— Как ты узнал о сегодняшнем?.. — осторожно заговорила Бом в машине по дороге домой.
Пока они заезжали в корпус художественного факультета и перетаскивали в машину её старое барахло, Бом всё время поглядывала на Син Ю. Он был, как всегда, невозмутим, а Бом поскуливала, как щенок.
Он ведь не встречался с Пэк Хён Гю отдельно? Бом встревоженно посмотрела на Син Ю.
— Не скажешь?..
— Услышал, пока поднимался к корпусам. Все только об этом и говорили, — легко ответил Син Ю, поворачивая руль.
Бом простонала со вздохом.
— Ты же знаешь, слухи к правде отношения не имеют?
— Для этого свидетелей многовато, нет?
Он ответил мимоходом, равнодушным голосом, и Бом не могла понять, о чём он думает.
— Так, небольшая перепалка, а дрались они между собой, я тут ни при чём. И извинились передо мной как следует.
Син Ю лишь кивнул и молча вёл машину.
— Сказали, больше не будут. Я велела им до выпуска со мной не заговаривать, — с нажимом сказала Бом, глядя на безмолвного Син Ю. — Правда. На всякий случай я даже видео сняла.
Бом тревожило, что она не знает, о чём он думает.
— Ты скажешь моему брату?..
В таких делах с Хан Гёулем договориться было невозможно. Узнай он, что с Бом случилось такое, наверняка потерял бы голову и примчался в университет.
Потому Чжи У, хоть и казалось, будто докладывает обо всей её университетской жизни до мелочей, с умом кое-что отфильтровывал.
— Отдай мне видео. Тогда я ничего не скажу Хан Гёулю.
Бом ненадолго замешкалась, но кивнула.
— Если пообещаешь не смотреть…
Взгляд Син Ю, устремлённый на дорогу, мгновенно метнулся к ней.
— Всё настолько плохо?
— Просто ты, кажется, разозлишься из-за пустяка. Ты ведь тоже немножко перегибаешь с опекой.
— Не перегибаю. Просто опекаю, — поправил Син Ю. — И социально, и физически женщину нужно защищать. А ты для меня — сестрёнка, почти семья.
— …
— И теперь ещё и женщина.
— …
— Так что всё, что с тобой происходит, не пустяк.
Бом тихонько положила руку на сердце. Оно колотилось как бешеное. Едва утихшая тошнота снова начала подкатывать.
Бом задумчиво смотрела на профиль Син Ю.
— Но… нельзя же злиться каждый раз, когда с тобой обошлись несправедливо. Мир полон таких вещей.
— Потому что мир полон таких вещей, я и хочу, чтобы с тобой их не случалось.
— Это ты слишком многого хочешь…
— Верно.
Легко признав это, Син Ю посмотрел ей в лицо.
— А нельзя хотеть многого?
Глубокие спокойные тёмно-карие глаза в низких лучах солнца блестели, как шоколад.
— Вредно…
— Что?
— Всё-таки ты вреден для сердца.
Син Ю вдруг посмотрел ей пониже шеи.
— В груди болит?
Видя, как посерьёзнело его лицо, Бом помотала головой.
— Нет, не болит.
Бом взялась за его рукав и легонько потянула.
— Но если ты будешь злиться, с этого момента начнёт болеть.
Бом округлила глаза и мило улыбнулась. Син Ю невольно усмехнулся и посмотрел на её руку, трогательно вцепившуюся в его рукав.
Он накрыл её руку своей и прижался губами к тыльной стороне ладони — Бом вздрогнула. Глядя, как взлетели её веки, он игриво потёрся губами о мягкую кожу.
Рука в его ладони трепетала, как её ресницы. Милая реакция его рассмешила. Чего так пугаться — после всего, что между нами было.
Наполовину ему хотелось подразнить её посильнее и посмотреть, как она станет пунцовой, наполовину — так и доехать до дома, держа её за руку.
Но он решил сдержаться и от того, и от другого. Подразнит ещё — обидится и вырвет руку. Машина остановилась на светофоре, и Бом, затихшая так, будто задержала дыхание, подняла голову.
— Так ты теперь не будешь злиться?..
— Просто так?
— Т-ты же только что…
— М? Что?
«Что же мы такое сделали?» — неторопливо протянул Син Ю, улыбаясь обольстительными глазами. Бом ошарашенно посмотрела на него.
— Ты… только что… сюда… вот… ну, сделал же.
Она запиналась, переводя взгляд с него на свою руку в его ладони. Син Ю медленно погладил тыльную сторону её ладони.
— Так что же я сделал вот сюда, а?
С самым невинным видом он улыбнулся одними глазами. Бом поджала губы, недовольно на него посмотрела и вдруг рванула его руку к себе.
Мягкие влажные губы коснулись его руки — и тут же она что есть силы укусила. Это было так мило, что Син Ю расхохотался.
— Чего? Смешно тебе?
Бом с обиженным видом ещё раз сильно куснула его руку. Она так демонстративно вонзала зубы, что Син Ю снова хмыкнул.
— Как же бесишь…
Разочарованная его вялой реакцией, Бом ворчала. А потом ей стало совестно за слишком чёткий след зубов, и она принялась осторожно растирать его руку. След не исчезал — кожа, наоборот, краснела всё сильнее, и Бом, держа его руку, не знала, что делать.
— Ой… не проходит. Очень больно?
В Син Ю проснулся шутник.
— Немножко больно.
— Ну-у… что же делать…
Бом закряхтела, лицо у неё стало плаксивым, и Син Ю не выдержал — расхохотался.
— Ты что, меня разыграл?..
Глядя на его трясущиеся от смеха плечи, Бом поняла, что её провели, и шумно втянула воздух.
— Обманщик! Мерзавец!
Бом отшвырнула его руку. Она долго читала ему нотации — мол, нельзя так жить, — но, когда машина проезжала по мосту через реку Хан, начала клевать носом, а к тому времени, как они въехали на парковку, крепко спала.
Син Ю удивлялся, как Бом засыпает где угодно, стоит только голову приклонить. Когда он смотрел на неё, время летело стрелой.
Припарковавшись, Син Ю заглушил мотор. Почувствовав, что машина остановилась, Бом безошибочно открыла глаза. Син Ю невольно усмехнулся. В детстве она была такой же.
Однажды Бом капризничала от сонливости, но цеплялась за старших — тоже пойду с вами играть, — и Гёуль, чтобы её усыпить, взял сестру на спину. Но стоило положить её на пол, она просыпалась, и в итоге в тот день они отказались от футбола и все вчетвером легли спать днём.
— Уже приехали? Разбудил бы.
Бом протёрла глаза и отстегнула ремень. Замок щёлкнул, и Син Ю придержал ремень. Бом, уже взявшаяся за ручку двери, обернулась к нему.
Лицо, ещё затуманенное сном, было кротким. Как в детстве, когда она без спросу забиралась ему на спину.
— Оппа?..
Син Ю молча смотрел на Бом, позвавшую его осипшим голосом, а потом склонился к ней. Легко коснулся губами её приоткрытых губ и отстранился.
Во второй раз он прихватил её губы и медленно отпустил — губы разомкнулись с тихим чмоканьем. Дыхание совсем рядом было сладким.
Бом смотрела на него с прежним невинным лицом и приоткрытым ртом — будто не понимала, что с ней только что произошло.
— Ты сейчас…
Бом смотрела на него так, будто спрашивала, что это было. Лицо у неё было совершенно растерянное.
— Плата за такси.
Ответив с улыбкой, он ещё раз украл у неё поцелуй.
— А это чаевые.
Бом снова глубоко вдохнула и замерла. Её тело, мгновенно напрягшись, застыло под его рукой. Син Ю медленно поднял голову и вытер её влажные губы.
Он отпустил ремень. Бом, застыв, как заворожённая смотрела, как Син Ю выходит из машины и обходит капот. Она была как в тумане — будто только что очнулась от наваждения.
— Ну что, выходим?
Только услышав его голос, Бом поняла, что дверь открыта, и неуверенно выбралась из машины. Син Ю уже вытащил все её вещи с заднего сиденья.
— Пошли.
Он протянул руку растерянной Бом. Та ошарашенно моргала. Кажется, только что что-то произошло, но так естественно, что она упустила момент возмутиться.
Бом пристально смотрела на Син Ю, который протягивал ей руку и улыбался. Ветреник. Так и строит глазки — будто нарочно решил свести с ума.
И этот ветреник только что ограбил её на плату за такси.
— Дай сюда, я сама понесу.
Бом потянулась, чтобы выхватить у него вещи, но Син Ю поймал её руку и зашагал вперёд. В одной руке он нёс её сумку и тяжёлые пакеты, а свободной держал её за руку.
— Я понесу. Тяжело же.
— Я и сама донесу.
— А я не хочу. Я поднимусь с тобой.
— Со мной? Зачем?.. — машинально проходя за ним через входную дверь, спросила Бом.
— Потому что хочу.
— …
— Нельзя?
— Не то чтобы нельзя… просто незачем.
На самом деле главная причина была в том, что в голове царил сумбур. Когда Тхэ Син Ю был рядом, мысли разлетались.
Она только проснулась и соображала медленно. А чтобы переварить это лёгкое касание губ, так похожее на поцелуй, нужно было время.
— В общем, не надо, иди уже.
— Почему ты всё время меня прогоняешь? — улыбнулся Син Ю затуманенными глазами. — Тебе так неприятно, что я рядом?
— Не хочу тебя обременять. Ты занятой человек.
— Не занят. Довольна?
— Но всё равно…
— А Чха Чжи Вона ты бы тоже прогнала?
— …
Конечно, нет. Во-первых, Чха Чжи Вон и вполовину не так занят, как Тхэ Син Ю, — бездельник, любитель сладкой жизни. А главное, пусть он хоть сто дней мельтешит перед глазами — никакого сумбура в голове, наоборот, на душе становится спокойно.
— Нечего ответить? — съязвил Син Ю, входя в лифт.
Бом тяжело вздохнула и встала рядом с ним.
— Злишься?
— Нет.
Злится. И обиделся всерьёз. В такие моменты он и правда был как ребёнок-переросток. И зачем было всё время меня волновать.
Бом тихонько опустила взгляд на его руку, державшую её ладонь. След от зубов всё ещё отчётливо виднелся.
Бом потянула его руку к себе и подула на укус, как дуют на ссадину. Син Ю вздрогнул, будто от щекотки.
— Не дуйся.
Она подняла на него глаза. Син Ю ничего не говорил — только пристально смотрел на неё.
Взгляд был тяжёлым, густым. Как той ночью, когда он долго смотрел на неё, а потом вдруг набросился и стиснул в объятиях.
— А ты и правда выросла… — прошептал Син Ю низким, будто охрипшим голосом.
Бом не поняла, что он имеет в виду, но почему-то чувствовала, что сейчас спрашивать не стоит, и крепко сжала губы.
◆ ◇ ◆ ◇ ◆
Спасибо, что дочитали!
Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/vesna-sinyu-21c0cc
Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab