Новости о поврежденных каналах дошли до Соланты, когда она находилась в командном пункте, хотя она не ожидала услышать это от Старейшего.

[Как вы с ними общаетесь? Вы действительно способны проложить мост разума так далеко в крепость?]

[Аххх] — уклончиво ответил Старейший. [Конечно. Но, нет, ты не можешь использовать меня в качестве ретранслятора сообщений].

[Я и не думала об этом] — солгала Соланта. [Спасибо, что сообщили мне об этой проблеме. Я как можно скорее отправлю строительные бригады].

Достаточно было одного слова, чтобы несколько разведчиков побежали передавать приказ, и Соланта смогла снова обратить свое внимание на Старейшего.

[Вы не используете мост разума, чтобы говорить со мной...] — сказала она спокойным тоном.

[Это новая секретная техника, которую я изобрел].

[Можете объяснить?]

[Это слишком сложно].

[Я могу попросить Генийанту разобраться].

[Я не буду. Повторяю. Не буду! Твоей ретрансляционной станцией].

[Мои мысли никогда не шли в таком направлении] — продолжала лгать Соланта.

Старейший мог общаться с ними без использования моста разума? Это была важнейшая информация! Каковы были ограничения? Дальность? Зная Старейшего, это должно быть до абсурда мощная способность, даже больше, чем она ожидала.

[Просто сосредоточься на главном вопросе] — резко сказал Старейший. [Там, похоже, все летит к чертям! Кто-нибудь проверял стену?]

[Это происходит прямо сейчас, пока мы говорим].

[Блин. Монстры продолжают прибывать. Попробуй разобраться, а я пока буду здесь, на платформе, если я тебе понадоблюсь].

[А если мне понадобится, чтобы вы передали сообщение?]

Тишина.

Задумчиво щелкая мандибулами, Соланта подошла к модели крепости, висевшей в центре командного пункта. То, что когда-то было расширяющейся картой бесчисленных туннелей, исследованных Колонией, теперь превратилось в подробную модель самой крепости, разрезанную в нескольких местах, чтобы можно было видеть внутренности. В данный момент генералы ползали по ней, размещая маркеры, чтобы обозначить поврежденные участки каналов.

Она надеялась, что приток маны из вентиляционных отверстий будет управляем с помощью тех мер, которые они предприняли, ведь моделирование показывало именно это, но реальность часто не оправдывала ожиданий. Победа определяется планированием и практикой, это было ее девизом, и в данном случае она была не менее прилежна.

У них были запасные резервуары, выпускные клапаны, и если все остальное не сработает, они могли бы на время прекратить поступление маны с платформ, хотя это остановило бы накопление энергии. Спокойная и собранная, как всегда, она руководила движением внутри командного пункта, отдавая приказы и собирая информацию, просчитывая все варианты в своем логистическом уме.

Много времени не потребовалось, чтобы составить общую картину. Резчики были разбросаны по всей крепости, осматривая каналы и ища признаки давления, и они их нашли. Это всегда было предметом беспокойства: каналы были построены для переброски огромных потоков маны, но даже малейший дефект в их конструкции мог привести к серьезным проблемам.

Похоже, вентиляционные отверстия выделяли гораздо больше энергии, с более высокой концентрацией, чем они рассчитывали, что создавало огромную нагрузку на сеть каналов. Дефекты обнаруживались быстрыми темпами, и резчики вели гонку со временем, пытаясь исправить их, пока трубы не успели взорваться им в лицо.

Через час взорвались еще два канала, и были подключены дополнительные платформы пыхачей, чтобы справиться с избытком энергии. Запасные резервуары быстро наполнялись, и тем временем Соланта чувствовала, как напряжение в командном пункте и среди проходящих муравьев нарастает.

Сохраняя спокойствие и самообладание, она решала проблемы одну за другой, следя за тем, чтобы для решения каждой из них были выделены соответствующие ресурсы, и используя обширную логистическую сеть для своевременного предоставления всего необходимого.

Затем она узнала о стене.

«Пленник сбежал!» — доложил выдохшийся разведчик, ворвавшийся в командный пункт. «Мы не могли сообщить, так как туннели были заполнены ядовитой маной. Крат Гоззи сбежал через дыру во внешней стене!»

Соланта задумчиво щелкнула мандибулами. Гоззи сбежал? Этого она не ожидала. В конце концов, что его могло ждать за пределами крепости? Быстрая смерть, если ему повезет, или медленная, изнурительная, если его поймают свои же. Гоззи не было смысла сбегать. Из всех судеб, которые его ждали, самой мягкой была провести остаток своих дней в камере, и он очень хорошо это понимал.

Что-то изменилось, произошло нечто неожиданное. А Соланте не нравились неожиданности.

Мир вокруг нее замер, пока она размышляла, пытаясь вписать этот новый кусочек головоломки в остальные, и обнаружила, что ему просто нет подходящего места. Когда она представляла себе кампанию, она всегда была в виде тысячи отдельных кусочков, каждый из которых представлял идею, индивидуальную или коллективную, со своими сильными и слабыми сторонами и уникальной формой. При правильном размещении они гармонично сочетаются друг с другом, создавая пространство для других идей, которые могли работать вместе с ними, расширяя сеть достижений.

Она долго и усердно трудилась, чтобы создать кусочки, необходимые для того, чтобы пазл сложился, и все, что она делала с тех пор, — это корректировала план, внося небольшие изменения, чтобы кусочки гармонично сочетались.

Теперь, внезапно, что-то не вписывалось. Что это могло быть? Что изменилось?

Она сосредоточилась на головоломке Гоззи, эгоистичного пожилого Крата. Хитрый и безжалостный, он был чрезвычайно эгоистичен даже для Крата. Что могло заставить его так рисковать своей жизнью? Чем больше она думала над этой проблемой, тем больше беспокоилась. Незначительных изменений было недостаточно, чтобы все части сложились воедино. Она начала придумывать все более и более нелепые сценарии, сгибая детали то в одну, то в другую сторону, деформируя их, пока обдумывала различные катастрофические варианты развития событий.

Картина в ее голове становилась все более беспорядочной — в том, что раньше было гармоничным целым, появлялись огромные трещины. Ситуация становилась все хуже и хуже, пока...

Щелк.

Соланта пришла в себя и обнаружила, что штаб-квартира замерла, все глаза были прикованы к ней, ожидая реакции на этот последний кризис. Она снова клацнула мандибулами, немного раздраженная.

«Отправьте команды на стену, мы должны остановить заражение любой ценой. Эта задача имеет приоритет даже выше, чем каналы».

«А что насчет пленника?»

«Забудьте о пленнике. У нас все равно нет возможности вернуть его. Сосредоточьтесь на том, что мы можем контролировать, и игнорируйте все, что мы не можем контролировать. Приступайте к делу. Обновите модель, немедленно».

Она отдавала приказы, подталкивала и ворчала, пока остальные муравьи не приступили к делу, прилагая все усилия, чтобы справиться с разворачивающейся катастрофой. Это был опасный момент для Колонии, более опасный, чем кто-либо мог себе представить. Действительно, нельзя было исключать, что Соланта отдаст приказ о полном отступлении с пятого в ближайшие несколько часов.

И все же… она так не думала.

Соланта не проигрывала. Ей было все равно, с кем ей придется сражаться, даже если это будет Древний. Она отказывалась проигрывать.