— Вы уверены, что больше ничего не нужно? В комнате в стипендиальном общежитии есть только кровать, стол и шкаф.
— Но ведь через три недели ты переедешь в общежитие.
— Всё равно ведь там всё понадобится, разве нет? Чтобы жить по-человечески, нужно довольно много базовых вещей. Кроме одежды и постельного белья, даже такие мелочи, как кусачки для ногтей, расчёска, резинки для волос — всё пригодится.
Ивон, по пути в стипендиальное общежитие, заехал в ближайший универмаг и скупал всё необходимое. Он купил бейсболку, чтобы скрыть синяки на лице, шарф, а также простые постельные принадлежности и пижаму, чтобы было в чем спать, несколько футболок и повседневную одежду. Он выбрал шампунь, мыло, полотенца, чашки, коврик и тапочки, чтобы защититься от холода на полу, а также настенные часы и настольную лампу.
Необходимые вещи продолжали множиться. Каждый раз, глядя на Уён, которая с покрасневшим лицом послушно следовала за ним, он вспоминал о новых покупках. Всё всплывал образ, как она стояла на мосту в тонкой школьной форме и босиком, дрожа от холода, поэтому Ивон настоял на покупке пальто с густым мехом, длинного пуховика, тёплых сапог до колен и комплекта толстых носков. Вспомнив её шершавые руки, он купил вазелин и хороший лосьон, а также кожаные перчатки. Представив её обувь, испачканную слезами и грязью, он подобрал удобные кроссовки и пару повседневных туфель. К туфлям понадобится деловой костюм, а к нему — одна-две подходящие сумки, и, возможно, украшения к костюму. У неё и так светлая кожа, поэтому простые, элегантные украшения из розового золота будут смотреться хорошо.
А ноутбук, раз его нужно использовать несколько лет, должен быть с хорошими характеристиками. Можно заехать в художественный магазин и купить базовые принадлежности для рисования...
...Что я, собственно, делаю?
Хонён, который сзади нёс несколько пакетов, не мог понять, что происходит.
Да, он понимает, что его ответственный начальник старается добросовестно выполнять обязанности опекуна. Он понимает, что тот заботится о талантливой будущей художнице.
Но опекун или спонсор — это не родители. Такие вещи можно просто поручить личному помощнику или отправить деньги, чтобы она купила необходимое в рамках установленного бюджета.
И если подумать, разве Ивон был любителем шопинга? Ни в коем случае. У него почти не было материальных желаний, и только когда он чувствовал острую необходимость, он добавлял вещь в список покупок. И даже тогда он покупал что-то один раз и пользовался годами. Поэтому импульсивные покупки были редкостью, а обычно он просто спокойно делал заказы через личного шопера. Чтобы он так обходил все отделы — такого Хонён не припоминал.
Конечно, это не значит, что Ивона можно было назвать бережливым или скромным. Его критерии покупок основывались на строгом эстетическом вкусе и качестве вещи. Если ему что-то нравилось, он не обращал внимания на цену или бренд и обязательно покупал. Он мог спокойно пользоваться серебряными приборами от старинной фирмы Albin за обычным ужином, но при этом заказывал костюмы в старом ателье в районе Согун-дон в классическом стиле. Он не боялся перешивать и носить старую обувь на каблуках. Даже кожаная сумка, подаренная крёстным при поступлении в семинарию, была бережно ухожена и прослужила ему 12 лет. Ивон считал это рациональным, а Хонён — аристократичным.
Но сегодня было что-то странное.
Дважды перегрузив пакеты в машину, Хонён, улучив момент, когда Уён пошла в туалет, максимально вежливо сказал:
— Управляющий, может, вызвать начальника Чхве Иджон? Она сразу приедет.
Ивон, сидевший на диване в гостиной с травяным чаем, наклонил голову:
— Вы устали?
— Нет, просто у вас есть личный шопер, зачем же...
— Если я так сделаю, она почувствует себя неловко.
Вы думаете, сейчас ей не неловко? Всё это выглядит как обычное транжирство...
Хонён подавил эти слова коротким кашлем. Глаза Ивона сузились:
— Это выглядит странно?
— Нет.
Когда Хонён вежливо улыбнулся и промолчал, Ивон с лёгкой улыбкой признался:
— Когда я на неё смотрю, мне одновременно и тревожно, и беспокойно, и в то же время она кажется мне такой милой и жалкой, что хочется купить ей всё необходимое. Наверное, старший брат чувствует то же самое, когда его младшая сестра поступает в университет.
Хонён с ошарашенным лицом посмотрел на начальника. У него самого была младшая сестра, и он никак не мог согласиться с этим утверждением. Голос Ивона звучал любопытно:
— Кстати, Хонён, я помню, у тебя тоже есть младшая сестра. Как ты себя чувствовал, когда она поступала в университет?
— Я точно не чувствовал себя так.
Реальность была далека от его романтических фантазий. Хонён вежливо промолчал и лишь пожал плечами. Ивон заинтересованно посмотрел на него:
— Кажется, у вас большая разница в возрасте?
— Да, семь лет. Недавно она сдала госэкзамены и теперь подрабатывает у отца в магазине, но я не знаю, работает она или вымогает деньги.
Ха-ха-ха-ха! Ивон рассмеялся от души.
— Должно быть, было приятно заботиться о сестре, когда она росла. Покупать ей красивую одежду и обувь, давать карманные деньги, подвозить до школы, заезжать по пути на работу и кормить её... У меня нет сестры, поэтому я всегда завидовал таким отношениям.
Кхе, кхе-кхе-кхе! Хонён поспешно прикрыл рот и яростно закричал про себя: Это совсем не так! Вы просто не знаете, что такое реальная младшая сестра! Это существо, которое совсем не вызывает тёплых и нежных чувств!
Да, он так говорит только потому, что у него нет сестры, и он просто не знает. Хонён, который вырос между матерью и сестрой, получая тумаки, как боксёрская груша, изо всех сил старался великодушно понять эту нелепую романтику. Он сам уже стал одиноким мужчиной, который не сохранил ни капли подобных иллюзий, но не мог же он критиковать мечты своего начальника, который платит ему зарплату.
Но, возможно, для управляющего Хана это действительно было бы так. Говорят, он вырос один без матери и братьев, рядом с суровым и занятым отцом, и всегда завидовал шумным семьям с братьями и сёстрами. Он и так был очень добрым, любил животных и детей, и если бы у него была младшая сестра вроде Уён, он бы, наверное, носил её на руках.
— Надо было купить ноутбук и отправить его, но предварительно стереть ценник... Или сказать, чтобы она выбрала что-то подешевле...
Ивон вздохнул. В голосе слышалась досада.
Некоторое время назад они зашли в магазин электроники, и он написал на листке нужные характеристики процессора, памяти, видеокарты и протянул продавцу. Он предпочитал нужные характеристики, а не цену. Как раз в том отделе как раз был выставлен подходящий вариант.
Проблема была в том, что ценник с суммой, почти равной стоимости обучения, был приклеен на видном месте.
— Э-э, аджосси, цена не ошибка...?
Уён до этого не выглядела особенно обеспокоенной, когда они покупали одежду, одеяла и сумки, так как ценники не были видны. Она сразу и без колебаний выбирала то, что хотела. «Аджосси, спасибо. Ой, как красиво! Я хорошо использую. Ух ты, как здорово! Очень здорово!» — Уён со слезами на глазах, переминаясь с ноги на ногу, беззастенчиво выражала свою благодарность и радость.
У неё был ярко выраженный вкус и чёткое разделение «нравится-не нравится». Она любила нечто примечательное, а не скучное, яркие акценты и дизайн, где нечто необычное сочеталось с простотой. Она считала свой стиль очевидным и совершенно не заботилась о трендах. Никогда не спрашивала: «Как думаешь, это красивее? Или то?» Если честно, это было весьма необычно.
Но это было до того, как она увидела цену. Уён, которая и в магазине электроники не могла скрыть радостного возбуждения, как только увидела ценник, побледнела и остановилась.
— Мне не нужно. Если понадобится, я куплю позже.
Похоже, для Уён сумма в 5 миллионов была тем порогом, за которым она не могла представить возврат долга. Ивон поспешно догнал её и мягко сказал:
— Тебе ведь всё равно это нужно, зачем жить в неудобстве? Если купить что-то дёшево, оно быстро устареет и придётся менять, так что лучше сразу взять хорошую вещь.
— Не нужно, совсем не нужно. Честно.
— Ты ведь будешь изучать Photoshop или Illustrator? Можно установить программы сразу...
Хонён, стоявший сзади и открывавший было рот, чтобы сказать, что программы стоят не десятки, а сотни тысяч, увидел, как Уён решительно покачала головой:
— Я на отделении живописи, так что мне не нужно. Я не буду пользоваться Photoshop. И в общежитии есть общие компьютеры. Я буду пользоваться ими.
Ивон заметил, как дрогнули её брови, и молча отступил. Девочка по имени Уён всегда была напугана, но в своих мнениях была непоколебима, и по крайней мере перед ним она не боялась их высказывать.
Это поведение можно было бы назвать «доверием».
И он не хотел делать ничего, что могло бы её обременить.
Закончив покупки, Ивон поехал в стипендиальное общежитие и помог разобрать вещи. Директор Чон Джэгён выскочил и лично проводил их в комнату. Одноместная комната была маленькой, но с большим окном, светлой и чистой. Но кроме кровати, стола и шкафа, в ней действительно ничего не было.
Уён была отстранена от разбора вещей через минуту после начала. Отчасти потому, что они мешали друг другу и не могли работать, но в основном потому, что её организаторские навыки были катастрофическими. Когда Ивон складывал одну вещь, Уён рассыпала пять. Для Ивона, у которого была почти навязчивая любовь к порядку, Уён просто мешала.
В конце концов Уён получила наказание — сидеть на кровати и только смотреть. Она с горящими глазами наблюдала, как красивый эльф порядка аккуратно расстилает постельное бельё без складок, заправляет углы, развешивает одежду по размеру и складывает полотенца в ванной ровными стопками, словно энциклопедии. Каждый раз, когда заканчивалась одна задача, раздавались щедрые аплодисменты и возгласы восхищения.