Молодец какой, хорошо мы его воспитали. Бом с гордостью улыбнулась и вышла на улицу. Устроилась за столиком под широким зонтом и вытерла пыль влажной салфеткой.
«Зачем ты со мной встречалась?»
«На кой ты вообще встречалась с таким?»
Их слова расковыряли тот уголок души, где Бом прятала от себя правду. В тот день, когда Пэк Хён Гю признался ей, она как раз бродила по соцсетям, перескакивая со страницы на страницу.
Аккаунт она в основном использовала, чтобы собирать материалы или выкладывать свои учебные работы. Под конец, из вежливости, заглянула на страницу родного брата, оттуда — к Чха Чжи Вону, а там и к Тхэ Син Ю.
Страница была пустая — ни одного обновления, впору удивиться, зачем он её вообще завёл. Бом без цели её листала и среди комментариев внизу увидела одну фотографию.
Это и была ошибка. Надо было сразу закрыть окно. Но умный мир за пару касаний пальцем показал Бом фото, где Тхэ Син Ю нежно стоял рядом с блондинкой, похожей на богиню.
На фоне пляжа в багровом закате женщина прислонилась к Тхэ Син Ю, а он лениво смотрел в камеру, и выглядело это… как бы сказать. Будто они прямо оттуда отправятся в постель.
Или уже оттуда. Тхэ Син Ю в рубашке с расстёгнутыми пуговицами и брюках и женщина, из-под красного платья которой виднелись стройные бёдра, — кто ни посмотри, влюблённая пара на тайном отдыхе вдвоём.
Вдобавок оба — сногсшибательно красивые и сексуальные. Конечно, Бом позавидовала. Кто-то заперт в мутной реальности, полной мелкодисперсной пыли, и тонет в заданиях, а Тхэ Син Ю за океаном воплощает свою личную калифорнийскую мечту.
Так что реалистка Хан Бом закрыла глаза на реальность и сделала совсем другой выбор именно в тот день.
— Так это же всё из-за Тхэ Син Ю?
Глупый роман, начатый сгоряча и закончившийся позором, — всё из-за этого мужчины.
— Что из-за меня?
Под зонтом вдруг появилось лицо Син Ю. Бом, подпиравшая подбородок, оцепенело смотрела на лицо, заполнившее всё поле зрения.
Лицо, о котором она только что думала, было прямо перед ней. Тот самый Тхэ Син Ю, что источал чувственность на американском пляже рядом с блондинкой-красавицей.
— Сон, что ли…
Для сна было слишком ярко. Даже запах духов вроде чувствовался. У самого уха раздался смешок.
— Видишь меня во сне с открытыми глазами?
Бом медленно моргнула. Сияющее лицо Син Ю никуда не делось. Не сон, а явь.
— А… а-а-а!
Бом подпрыгнула от испуга и отшатнулась. Лёгкий металлический стул потерял равновесие и вместе с ней повалился назад.
Даже падая, Бом прикрыла голову руками. Затылок — дело святое. К счастью, Тхэ Син Ю поймал её вместе со стулом.
— Спасибо за бурный приём, но можно реакцию попроще? — насмешливо улыбнулся Син Ю, возвращая её на место.
Бом подняла глаза на Син Ю, который вертел её голову, проверяя, цела ли. Это и правда был Тхэ Син Ю.
И вообще, кого это он держит за растяпу?
— А нечего выскакивать из ниоткуда и пугать людей!
Бом обхватила руками своё хрупкое, как птичка, сердце, похлопывая себя по груди, и уставилась на Син Ю.
— Ты зачем сюда пришёл?
— А нельзя?
— Конечно, нельзя!
— Почему?
— Как это почему…
Возразить было нечего, но как человек, чуть не грохнувшийся от испуга, Бом на всякий случай нахмурилась.
— Ты так всполошилась, будто тебя застукали за изменой, — улыбнулся Тхэ Син Ю. — Изменяла?
— Это ты что, клеишься? Мы даже не встречаемся, какая ещё измена?
— Не тебе бы это говорить — ты ведь сама набросилась с предложением переспать, хоть мы и не встречаемся.
— Тот день — запретная тема…
Бом строго отчитала его взглядом.
— И являться без предупреждения тоже запрещено.
— Кстати, о предупреждениях.
Тхэ Син Ю мягко улыбнулся и достал телефон. Не нравится мне это. Глядя на его красивые, ласково сощуренные глаза, Бом почуяла недоброе.
Син Ю кому-то позвонил, не сводя глаз с телефона Бом, лежавшего на столе. Что такое? Кажется, я что-то забыла.
Бом тупо смотрела на телефон — и вдруг распахнула глаза и протянула руку. Но Син Ю оказался быстрее. Он взял оба телефона — её и свой — и поднёс к её лицу.
На экране его телефона светилось имя Бом. А её телефон молчал. Не выдержав давящего взгляда, Бом отвела глаза.
— …
— Объясни.
Син Ю ласково потребовал объяснений, и Бом растерялась. Так она не терялась с тех пор, как на вступительном экзамене по рисунку ей дали натуру — живого петуха.
— Понимаешь, как получилось…
Лихорадочно соображая, Бом смотрела на Тхэ Син Ю, который скрестил руки и сурово глядел на неё сверху вниз.
— Это из-за приложения, которое блокирует спам-звонки. Поставила, чтобы не отвлекали, когда делаю задания.
— Ты меня заблокировала?
— Не только тебя… все незнакомые номера. Ну, то есть блокирует всех подряд, по справедливости. Такая функция.
Подчеркнув «по справедливости», Бом мило улыбнулась — мол, не пойми неправильно. Вышло наоборот. Безупречно красивое лицо холодно улыбнулось.
— А, так ты мой номер не заблокировала — ты его вообще удалила.
— Не то чтобы удалила… Он стёрся. Случайно, — промямлила Бом. — Так бывает, знаешь. Когда контакты переносишь, например.
— Да? А номер Чха Чжи Вона тоже стёрся?
— Э-э… наверное?
— Дай-ка ещё раз телефон.
Он протянул руку, но на этот раз Бом с чудесной скоростью успела забрать телефон. Она зажала его в руке и вовсе скрестила руки на груди, и взгляд Син Ю похолодел ещё сильнее.
— Обалдеть. Я проиграл Чха Чжи Вону, — потрясённо пробормотал он.
— Ты не так понял, какое там «проиграл».
— Я тебе что-то плохое сделал?
Кажется, я это уже где-то слышала. Бом помотала головой и широко улыбнулась.
— Какое там плохое, ты же всё делаешь хорошо.
Не скажешь же, что его вина — сексуальная фотосессия на фоне Тихого океана. Но Тхэ Син Ю ей, похоже, не поверил.
— Душ из апельсинового сока, видно, уже забыт?
— …
— А ведь я тебе и косички заплетал, и одёжки для кукол вырезал, и книжки читал.
— …
— А тут, значит, Чха Чжи Вон.
Он говорил прямо как ревнивец.
— Он же тебя вечно только шпынял, разве нет?
— Ну… это да.
Этого Бом отрицать не могла. Чха Чжи Вон, который вечно задирал нос — мол, я тебя на спине вырастил, давай отплачивай за доброту, — и в детстве играл с ней только на словах.
— Не знал, что моя Бом так любит Чха Чжи Вона.
— …
— Тогда почему ты спала со мной?
— …
— А. Я же был на одну ночь.
— …
— Как-то это жестоко, нет?
Бом, отбивавшаяся молчанием, выкинула белый флаг.
— Ладно, сохраню. Прямо сейчас заново и сохраню, довольно?
Бом казалось, что её провели, и было немного обидно. Сам держит в Америке такую красотку — и давит на меня каким-то Чха Чжи Воном?
— Ты вообще зачем к нам в университет пришёл? — сердито спросила Бом, через силу вбивая его номер.
— За тобой, — спокойно сказал Син Ю. — У тебя же одна пара осталась.
— А ты откуда знаешь?..
Бом вспомнила расписание, которое вчера на миг ему показала. Неужели…
— Ты запомнил моё расписание?
За то мгновение? Бом изумлённо открыла рот, а Син Ю с интересом на неё смотрел.
— Там пар-то всего ничего.
— …
Бом, которая до сих пор путалась в парах и каждый раз сверялась с расписанием, посмотрела на него остывшим взглядом. Вот почему с умниками нельзя долго водиться.
Глядя, как скисает её лицо, Син Ю хмыкнул, вдруг подался ближе и взял её лицо в ладони. Большим пальцем разгладил складку между бровей.
— Как спала?
— Хорошо.
— Самочувствие?
— Нормальное…
Он держал её лицо и разглядывал его со всех сторон таким нежным взглядом, что Бом напряглась. Близко. Слишком близко.
Лицо, далеко превосходящее любые её вкусы, хозяйничало прямо перед носом и раз за разом кололо её в сердце. Похоже, от такого сильного раздражителя пострадала не только она: со всех сторон на них украдкой косились.
— Ничего не хочешь съесть?
И почему он со вчерашнего дня всё спрашивает, чего я хочу съесть?
— Нет. — Бом отвела его руки. — Кажется, я за обедом переела. Желудок прихватило.
— Сходить за лекарством? — обеспокоенно спросил Син Ю, придвинувшись ещё ближе.
Чувствуя, как мутит всё сильнее, Бом покачала головой.
— Не настолько.
Син Ю взял её руку и принялся массировать, сильно надавливая на точку между большим и указательным пальцами.
— Полегче?
— Ага… вроде.
На самом деле корнем всех её бед был сидевший перед ней Тхэ Син Ю.
— Так зачем ты правда пришёл? У тебя тут знакомые есть?
— Я ещё вчера сказал. Буду возить тебя на учёбу.
— Ты что, серьёзно?..
— Всё, что я тебе говорю, серьёзно.
Бом не нашлась что ответить. Глядя, как он мнёт ей руку, она чувствовала, что мысли текут медленнее. Бом коротко вздохнула и посмотрела на него.
— Слушай. Спасибо за заботу, но лучше не надо.
Ей не хотелось, чтобы он мелькал в университете и столкнулся с Пэк Хён Гю, а уж чтобы узнал о сегодняшнем — тем более.
Син Ю перестал массировать.
— Тебе неприятно, что я пришёл?
— Ты же занятой, ты не офисный клерк, ты адвокат. Как ты будешь меня возить?
— Я не об этом. Что ты сама чувствуешь? — Мягко потянув её за руку, Син Ю заглянул ей в глаза. — Неприятно?
— Ну…
Чуть поморщившись, Бом в конце концов сдалась:
— Не неприятно…
Потому-то и было сложно.
— Тогда никаких проблем.
— Как это никаких? Все прохожие на тебя пялятся. Ты слишком бросаешься в глаза.
В кампусе, кишащем студентами, он один в костюме — и его и без того заметная фигура будто светилась изнутри.
И такой мужчина сидит колено к колену и массирует ей руку. Это было и правда проблемой. Бом тихонько отвела его руку.
— Из-за тебя и на меня все смотрят.
— Может, пластику сделать?
Син Ю озорно улыбнулся и, не обращая внимания на то, что Бом его отталкивает, легонько взъерошил ей волосы.
— Чего ты такая серьёзная? Считай, что у тебя личное такси.
— Ты сам-то слышишь, что говоришь?..
— А что тут такого? Я за тебя волнуюсь и хочу тебя видеть, а тебе надо ездить на учёбу — вот и проведём это время вместе.
Адвокат, а словами жульничает.
— Ты же сама сказала, что тот день для тебя — случайность.
— …
— А последствия случайностей надо устранять. Считай, что я этим и занимаюсь.
— Тогда… давай установим срок.
Переспорить Тхэ Син Ю невозможно. Но и чтобы он каждый день вот так приходил, тоже не годилось. Поэтому Бом быстро нашла компромисс.
— Только пока я не допью лекарство. Идёт?
Лекарство выписали на неделю, значит, пить его до субботы. В университет — только до пятницы, так что остаётся четыре дня. Четыре дня — это, пожалуй, терпимо.
— Хорошо.
Син Ю с готовностью принял её предложение. Бом показалось, что всё прошло подозрительно гладко, но она списала это на воображение и отмахнулась от неприятного чувства.