затем поставила ту перед молодым человеком, соблазнительно наклонившись, как будто собиралась опереться на колено Сяо Шао. Когда она внимательно посмотрела на Сяо Шао, глаза девушки заблестели и сразу же начали наполняться необъяснимым чувством очарования. От её тела распространялся естественный сладкий аромат, создавая иллюзию человека, наблюдающего за мягким бескостным цветущим белым цветком, дрожащим в глубоком ущелье. Это делало мужчину неспособным сопротивляться желанию срывать и собирать. Заставляя мужчину хотеть разорвать цветок в клочья, чтобы посмотреть, как будет выглядеть цветок, над которым доминируют.

Не видя никакой реакции со стороны Сяо Шао, Цзян Су Су решила наклониться ещё ближе, её губы небрежно скользнули по уху Сяо Шао, её бархатный голос произнёс:

– Ванъе… – затягивая конец, как будто она выдыхала.

Брови Сяо Шао нахмурились. Но, не дожидаясь, пока Цзян Су Су предпримет какие-либо дальнейшие действия, к чьему-то удивлению, манжета его одежды сдвинулась, и в следующий момент чаша из белого нефрита со стола со звуком упала на землю, направляясь прямо к животу Цзян Су Су. Простая нефритовая чаша стала порочным скрытым оружием. Был только громкий звук путонг», и вся фигура Цзян Су Су отлетела назад. Её спина столкнулась с жадеитовой ширмой, как воздушный змей, потерявший свою нить, и она приземлилась, растянувшись на полу, прежде чем немедленно выплюнуть полный рот крови.

– КАК ТЫ СМЕЕШЬ ДЕЙСТВОВАТЬ БЕЗРАССУДНО! – равнодушный голос Сяо Шао, казалось, был полон негодования.

Тишина, которая охватила комнату, заставила Цзян Су Су остолбенеть, когда она с большим трудом попыталась встать. Атака руки Сяо Шао составляла всего около трети его силы, но этого было достаточно, чтобы сделать её полностью неспособной противостоять его удару. Что удивило девушку ещё больше, так это то, что до сих пор Сяо Шао был всё ещё отчуждён и равнодушен к ней.

На земле не было ни одного мужчины, который смог бы противостоять её обаянию, потому что Цзян Су Су практиковала искусство очарования. Даже самый пуританский и аскетичный старший монах упал бы к её ногам. В этом случае действительно не было необходимости упоминать Сяо Шао, который был молодым человеком, потому что, пока это был любой молодой человек, одного её взгляда было достаточно, чтобы пощекотать их сердца. Особенно потому, что она намеренно предприняла усилия, чтобы искупаться и одеться, и даже зашла так далеко, что предстала перед Сяо Шао, используя покорное и соблазнительное отношение, которое большинство мужчин сочли бы неотразимым.

Цзян Су Су была совершенно уверена, что её план был безупречен, но она просчиталась в склонностях Сяо Шао. Девушка знала, что Сяо Шао, естественно, не любил женские уловки и очарование, но это были всего лишь слухи. Если он действительно не заботился о женских прелестях, зачем ему просить руки Цзян Жуань у Императора. Хотя Цзян Жуань была благословлена хорошей внешностью, что касается изящества, кокетливых выражений и соблазнения, что из этого было лучше по сравнению с ней? Но Цзян Су Су никогда не думала, что не только не смогла соблазнить его, но молодой человек даже не раздумывал о ней, когда безжалостно угостил её ударом своей тяжёлой руки!

– Сяо Ванъе, – Цзян Су Су выплюнула ещё один глоток крови, и кровь осталась на её вишнёво-красных губах, делая её ещё более соблазнительной. Девушка продолжила: – Сяо Ванъе, как Вы можете не быть нежным и предупредительным по отношению к леди, это действительно разбивает сердце Су Су.

Сяо Шао холодно посмотрел на неё.

– Сяо Ванъе, сегодня Вы видели моё тело, думаете, Вы сможете легко выйти за эту дверь? – Цзян Су Су приподняла губы в улыбке. Было необъяснимое чувство гордости, когда она добавила: – Цзефу, поскольку ты видел моё тело, то теперь я твоя. Сегодня я намеревался быть нежной и трепетной по отношению к Цзефу, но я никогда не думала, что Цзефу будет настолько неподвластен разуму. Вскоре Су Су выйдет из парадной двери и закричит, что позволит репутации Цзефу упасть на несколько ступеней.

– Что за полная чушь, – прежде чем предложение было закончено, из комнаты послышался мужской голос. Со стропил спрыгнул человек, одетый как личный охранник. Не задумываясь, он сказал Цзян Су Су: – Я также видел твоё тело, разве это не означает, что ты также моя женщина? Здесь около семи-восьми личных охранников, поэтому я боюсь сказать, что все они видели твоё тело. Итак, кому тебя отдать? – сказав это, он притворился раздосадованным и почесал в затылке: – Но большинство моих братьев, похоже, предпочитают женщину из хорошей семьи. И такая леди, как ты, которая дерзкая, смелая и необузданная – мы определённо не можем этого вынести.


***

Этим человеком был не кто иной, как Цзинь Эр. Он пришёл раньше вместе с Сяо Шао, чтобы устроить засаду в комнате, просто чтобы посмотреть, что планирует семья Цзян. Позже, когда он увидел, как Цзян Су Су открыла рот, чтобы соблазнить Сяо Шао, его сердце почувствовало презрение и негодование. Всё было бы в порядке, если бы это была леди из борделя, но Цзян Су Су была дочерью Ди, в конце концов, из Цзян фу. Этот человек, который когда-то был известен как потрясающая красавица столицы, которая к тому же была талантлива в четырёх искусствах, теперь не могла даже сравниться с девушкой из семьи простолюдина. И девушка из семьи простолюдина всё ещё знала бы чувство приличия, справедливости, честности и чести, но Цзян Су Су могла отказаться от своей репутации, чести и самоуважения.

Однако, даже сказав это, Цзинь Эр больше не смотрел на тело Цзян Су Су. Цзян Су Су действительно была красавицей, и вдобавок к тому факту, что она практиковала искусство обольщения и соблазнения, она определённо могла привлекать взгляды всех мужчин. Поэтому было бы трудно понять, когда кто-то попадёт в ловушку Цзян Су Су.

Чего Цзян Су Су не знала, так это того, что с тех пор, как Сяо Шао взял власть над гвардией Цзиньи, когда он был моложе, он прошёл через горы кинжалов и моря пламени и испытал чрезвычайные опасности, поэтому его самоконтроль, естественно, был намного лучше, чем у других. Все эти годы он испытал много заманчивых ловушек, и дело было не в том, что он не видел потрясающих красавиц, таких как служанки и наложницы. Просто это ничтожное усилие Цзян Су Су даже не смогло проникнуть в глаза Сяо Шао, не говоря уже о его сердце.

Цзян Су Су снова чуть не выплюнул кровь. Она никогда не думала, что в комнате был кто-то ещё, спрятанный внутри, и, судя по его словам, в комнате были не только они трое. Просто думая о том, что сегодня она напрасно выставила себя напоказ группе личных охранников, сердце девушки не могло вынести чувства меланхолии. Тем не менее поскольку она дошла до этого момента, Цзян Су Су могла также сделать выстрел, потому что, когда мужчину и женщину находят вместе в одной комнате, женщина может пострадать от потери своей репутации, но также было очень легко переложить вину на мужчину и заставить его взять на себя ответственность. Таким образом, Цзян Су Су открыла рот, чтобы закричать, позвать людей, которых она подготовила и разместила снаружи. Вот только девушка не ожидала того, что, когда она собиралась закричать, Цзинь Эр, который был рядом с ней, отреагировал молниеносно и слегка нажал на ее голосовую акупунктурную точку. Сразу же она потеряла всякую способность издать даже единичный звук.

– Господин, что нам делать с этой женщиной? – спросил Цзинь Эр.

Сяо Шао нахмурил брови, сказав:

– Убей.

Мгновенно лицо Цзян Су Су побелело. Очевидно, что Сяо Шао не заботился о человеческой жизни, так как его равнодушный приказ убить кого-то был очень похож на обычную рутинную работу по нарезке овощей. К сожалению, она вообще не могла двигаться, и в её глазах заметно промелькнул страх.

Цзинь Эр пожал плечами, и когда он собирался поднять Цзян Су Су, кто-то толкнул дверь. Цзян Жуань сделала шаг в комнату и одним взглядом увидела Цзян Су Су. На мгновение вздрогнув, она спросила:

– Что случилось?

Сяо Шао некоторое время размышлял, прежде чем ответить:

– Она соблазнила меня, поэтому я причинил ей боль.

Лицо Цзян Су Су уже было чрезвычайно ярко-красным, и только сейчас она поняла, что у этого мужчины никогда не было никаких чувств к ней с самого начала. Если бы она услышала, что Сяо Шао только что сказал несколько лет назад, она была бы так смущена, что покончила бы с собой. Несмотря на то, что Цзян Су Су не была такой энергичной и импульсивной, как раньше, она всё же испытывала глубокое чувство унижения. Это было похоже на то, что она потратила всё своё сердце и усилия, чтобы представить свои лучшие таланты перед мужчиной, который счёл это просто шуткой.

После того, как Цзян Жуань услышала слова Сяо Шао, она подняла глаза и посмотрела на Цзян Су Су. Выражение её лица было спокойным, до такой степени, что не было ни капли неудовольствия. Сердце Цзян Су Су напряглось. Когда Чжао Мэй была жива, она никогда не придавала Цзян Жуань никакого значения, потому что знала, что человеком, который отдавал приказы, был Цзян Цюань, а Цзян Цюань не любил Чжао Мэй и плохо относился к Цзян Жуань или её брату. Цзян Жуань была просто слабой идиоткой, которая боялась ввязываться во что-либо, и она была глупа, как свинья. Однако было неизвестно, с каких пор, нет, это должно было быть, когда она вернулась в фу три года назад, Цзян Су Су больше не могла понять Цзян Жуань.

Именно с того времени Цзян Жуань больше не выражала никаких форм человеческого выражения радости, счастья, гнева и печали. Она улыбалась, когда была счастлива, она улыбалась, когда злилась, она улыбалась, когда сталкивалась с ложными обвинениями, она даже улыбалась, когда её бросали в тюрьму. Так же, как и сейчас, она улыбнулась, когда посмотрела на Цзян Су Су. Но, хотя её улыбка была спокойной и мягкой, в конце концов, в её очаровательных глазах появилась насмешка и высокомерное чувство презрения.

И это была та капля презрения, которая мгновенно обожгла глаза Цзян Су Су. Она очень хотела громко упрекнуть, критиковать и оскорблять её, но независимо от того, что она думала, девушка всё ещё не могла издать ни единого звука.

Цзян Жуань отвела взгляд и посмотрела на Сяо Шао:

– Пятая Инян попросила меня прийти и повидаться с тобой. Так что это было то шоу, которое я должна была увидеть. Как получилось, что тебя не соблазнили? Но, судя по всему, этой пьесе было бы трудно продолжаться.



***

Сяо Шао был слегка ошеломлён, но он был умён и быстро смог увидеть суть вопроса. Так вот что задумала Хун Ин. Если бы сегодня на этом этапе был любой другой мужчина, он бы поддался соблазну Цзян Су Су. Затем, в этот момент, когда они будут вести себя провокационно, Цзян Жуань случайно толкнула бы дверь и вошла, она лично увидела бы их компрометирующее положение.

Для незамужней девушки было бы невыносимо видеть, как её собственная сестра близка с её будущим мужем, поэтому, без сомнения, она не сможет смириться с ситуацией. Кроме того, не было никакого способа внести изменения в Императорский указ Вдовствующей Императрицы, поэтому, если бы она была пылкой и честной, не было никакой иной возможности, кроме как совершить самоубийство. Затем позже они замалчивали бы ситуацию по какой-то мирской причине, и, наконец, следуя естественному развитию событий, младшая сестра Ди заняла своё место в браке. Как это не может быть прекрасным обобщением всей ситуации?

Однако, даже если бы её характер был кротким и мягким, если бы Цзян Жуань не могла смириться с ситуацией, ей всё равно пришлось бы принять это. Потому что после всего этого они всё ещё оставались дочерьми Ди от одного и того же фу, и они не позволили бы никому запятнать своё доброе имя, таким образом, они заставили бы другую сторону выплатить вознаграждение. Для дочери Ди стать наложницей не соответствовало правилам, но было не слишком сложно получить звание Цэфэй (1). И, в конце концов, это стало бы историей, которая была бы известна повсюду, о паре сестёр, у которых был один и тот же муж.

Независимо от того, какой это был результат, нанесённый Цзян Жуань удар будет огромным. Будь она жива или мертва, этот инцидент в конечном итоге повлияет на её жизнь, и до конца своей жизни она никогда не обретёт счастья. Даже если бы её заставили вступить в брак, сердце девушки навсегда было бы завязано узлом, и между ней и её мужем никогда не было бы взаимного уважения. И это будет только вопросом времени, когда она впадёт в немилость и потеряет любовь и заботу своего супруга.

Сегодняшний инцидент выглядел простым, но на самом деле все они были тесно взаимосвязаны. До самого конца намерение было порочным и зловещим, что приводило к полной потере слов. Хун Ин и Цзян Су Су действительно приложили много усилий для этого вопроса. Просто они делали ставку на мужчину со слабой натурой и не ожидали, что в основе своей Сяо Шао был врождённо отчужденным и жестоким, и они не ожидали, что Цзян Жуань также останется безмятежной и спокойной, до такой степени, что у неё даже не было ни малейшей склонности неправильно понимать ситуацию.

Сяо Шао оценил спокойное и хладнокровное отношение Цзян Жуань, и его сердце почувствовало лёгкое разочарование. Если бы Цзян Жуань хоть немного заботилась о нём и его привязанностях, то в этот момент она должна была проявить некоторую озабоченность ситуацией. Чем более спокойной и хладнокровной была девушка, тем более очевидным становилось то, что она совсем не принимала это близко к сердцу.

Это было то, что Сяо Шао думал в своём сердце, но он ошибался насчёт мыслей Цзян Жуань. Цзян Жуань посмотрела на пролитое вино и оценила запах сладкого аромата, витающий в воздухе комнаты, затем она посмотрела на беспорядочную одежду Цзян Су Су, которая была соблазнительной, и её сердце начало взрываться от гнева.

Именно в этот момент она внезапно вспомнила время в конце своей прошлой жизни, когда Сюань Ли бросил её в Императорскую тюрьму, и как Цзян Су Су с важным видом навестила её в тюрьме. Она пришла, чтобы живо рассказать о своих драгоценных и милых отношениях с Сюань Ли. В то время слова Цзян Су Су были для неё шоком. То, что когда-то было сердцем, полным искренности, только на этом этапе оказалось просто тщательно спланированной аферой. Сюань Ли вместе с Цзян Су Су делали всё открыто, чтобы привлечь внимание своего противника. В то время она понятия не имела, почему Сюань Ли продолжал повторять снова и снова, что в его сердце была только она, Цзян Жуань, и всё же он мог заниматься интимными вещами с Цзян Су Су, когда он даже не делал этого с ней.

Оглядываясь назад, Цзян Су Су, должно быть, была такой же, как сегодня, использовала свои чары на Сюань Ли, что впоследствии заставило его относиться к самой Цзян Жуань по-другому.

Неважно, была ли это прошлая жизнь или эта, было очевидно, что Цзян Су Су и ей было суждено сражаться до победного конца. В своей прошлой жизни она была влюблена в Сюань Ли, поэтому Цзян Су Су похитила Сюань Ли. В этой жизни Вдовствующая Императрица выдала её замуж за Сяо Шао, поэтому Цзян Су Су тоже хотела похитить Сяо Шао. Цзян Жуань была в ярости, когда посмотрела прямо в глаза Цзян Су Су, но почти сразу же она вернулась к спокойствию и скрытности.

– Что ты собираешься делать? – Сяо Шао спросил: – Убить её?

Хотя Сяо Шао был помечен именем мятежного негодяя, когда он решал вопросы, это всегда было чрезвычайно тщательно. Он никогда не беспокоился о борьбе, интригах и соперничестве за привязанности во внутренней резиденции. Он выполнял дела так жестоко и прямолинейно, что даже гвардия Цзиньи воплощала этот аналогичный подход к решению ситуаций, простой и жестокий, просто убей и дело с концом. Цзян Су Су действительно совсем не понимала Сяо Шао, потому что, хотя Сяо Шао был предметом многих слухов, многие вещи, относящиеся к нему, могли быть только слухами. Таким образом, Цзян Су Су совершила серьёзную ошибку, свалив его в одну кучу со всеми другими мужчинами, не понимая, что высокомерие действительно укоренилось в нём. Так же, как и сегодня, несмотря на то, что его подставили, молодой человек не стал пассивно подчиняться манипуляциям Цзян Су Су. Наиболее вероятной возможностью было то, что он убьёт всех в Цзян фу и уйдёт, не задумываясь. В конце концов, даже если бы Императору действительно пришлось вернуть его под стражу, результатом было бы просто отнестись к этому серьёзно, но мягко уладить.

_______________________________

1. 侧妃 (cefei) – цэ» означает сторона», поэтому Цэфэй» буквально является боковая супруга» Вана, сродни второстепенной жене. Среди супруг Вана, Цэфэй является самым высоким рангом ниже Ванфэй (文妃, главной жены). У Вана может быть две Цэфэй.



***

– Ну зачем же? – Цзян Жуань мягко спросила: – В конце концов, мы сёстры, так что нет необходимости быть злобными и безжалостными. Просто, – она посмотрела на Цзян Су Су, которая смотрела на неё взглядами-кинжалами, полными ненависти, и слегка улыбнулась, – Поскольку вторая сестра так боится, что не сможет выйти замуж до такой степени, что готова даже использовать своё тело, чтобы привлечь твоё внимание, тогда, как старшая дочь Ди, я просто обязана протянуть ей руку помощи.

Сяо Шао посмотрел на неё и через мгновение спросил:

– Что ты собираешься делать?

– Вторая сестра – самая выдающаяся красавица столицы, и её невинное и добродетельное тело должно увидеть как можно больше людей, – Цзян Жуань бесцветно заявил: – У Цзян фу много слуг, и если бы кто-нибудь из них смог жениться на ком-то столь же красивом, как вторая сестра, тогда я уверена, что они были бы очень благодарны.

Усталый взгляд быстро промелькнул в её глазах, но даже если это было всего лишь короткое мгновение, Сяо Шао был достаточно проницателен, чтобы уловить это. Он заметил, что всего минуту назад душевное состояние Цзян Жуань претерпело какие-то изменения. И хотя он не знал, в чём была причина, это, безусловно, спровоцировало её на принятие подобного решения.

Тем не менее что бы ни сказала Цзян Жуань, ему было всё равно. Он всегда поддерживал и безоговорочно соглашался с ней. Кивнув, молодой человек сказал:

– Хорошо.

Цзян Су Су уставилась на Цзян Жуань в полном недоумении. Никогда бы она не подумала, что дерзость Цзян Жуань стала настолько экстремальной, или, возможно, потому, что те последние несколько раз, когда Цзян Жуань, очевидно, могла отправиться на смерть и всё же удержалась за чью-то руку, заставили Цзян Су Су думать, что Цзян Жуань неизбежно пыталась избежать определённых вещей, которые могут иметь неблагоприятные последствия. Поскольку Цзян Цюань нежно любила Цзян Су Су, если что-нибудь случится с Цзян Су Су и возникнет какая-либо связь с Цзян Жуань, Цзян Цюань однозначно не оставит права на ошибку и, несомненно, усложнит ей жизнь. Но в этот момент Цзян Жуань заговорила, что означало, что у неё были все намерения отбросить все притворства сердечности, и она не давала никакой свободы действий другим.

Цзян Жуань встала перед ней, глядя на Цзян Су Су сверху вниз, её взгляд был безжизненным, как стоячая вода. Она никогда не забывала ненависть из своей прошлой жизни. Цзян Су Су изначально намеревалась заставить её потерять всё, что у неё было, и в конечном итоге медленно саморазрушиться. Глядя на это сейчас, именно она сейчас была лишней. В настоящее время Ся Янь потерпела поражение, стремление Цзян Чао сдать императорский экзамен и стать чиновником было подавлено, а о репутации Цзян Су Су не стоило и говорить. По сравнению с великолепной жизнью, которую она вела в предыдущей жизни – элегантное и изысканное сказочное существование – всё выглядело так, как будто это были два разных человека.

Первоначальная одержимость теперь казалась ненужной. Цзян Су Су привыкла притворяться, и всё это время она притворялась феей просто в своём стремлении подняться до более высокого статуса. От кого-то, чьё сердце постоянно тянулось к небу, чтобы впоследствии опуститься до такого низкого статуса и прожить свою жизнь, полагаясь на других даже в получении того самого воздуха, которым она дышала, что бы это было за чувство?

С точки зрения Цзян Су Су, это было бы болезненной формой пыток и наказания.

Цзян Жуань опустила взгляд. Она не стала бы тратить своё время на клопа, которому суждено было пасть в знак капитуляции к её ногам в этой жизни. У неё всё ещё были Цзян Синь Чжи, семья Чжао и Сюань Пэй. Какие бы возможные бедствия или невзгоды ни встречались на пути Цзян Жуань, она приложит все усилия, чтобы искоренить их все. Для неё не было ничего полезного в том, чтобы Цзян Су Су прожила ещё один день, потому что было ещё много вещей, которые нужно было быстро устранить, а Цзян Су Су уже давно чувствовала себя слишком комфортно.

Равнодушно она сказала:

– Тогда мне придётся побеспокоить Фуцзюня (1), чтобы он придумал способ выгнать вторую сестру. Помни, чем оживлённее место, тем лучше, – её губы изогнулись в блаженной улыбке, Цзян Жуань была яркой и соблазнительной, очень похожей на рыжую лису: – Такая красота, она, безусловно, достойна того, чтобы ею поделились с массами.

Сяо Шао был совершенно поражён непринуждённой и естественной манерой Цзян Жуань, в которой она произнесла Фуцзюнь». Молодой человек не знал, был ли он шокирован или напуган, но, в конце концов, на его лице всё ещё было слабое чувство удовольствия. После минутного молчания Сяо Шао сказал:

– Цзинь Эр.

Цзинь Эр почесал голову, вставая:

– Хорошая идея, хорошая идея. Господин, как насчёт того, чтобы выбросить её через главные двери Цзян фу? Если тащить её слишком далеко, то это было бы так утомительно.

– Этого должно хватить, – Цзян Жуань улыбнулась: – Прости, что беспокою тебя.

– Это совсем не проблема, юная фужэнь, но, пожалуйста, проявите немного сочувствия к господину, – Цзинь Эр улыбнулся. Одной рукой он поднял Цзян Су Су и вылетел; тайные стражи владели боевыми искусствами, которые были непостижимы. Кроме того, там уже были резервные люди, чтобы помочь, и с теми слугами и служанками, которые были за дверью, ожидая, чтобы посмотреть хорошее шоу, уже разобрались. Иначе не могло быть, чтобы до сих пор они не появлялись.

После того, как Цзинь Эр ушёл, Сяо Шао поднял взгляд, чтобы посмотреть на Цзян Жуань, а затем внезапно заявил:

– Ты несчастлива.

– Естественно, я не могу быть также счастлива, как ты, – выражение лица Цзян Жуань не изменилось, её улыбка была, как обычно, нежной. Однако, без её ведома, это неожиданно позволило заметить чувство неудовлетворённости или, возможно, безвкусный оттенок гнева. Она заявила: – Потрясающая красавица, которая прилагает все усилия, чтобы соблазнить, я уверена, что мало кто имел возможность быть настолько счастливым, чтобы столкнуться с таким зрелищем. Фуцзюню крайне повезло.

Разум Сяо Шао на мгновение опустел, прежде чем он опустил глаза, чтобы подумать дальше. Внезапно его губы изогнулись в лёгкой улыбке.

_______________________________

1. 夫君 (fūjūn) – старинная форма обращения к мужу, часто из уважения и ласки.