Снаружи есть пруд.
Я должна пойти и вымыть соску, иначе на ней вырастет плесень.
Во-первых, из чего это сделано?
Я довольно долго пробыла в башне и, в последнее время, не могла выйти из Силлофии, поэтому стала чужой для внешнего мира.
Слизь…
Я бы определённо чувствовала себя более комфортно, если бы могла предотвратить её появление.
Я изо всех сил поползла через дорогу.
Выйдя на улицу, я увидела, насколько большим был особняк. Честно говоря, я видела это с первого взгляда, даже когда лежала со своим маленьким телом.
Он слишком большой.
Я даже не знаю, понадобится ли мне целый день, чтобы обойти его.
Но было кое-что, что я знала... сначала я должна вымыть свою соску.
Я заметила фонтан недалеко от того места, где я лежала с соской во рту.
Слава Богу, мне не нужно идти к пруду.
Мои руки и ноги напряжённо работали, пока я ползла по прямой к фонтану.
– Хашви...!
Чёрт! Это было слишком далеко!
Он только казался близким, но, на самом деле, был довольно далеко.
У меня, естественно, перехватило дыхание. Пока я пыхтела, соска продолжала выпадать у меня изо рта.
Соска, нет!
Я быстро остановилась, посадила свою задницу на землю, вытянула ноги и прижала соску назад обеими руками.
– Эопуу…
Я держала соску в руках и тяжело дышала.
Земля почему-то казалась горячей.
В каком мы сейчас сезоне? Сколько времени прошло с тех пор, как меня предали?
Я почувствовала головокружение, когда откинула голову назад, чтобы посмотреть на ясное голубое небо.
...Сейчас осень?
Я рефлекторно закрыла глаза и тряхнула головой, чтобы избавиться от головокружения.
Я наклонила голову вперёд, когда почувствовала, что вот-вот упаду.
Я... я чуть не умерла.
Существовала высокая вероятность того, что лёгкий удар по моей голове, наполненной мягкими волосами, приведёт к тому, что моя голова не будет функционировать должным образом.
Я погладила себя по затылку от счастья, так как моя драгоценная голова и волосы были в безопасности….
– Гууу…
Гладкие... Мягкие... Волосы...!
Давай остановимся. Они короткие.
Я наклонилась вперёд и поспешно двинулась дальше.
К счастью, благодаря моим трудолюбивым рукам и ногам, я наконец-то смогла добраться до фонтана.
Затем я напряглась.
– Хашви...!
Чёрт, никто не говорил мне, что он так высок!
Даже если бы я стояла, вероятно, я не смогла бы увидеть даже капли воды.
Сколько времени я потратила, чтобы добраться сюда...
Мои мысли улетучились. Обратный путь казался ещё более далёким.
Я хотела сначала бросить вызов, поэтому схватилась за мрамор вокруг фонтана и подтянулась к стойке.
Журчание, журчание, журчание.
Я слышала журчание воды, стекающей из фонтана.
– ...Что это за чертовщина?
– Дюк, я думаю, что это... ребёнок?
Служитель рядом с ним наклонился и ответил ему.
Слуга семьи Краун поднял голову и увидел, что Герцог Дешар Краун резко повернул голову и нахмурился.
Служитель немедленно закрыл рот, когда увидел резкий блеск в его глазах.
– Ты думаешь, я спрашиваю об этом сейчас, потому что не знаю, что это такое? Я спрашиваю, почему здесь разгуливает ребёнок.
– Это... пожалуйста, извините меня.
Дворецкий наклонился вниз.
Дворецкий особняка был слишком медлителен, поэтому он послал слугу следовать за ним рядом с Дешаром Крауном.
– Чей это ребёнок? Чей это внебрачный ребёнок? Кто же так заботится о ребёнке!?
– Возможно, это дитя покойного молодого Господина.
Дворецкий внимательно посмотрел на девочку и слегка улыбнулся.
Однако никто из говоривших не вышел вперёд, чтобы помочь ребёнку.
При этих словах дворецкого, лицо Дешара Крауна стало непроницаемым.
Он смотрел на маленькую одинокую спину ребёнка, как будто услышал что-то совершенно неожиданное.
–...Что? Разве она ещё не ребёнок?
– Да. Если подумать, то ей, кажется, всего несколько месяцев. Она может ходить так рано.
– Так что же она делает прямо сейчас?
С этими словами, Дешар Краун слегка потёр бороду.
Несмотря на седые волосы и бороду, у него было сильное и мускулистое тело. У него были морщины на лице, но выражение его лица оставалось таким же свирепым, как и всегда.
С годами его бледно-серебристые глаза казались почти серыми, однако его навыки всё ещё были живы.
– Отец, что ты там стоишь?
– Шарендт.
– Да.
У мужчины было резкое выражение лица.
Его голос звучал сладко, но глаза сверкали острым огнём. Каждое его движение было властным, но наполненным достоинством.
Взгляд мужчины смягчился. Он проследил за направлением взгляда Дешара Крауна.
– Кто там?
– Осиротевший ребёнок твоего младшего брата.
– Ах…
Это было тихое восклицание, но любой мог почувствовать смех, скрытый за ним.
Он сбежал неизвестно куда с таинственной женщиной и даже родил ребёнка. Он даже не смог защитить себя и, в конце концов, умер, а в особняк вернулся только новорожденный ребёнок.
– Так вот оно что.
Не было ни малейшего внимания к титулу, относящемуся к ребёнку.
Без чьей-либо помощи, Селине наконец удалось подняться на ноги. Однако она споткнулась, как будто её ноги не работали должным образом.
– Это, это...…
Ошеломлённый Дешар Краун шагнул вперёд, смущённо кашлянул и снова отступил.
Когда девочка закачалась, все, кто смотрел на неё, занервничали.
Спустя долгое время, девочка, которая хлопала крыльями, пытаясь удержать равновесие, наконец встала, держась за фонтан.
– Похоже, горничная плохо справляется со своей работой.
Услышав холодные слова Шарендта, стоявшая рядом горничная присела на корточки. Его взор не был специально направлен на неё, но слова были настолько резкими, что она почувствовала, что они был направлены на неё.
Было так холодно, что служанка замёрзла на месте.
– Успокойтесь, Шарендт.
– Да, отец.
Слова Дешара Крауна рассеяли холодную энергию, витавшую вокруг Шарендта.
На губах Шарендта появилась холодная улыбка.
Дешар Краун взглянул на Шарендта и прищёлкнул языком.
– Отец стал слишком мягкосердечным.
– Ты слишком остра, чтобы быть такой, какой должна быть.
Шарендт тихо закрыл рот, услышав слова Дешара Крауна, и прищурился.
Тем временем, Селина, наконец, научилась поддерживать себя одной рукой, в то время как другой держала соску.
Селина отчаянно боролась со своими короткими конечностями. Ей почему-то захотелось вытереть кончик соски и она отчаянно попыталась потереть его о грудь.
Но как бы она ни размахивала руками, они были короткими, слишком короткими.
– Эшви!
Шарендт прищёлкнул языком, услышав молодой голос, полный лёгкого раздражения.
– Что она делает? Почему её не уводят в её комнату прямо сейчас?
Был отдан холодный приказ.
Дворецкий склонил голову и подозвал горничную. Горничная, тихо стоявшая позади них, подбежала к девочке.
В этот момент, глаза ребёнка обратились туда, где стояли Дешар Краун и Шарендт.
Она снова села на пол с пустышкой во рту и, увидев бегущую к ней горничную, вскочила.
Она взглянула на Шарендта и Дешара Крауна, повернулась и, со звуком «шша-ша-ша», быстро поползла прочь.
– Она как таракан.
– ……
Шарендт улыбнулся. Уголки его рта были приподняты, но глаза не улыбались.
Дешар Краун от удивления открыл рот, но тут же прищёлкнул языком.
Это было не совсем правильно, но аналогия была совершенно бесспорной.
– Отец должен оставить всё как есть. Ты же знаешь, что полукровка не может носить имя Крауна. Во-первых, совершенно тревожно, что в её жилах течёт кровь правящей семьи… – С улыбкой сказал Шарендт Дешару Крауну, который смотрел в ту сторону, где исчезла Селина.
Даже раньше, Шарендт, который может похвастаться безупречной родословной, никогда не соглашался принять своего единственного младшего брата.
Причина была в том, что его поведение было легкомысленным и расточительным. Шарендт ненавидел его за то, что он пренебрегал своим званием и общался с кем попало.
И Дешар Краун тоже был человеком, чья кровь была очень важна. Он считал разбавленную кровь чем-то несущественным.
По этой причине, только ребёнок, рождённый от чистой крови и из знатной семьи, мог унаследовать фамилию Крауна.
Это была их давняя традиция. Неписаное правило, которое никогда не нарушалось.
– Ты не должен ворчать передо мной, я и так это знаю.
С холодным выражением лица, Дешар Краун снова отошёл в сторону.