Контент удален!

1 - 22

Бом постояла среди зевак, посмотрела на них и начала потихоньку собираться уходить. Заметив это, кто-то из друзей Пэк Хён Гю завопил во всё горло: «Твоя бывшая уходит!»

На том драка и закончилась. Ни разбитых губ, ни крови — довольно невинно и мелко.

Сбежавшиеся поглазеть студенты, разочарованные скучной развязкой, разошлись. Бом хотела уйти вместе с ними, но друзья Пэк Хён Гю её задержали.

— Слушай, правда, прости. Мы и не знали, что Пэк Хён Гю такой.

— Да, мы просто однокурсники, только в универе и видимся, к этим уродам никакого отношения не имеем. Не друзья мы им. Так что, может, нас из этого исключишь?

Судя по всему, Пэк Хён Гю и Ким Сон Тхэ стали мусором, а остальные спешили от них откреститься. Бом и сама больше не хотела иметь с ними ничего общего.

— До выпуска со мной не заговаривайте.

— …

— И не смотрите на меня. Встретите — проходите мимо, — сухо сказала Бом. — Тогда будем считать, что сегодня ничего не было.

— Правда, и всё?..

А почему бы и нет? Злость за сегодняшнее — одно, а чувств ни к Пэк Хён Гю, ни к его друзьям у неё не осталось. Ей просто хотелось поскорее отсюда уйти.

Бом поправила сумку на плече и развернулась. Пэк Хён Гю, неловко топтавшийся рядом, подошёл к ней.

— Давай поговорим.

— Забыл, что обещал моему брату?

Пэк Хён Гю вздрогнул.

— Я ненадолго… Пять минут. Ладно?

Бом холодно прошла мимо. Пэк Хён Гю по привычке грубо потянулся к ней. Но едва он попытался схватить её за запястье, как его руку отбросило назад.

— Не трогай её.

Тень высокого человека накрыла его, как грозовая туча.

— Ты ей, похоже, больше не парень.

Чуть по-юношески звонкий голос разделил их. Бом коротко вздохнула, глядя в пустоту.

Пэк Хён Гю с каким-то странным чувством дежавю поднял голову. До противного высокий рост, мускулистые плечи, длинные ровные руки и ноги. С такой идеальной фигурой — перевёрнутым треугольником — в этом университете был только один человек.

Юн Чжи У. Блестящий друг детства Хан Бом. Такой блестящий, что бил рекорд за рекордом и попал в сборную. Везунчик, трижды надевавший на шею золотую медаль.

Юн Чжи У был гордостью и кумиром университета. Хочешь настроить против себя всех студентов — способ простой: скажи одно плохое слово о Юн Чжи У.

С появлением Юн Чжи У сбежались новые зеваки — девчонки, которые в открытую фотографировали и визжали. И что они в этом тихоне нашли? Грудь Пэк Хён Гю переполнила враждебность.

— Что вы устроили вокруг одной девушки? Не стыдно? — бросил Юн Чжи У, видимо, уже обо всём наслышанный.

Пэк Хён Гю ощетинился, но оправдаться было нечем, и он только сжал кулаки.

— Пришёл?

Бом равнодушно подняла глаза на друга, который был выше её на полторы головы. До средней школы они были одного роста, а потом он за год-другой бешено вымахал и превратился в здоровенного качка — и это всегда её огорчало. В детстве хоть милым был.

Юн Чжи У повернулся к недовольной Бом.

— Ты как?

— Ничего не случилось.

— Говорят, тебя ударили. Покажи.

Чжи У взял её за подбородок и медленно повертел лицо вверх-вниз и в стороны. Её лицо целиком умещалось в его огромной ладони.

— Голова гудит, пусти.

— Тебя правда ударили?..

Взгляд Чжи У на миг стал жёстким, и Бом небрежно стряхнула его руку.

— Похмелье. Вчера с Е Хи зажигали.

— Её опять Гёуль-хён отшил?..

— Это имя теперь под запретом.

Чжи У цокнул языком.

— Не устраивай проблем, пока брата рядом нет.

— Не умничай.

Чжи У забрал у неё сумки и пакеты, гроздьями висевшие на плече. На одном плече у него висела огромная спортивная сумка, а вещи Бом он легко подхватил одной рукой. И он, забирая, и она, отдавая, держались естественно, как давно женатая пара.

— Вы вообще друг другу кто? — спросил Пэк Хён Гю, ошалело наблюдавший за ними.

И в прошлый раз, и сегодня — стоит ему попытаться толком поговорить с Бом, как кто-то появляется и выставляет его дураком. Так и до травмы недалеко.

Тогда это был брат, а теперь Юн Чжи У. Юн Чжи У раздражал его с самого начала. Девчонки, бегавшие за ним и превозносившие его как звезду сборной, называли его «богом тела» и «богом физкультфака».

Бом ходила с таким рядом и утверждала, что они просто друзья, но Хён Гю с самого начала ей не верил. Стоит стеной, как телохранитель, — какой он, к чёрту, друг?

Те, кто заглядывался на Хан Бом, не решались к ней подойти тоже из-за Юн Чжи У. Поначалу и Хён Гю так думал: раз она ходит с таким красавцем, наверняка разборчивая и гордая.

Он признался, ожидая отказа, но Бом охотно ответила: «Давай». А когда они начали встречаться, оказалось, что с ней скучно. Веселиться не умеет, кокетничать не умеет, наряжаться ей неинтересно.

Её приводили в восторг всякие произведения искусства и кинорежиссёры, до которых ему не было никакого дела. Бом, знавшая всё это назубок, казалась ему чудачкой.

— Слушай, Хан Бом, ты вообще кто такая? Зачем ты со мной встречалась?

Пэк Хён Гю растерянно смотрел на Бом.

— Почему ты согласилась, когда я признался?

Бом какое-то время молча смотрела на него, а потом негромко ответила:

— Ты первым набрался смелости — вот и я решила попробовать.

— …

— Только это была не смелость, а просто понты. Теперь я это вижу.

На лице Бом, смотревшей на него, не осталось никаких чувств. Бом развернулась. Юн Чжи У ещё немного посмотрел на него и пошёл за Бом.

Оставшись один, Пэк Хён Гю опустошённо усмехнулся. Бом не сказала, чьи это были понты, но он знал.

Он презирал её за третью попытку и смеялся над её наивностью и неопытностью с мужчинами. Ему казалось: если вести себя с ней по-хамски и вбить ей в голову, что он намного лучше, Бом будет плясать под его дудку.

Ничтожеством оказалась не Бом — ничтожеством был он. Из художников он знал только Пикассо и Мону Лизу, а ни мечты, ни планов на будущее, кроме как набрать зачёты и устроиться куда-нибудь на работу, у него не было.

Разговоры с Бом порой давались ему тяжело. Книги, которые читала Хан Бом, музыка, которую она слушала, выставки, куда она ходила, как на прогулку, изделия, которые она делала своими руками. Такой девушки в его мире ещё не встречалось.

Это Бом объяснила ему, что Мона Лиза — не художник, а картина. Ему было стыдно, будто обнажилось его дно.

Потому он и съязвил: мол, занималась бы вместо того, чтобы шататься по выставкам, — не пришлось бы поступать три раза. По-другому реагировать он не умел.

И он, и его друзья рядом с Хан Бом были жалкими и ничтожными. Поэтому он её прятал. Держал дистанцию. И презирал её ещё сильнее.

Увидев, как его лучший друг обращается с Бом, Пэк Хён Гю понял: это был он сам.

— Теперь уж точно… конец, бля.

Пробормотав ругательство, Пэк Хён Гю поднял глаза к небу, покосился на место, где уже не было Бом, и повернулся спиной.

* * *

— Ты как?

— В смысле?

Чжи У искоса поглядывал на Бом, которая устало брела вниз по холму гуманитарного корпуса.

— Походи пока со мной.

— Я что, маленькая?

— Не потому, что маленькая. Я беспокоюсь, — со своей обычной суховатостью отрезал Чжи У.

— Ты лучше о своих соревнованиях беспокойся. Уже все трубят, что это твой прощальный старт.

Ему всего двадцать с небольшим, а уже заговорили об уходе из спорта. Юн Чжи У переживал свой звёздный час, сгорая без остатка, как пламя.

— Если ты не будешь влипать в истории, проблем не будет.

Бом поразилась: Чжи У обращается с ней, как с ходячей катастрофой.

— Это ты отличился. Рекорд, говорят, побил?

— Это на тренировке. Раздули из мухи слона.

Весь интернет пестрел его лицом, а тон был само спокойствие. Но Бом знала, через какие долгие годы метаний он прошёл.

Его слабым местом по сравнению с западными пловцами было щуплое телосложение; когда он резко вырос, то обрёл силу и выносливость, но взамен потерял ту невероятную скорость, что прежде давала ему рекорды.

Даже когда он провалил отбор в сборную и газеты написали, что его карьера окончена, Чжи У каждое утро вставал до рассвета и, как всегда, шёл тренироваться.

Вместе с Е Хи Бом молча была рядом, пока Чжи У в одиночку выбирался из кризиса. Кто бы мог подумать, что вечно хнычущий сопляк вырастет таким молодцом.

— Молодец.

Чжи У в ответ на похвалу лишь слегка пожал плечами. Со стороны это, может, и выглядело круто, но когда знаешь друг о друге все постыдные истории, только и думаешь: «Ну надо же, большой стал».

— Пошли лучше поедим.

Бом с равнодушным видом пошла вперёд — к корпусу с преподавательской столовой. Если явиться с Юн Чжи У в студенческую, нормально поесть не дадут.

— Что там сегодня? — спросил Юн Чжи У, послушно шагая следом.

— Котлеты из рёбрышек и острый говяжий суп.

Меню, видно, его устроило: не говоря ни слова, он широким шагом обогнал её, открыл дверь и подождал. Бом не спеша дошла и прошла первой.

Юн Чжи У, вошедший следом, всё-таки не удержался:

— На кой ты вообще встречалась с таким?

— Не знаю.

Пока они не опустошили подносы, доверху заваленные рисом и закусками, оба молчали.

— Сколько пар осталось? — спросил Чжи У, давно расправившийся со своей порцией, глядя, как Бом доедает.

Бом с набитым ртом показала пальцами кружок — ноль.

— Дневную пару отменили.

— Тогда подожди немного. Я только к профессору загляну.

— Ты же на машине?

Чжи У кивнул, и Бом мысленно возликовала. Пора было разобраться со старым барахлом, застрявшим в шкафчике.

— Права с таким трудом получила — чего не ездишь? Вещей вон сколько. Машина Гёуль-хёна всё равно простаивает.

Бом только пожала плечами — не твоё, мол, дело. Чжи У насмешливо хмыкнул.

— До сих пор направо повернуть не можешь?

— …

Не только направо — она вообще не умела перестраиваться. В городе можно было накрутить пару лишних кругов, но на скоростной трассе это становилось большой проблемой.

Однажды она не успела вовремя свернуть и доехала по Олимпийскому шоссе до самого конца. Бом решила смириться с тем, что умеет ездить только прямо.

— Дать тебе пару уроков?

— В магистратуре, видно, совсем делать нечего? Да ещё перед чемпионатом мира?

Чжи У замолчал. Обменявшись уколами, лучшие друзья молчали, пока Бом не доела.

— Кофе на улице? — спросил Чжи У, когда Бом поела, и составил подносы один на другой.

Бом посмотрела на солнце, пробивавшееся в окно, и кивнула.

— И «Виту 500» мне возьми из автомата.

— Ладно, куплю. Займи пока место.

— Тогда давай вещи, я донесу.

Чжи У вытащил из кучи тяжёлых сумок одну только маленькую сумочку Бом, отдал ей, а остальное легко подхватил и направился к окошку для грязной посуды.

1 - 1 26.10.26
1 - 2 26.10.26
1 - 3 26.10.26
1 - 4 26.10.26
1 - 5 26.10.26
1 - 6 26.10.26
1 - 7 26.10.26
1 - 8 26.10.26
1 - 9 26.10.26
1 - 10 26.10.26
1 - 11 29.10.26
1 - 12 29.10.26
1 - 13 29.10.26
1 - 14 29.10.26
1 - 15 29.10.26
1 - 16 05.11.26
1 - 17 05.11.26
1 - 18 05.11.26
1 - 19 05.11.26
1 - 20 05.11.26
1 - 21 12.11.26
1 - 22 12.11.26
1 - 23 12.11.26
1 - 24 12.11.26
1 - 25 12.11.26
1 - 26 новое 19.11.26
1 - 27 новое 19.11.26
1 - 28 новое 19.11.26
2 - 29 новое 19.11.26
2 - 30 новое 19.11.26